Дарья и Максим решили жить вместе. Им обоим уже по тридцать лет, пора. У Максима есть двухкомнатная квартира, которая ему досталась от бабушки.
Когда Максим заселялся в квартиру, освободил от бабушкиной мебели и вещей только одну комнату. Всё старьё сложил в другой комнате. Выбрасывать не разрешила мама. Она собиралась однажды приехать и разобрать вещи и мебель бабушки, что-то отвезти на дачу, что-то выбросить, что-то забрать себе на память.
Время шло, мама не находила время для разбора, а Максим привык жить в одной комнате.
Дарье это не нравилось, зачем нужен этот хлам. Можно же в квартире сделать хороший ремонт. Но Максим не разрешал трогать бабушкины вещи: «Вот приедет мама, всё разберёт».
Однажды в гостях у матери Максима говорили о предстоящей свадьбе. И зашёл разговор о том, что надо бы освободить комнату.
– Анастасия Валентиновна, той комнате, где сейчас весь этот хлам, сделаем спальню и моё рабочее место, – мечтательно говорила Дарья. – В одной комнате нам будет крайне некомфортно. К тому же из-за моей работы с раннего утра, я раньше ложусь и раньше встаю, а Максим любит посидеть за компом до полуночи. У нас есть средства, я даже сама готова оплатить утилизацию старых шкафов.
– Всё бы утилизировали, – хмыкнула Анастасия Валентиновна. – Вот приеду, определю, что выбрасывать, а что — нет, какие шкафы на дрова, а какие — целиком на дачу.
– Хорошо, – сказала Дарья. – Когда освободите ту комнату, тогда и будем говорить о свадьбе.
– Ты посмотри-ка, – засмеялась Анастасия Валентиновна. – Она ещё условия ставит. Ладно, ладно, на днях всё разгребу.
Прошло два месяца, а у Анастасия Валентиновна всё никак не может доехать, то у неё работа, то дача, то заболела, то к подруге надо съездить помочь. Дарья и сама бы выбросила, но не хочет начинать семейную жизнь со ссоры с будущей свекровью. Максим на стороне матери. Выхода не было.
Спустя некоторое время, решив больше не ждать, Дарья и Максим начали уборку комнаты самостоятельно. Сообщили об этом Анастасии Валентиновне, ожидая недовольства, но получили неожиданный отклик.
— Зачем? Приехала бы сама, вам помогала! — воскликнула она резко, но быстро добавила примирительно: — Ничего страшного, буду помогать дистанционно по видеосвязи. Показывайте, что выбрасывайте.
Молодые усмехнулись друг другу и принялись за дело. Но буквально через полчаса раздался звонок в дверь. За порогом стояла взволнованная Анастасия Валентиновна.
— Решила лично убедиться, что ничего ценного не пропадёт, — заявила она, закатывая рукава кофты.
Разбор комнаты проходил бурно. Все втроём энергично трудились, перекрикиваясь и обмениваясь шутками, пытаясь разрядить обстановку. Однако напряжение росло, особенно когда речь заходила о судьбе отдельных предметов.
— Этот столик, кстати, бабушке подарили друзья на свадьбу, — укоризненно проговорила Анастасия Валентиновна, глядя на дерево, испещрённое трещинами. — Нельзя просто так выкидывать.
— Мам, ну серьёзно, — вмешивался Максим, пытаясь защитить точку зрения Дарьи. — Нам нужны новые вещи, современные, удобные. Эта мебель только занимает место.
Дарья молчала, терзаемая чувством вины и сомнениями. Она старалась сохранять спокойствие, ведь знала, насколько важна эта уборка для дальнейшего счастья их совместной жизни.
Вдруг одна из антресолей, перегруженных старыми книгами и сувенирами, неожиданно наклонилась вперёд и обрушилась прямо на ногу Анастасии Валентиновны. Женщина вскрикнула от боли, и на мгновение наступила тишина.
Дарья бросилась первой, поднимая мать будущего супруга. Максим замер, словно окаменел, потрясённый случившимся.
— Господи, Анастасия Валентиновна, простите меня, пожалуйста! Это моя вина! — кричала Дарья сквозь слёзы.
Последующие дни оказались кошмаром. Врачи сообщили о переломе ноги, сложной операции и длительном периоде восстановления. Каждый день приносил новые испытания: переживания, усталость, неопределённость.
Это событие стало тяжёлым ударом для всех членов семьи. Дарья чувствовала вину за то, что настояла на освобождении второй комнаты, несмотря на возражения Анастасии Валентиновны. Максим, переживая за мать, отдалился от Дарьи, погрузившись в заботы о здоровье матери.
Отношения стали натянутыми. Постоянные разговоры о прошлом, сожаление и взаимные упрёки разрушали гармонию, которую они стремились создать. Свадьба откладывалась вновь и вновь, пока наконец не отменилась вовсе.
Наконец, настал день, когда Дарья поняла: дальше продолжать невозможно. Оставив записку на столе, она ушла навсегда, вернувшись к родителям: «Прости, Макс, я не могу выдержать твоего отчуждения».
Максим так и живёт в одной комнате, а другая стоит захламлена.