– Дима, мне плохо, – Марина еле доползла до ванной. Третий месяц беременности, токсикоз в самом разгаре.
– Что опять? – муж даже не оторвался от телевизора.
– Тошнит... Голова кружится...
– Марин, ну что ты ноешь? Все бабы рожают и не жалуются! Моя мама троих родила и в поле работала!
– Дима, я не твоя мама. И не в поле. Мне правда плохо.
– Попей водички и ложись. Не первая, не последняя!
Марина поплелась на кухню. Налила воды, выпила, вырвало через минуту. Дима даже не пошёл проверить.
Пятый месяц. Боли в спине начались.
– Дим, можешь спину помассировать?
– Марин, я устал после работы. Ты же дома сидишь целый день!
– Я на удалёнке работаю! И живот уже большой, спина болит!
– У всех беременных болит! Терпи! Вот раньше женщины до последнего дня работали и ничего!
– Раньше и умирали при родах чаще!
– Не драматизируй! Беременность – это не болезнь!
Седьмой месяц. Отёки, давление скачет.
– Дима, отвези меня к врачу, пожалуйста.
– На метро доедешь! Что ты как инвалид?
– У меня ноги как колоды! Еле хожу!
– Все беременные так ходят! Не выдумывай!
Марина ехала в метро, держась за поручни. Никто места не уступил. Чуть в обморок не упала.
Врач измерила давление:
– 150 на 100! Почему одна пришли? Где муж?
– На работе.
– Вызывайте! Это опасно!
– Он не приедет. Говорит, я преувеличиваю.
Врач покачала головой, выписала направление в стационар.
– Дима, мне надо в больницу лечь. Давление высокое.
– Опять выдумываешь! Нормально всё! Моя мама с давлением 180 работала!
– Твоя мама не была беременна!
– Была! Мной! И ничего, родила!
Марина легла в больницу одна. Неделю капельницы, уколы. Дима приехал один раз – на пять минут.
– Ну как ты?
– Нормально. Спасибо, что приехал.
– Да ладно, чего ты. Я тебе яблок купил.
Кислых зелёных яблок. Марину от них тошнило.
Выписали, кое-как доехала домой сама.
Тридцать девятая неделя. Начались схватки.
– Дима! Кажется, началось!
– Что началось? – он спросонья не понимал.
– Роды!
– Ну и езжай в роддом!
– Отвези меня!
– Марин, три часа ночи! Я завтра на работу! Такси вызови!
– Дима, я рожать еду!
– Ну и что? Все рожают! Справишься!
Марина вызвала такси. Доехала, схватываясь от боли. Регистрировалась одна. В родзал шла одна.
– Муж где? – спросила акушерка.
– Дома. Спит. Завтра на работу.
– Козёл!
– Не говорите так. Он просто... считает это женскими делами.
Рожала восемь часов. Больно, страшно, одиноко. В соседнем боксе муж держал жену за руку, вытирал пот, говорил нежности. Марина плакала – не от боли, от обиды.
Родила. Дочку, 3400, здоровую.
Дима приехал на следующий день. С цветами – пятью гвоздиками.
– Ну что, родила? Молодец! А чего так долго?
– Восемь часов – это нормально для первых родов.
– Моя мама меня за два часа родила!
– Дима, хватит про маму!
– Что ты психуешь? Гормоны?
Выписка. Дима приехал на машине, но помогать не стал.
– Сама дойдёшь? Я машину подгоню!
Марина с ребёнком на руках, с сумками, еле спустилась. Швы болели, голова кружилась.
Дома никто не помогал.
– Дим, подержи Дашу, я в душ схожу!
– Марин, я не умею! Вдруг уроню!
– Это твоя дочь!
– Ну и что? Это женские дела – дети! Вот подрастёт, тогда я с ней буду!
Марина восстанавливалась сама. Ночами не спала – Даша плакала. Дима уходил спать в другую комнату.
– Мне завтра на работу! А ты в декрете, можешь днём спать!
– Когда днём? Стирка, готовка, уборка!
– Не преувеличивай! Что там делать с одним ребёнком?
Через месяц Марина уже была как зомби. Недосып, усталость, швы до конца не зажили.
– Дима, помоги хоть в выходные!
– Марин, я устал! Всю неделю работаю!
– А я не работаю?
– Ты дома сидишь!
– С ребёнком!
– Ну и что? Все женщины справляются! Не первая, не последняя!
Прошёл год. Марина худая, измождённая, но держалась. Даша начала ходить, стало чуть легче.
И тут заболел Дима. Обычный грипп. Температура 38.
– Марина! Умираю! Вызови скорую!
– Дим, это просто температура. Выпей парацетамол.
– Какой парацетамол?! Мне плохо! Голова раскалывается!
– Ну что ты ноешь? Все мужики болеют гриппом!
– Марина! Я серьёзно! Мне кажется, я умираю!
– Не первый, не последний. Попей чайку и поспи.
– Марина, принеси мне чай! И таблетки! И градусник! И влажное полотенце на лоб!
– Дима, я с ребёнком занята. Сам дойди до кухни.
– Я не могу встать!
– Ну что ты как инвалид? Температура 38 – это не смертельно!
