Он называл джаз «языком доверия» — и сам говорил на нём честно, без лишних жестов. Владимир Николаевич Данилин, родившийся 2 декабря 1946 года в Домодедове, прошёл редкий для отечественной сцены путь: блестящий пианист, а затем — единственный в России джазовый аккордеонист, превративший «несценический» инструмент в полноправный голос современного джаза. Уход мастера стал большой утратой для сообщества: его биография — это синоним дисциплины, вкуса и тихой, упрямой верности музыке.
От рояля к «языку детства»: становление и поворот
Данилин рано нашёл свой тембр: аккордеон — с пяти лет, джаз — с тринадцати. В середине 1960-х судьба свела его с трубачом Андреем Товмасяном: в квинтете Данилин выступал уже как пианист, параллельно получая профессиональную школу на эстрадно-джазовом отделении Царицынского музыкального училища. Эти годы задали ему оркестровую выправку и уважение к партитуре — качества, которые позже станут опорой его камерного джазового высказывания.
С 1980 по 1983 год Данилин — пианист в легендарном биг-бэнде Олега Лундстрема. Его партия навсегда вписана в два «мелодиевских» релиза старейшего джазового оркестра: «В сочных тонах» (1982) и «В наше время» (1983). Эти записи — рентген его ранней манеры: плотная фактура, ансамблевое дыхание, безупречный ритм.
В середине 1990-х, после почти четвертьвековой паузы, Данилин вернулся к аккордеону — и сделал то, что до него у нас почти не делали: вывел инструмент из разряда «эстрадной экзотики» в серьёзный джазовый контекст. Он сотрудничал с ведущими музыкантами сцены, но главное — обрёл собственную интонацию: мягкую, разговорную, где нюанс важнее форсажа.
Две пластинки — два манифеста: как звучит «аккордеон без кавычек»
Свою идею аккордеонного джаза Данилин сформулировал в двух инструментальных альбомах. «Once I Loved» (1998) — камерный, доверительный — Московская ассоциация джазовых журналистов признала «Альбомом года» (1999): редкий случай, когда критика и публика услышали одну и ту же правду. «Get Happy. Accordion in Jazz» (2006) — запись светлого драйва и упругой ритм-секции, которая закрепила его репутацию автора «ясной сложности». Сегодня эти диски — не просто документ эпохи, а учебник интонации.
Его аккордеон «говорил» без эффекта новинки. В тембре — уважение к свингу и бибопу, в фразировке