– Марина, ты издеваешься?!
– Нет, я повторяю твои слова. Помнишь, как ты мне говорил?
На второй день болезни Дима выл.
– Марина! Суп принеси! Тёплый! Нет, горячий! Нет, не такой горячий!
– Дима, не капризничай. Ешь какой есть.
– Мне нужен врач!
– Вызови по страховке.
– Я не могу! Голова болит!
– Твоя мама с мигренью работала. Ты же сам рассказывал.
– При чём тут мама?!
– При том, что ты год сравнивал меня с ней. Теперь сравнивайся сам.
На третий день Дима истерил.
– Где мои носки?! Чистые!
– В шкафу.
– Принеси!
– Сам возьми. Грипп – это не болезнь, ты же говорил.
– Я не про грипп! Я про беременность говорил!
– А, так беременность – не болезнь, а грипп – болезнь? Интересная логика.
– Марина, прекрати! Мне реально плохо!
– А мне было хорошо? Когда я с токсикозом умирала? Когда с давлением в больнице лежала? Когда рожала одна?
– Это другое!
– Чем другое?
– Ну... Это естественно для женщин!
– А болеть гриппом естественно для всех! Так что не ной!
На четвёртый день Марина собрала вещи.
– Ты куда?
– К маме. На неделю.
– А я?! Я болею!
– Ну и что? Все болеют. Справишься. Не первый, не последний.
– Марина, ты не можешь меня бросить!
– Почему? Ты меня бросил в роддоме. Сказал – женские дела.
– Но я мужчина! Мне нужен уход!
– А мне не нужен был? После родов? С разрывами?
– Марина, не уходи!
– Пока, Дим. Выздоравливай. В холодильнике есть пельмени.
Уехала. Дима звонил каждый час.
– Марина, мне хуже!
– Вызови скорую.
– Приехали, сказали – ОРВИ, лечись дома!
– Вот и лечись.
– Но мне нужен уход!
– Попроси маму. Твою супермаму, которая всё могла.
– Мама в другом городе!
– Жаль. Придётся самому справляться. Как я справлялась.
Через неделю Марина вернулась. Дима выздоровел, но выглядел растерянным.
– Марина, прости меня.
– За что?
– Я понял... Я понял, как тебе было тяжело.
– Правда? Из-за гриппа понял?
– Да. Когда лежал один, никому не нужный... Думал, умру, и никто не поможет.
– А я так год жила. С ребёнком. После родов.
– Прости. Я был скотиной.
– Был. И остался.
– Марина, я изменюсь!
– Поздно, Дим. Я подаю на развод.
– Что?! Из-за гриппа?!
– Нет. Из-за отношения. Ты показал, кто ты есть. Эгоист, который считает свою простуду трагедией, а роды жены – ерундой.
– Марина, дай нам шанс!
– Я давала. Год давала. Ждала, что поймёшь, поможешь. Не дождалась.
Развод прошёл быстро. Квартира осталась Марине – подарок её родителей. Дима съехал к матери. Той самой супермаме.
– Мам, можно у тебя пожить?
– Димочка, что случилось?
– Марина развелась.
– Дура! Такого мужчину потеряла!
– Мам, я её обижал. Не помогал. Говорил – все бабы рожают.
– И правильно говорил! Я троих родила и не ныла!
– Мам, но ей было тяжело!
– Всем тяжело! Терпеть надо!
Дима смотрел на мать и понимал – яблоко от яблони недалеко упало. Она его таким воспитала. «Мужчина не должен», «это женские дела», «все бабы справляются».
Теперь видится с дочкой по выходным. Даша его побаивается – непривычный дядя.
– Даша, я папа!
– Папа спит в другой комнате, – говорит девочка.
Это она помнит. Что папа всегда был в другой комнате. Когда она плакала, болела, звала – папы не было. Была только мама.
Марина работает, восстанавливается. Встретила мужчину – разведённый, с сыном. Он сам прошёл через роды жены, знает, что это такое.
– Как ты одна справлялась?
– Муж не помогал. Говорил – все бабы рожают.
– Козёл! Прости за выражение.
– Не козёл. Просто маменькин сынок, воспитанный в традициях «мужчина не нянька».
– А кто тогда?
– Вот и я спрашивала. Ответа не получила.
Недавно Дима снова заболел. Ангина. Звонил Марине.
– Марин, мне плохо!
– Сочувствую. Выздоравливай.
– Может, супчика сваришь? Как раньше?
– Нет. Попроси маму. Она у тебя героиня – троих родила и в поле работала.
– Мама говорит – мужик должен терпеть!
– Вот и терпи. Как я терпела. Беременность, роды, восстановление. Одна.
– Марина, я всё понял!
– Молодец. Только поздно.
И это правда – поздно. Потому что некоторые вещи нельзя исправить. Можно было поддержать беременную жену, быть на родах, помочь с младенцем. Но он выбрал позицию «все бабы рожают».
Оказалось, не все бабы готовы это терпеть. И когда пришла его очередь страдать от простого гриппа, никто не бросился спасать того, кто считал чужую боль преувеличением.
Справедливо? Абсолютно. Как говорил сам Дима – не первый, не последний.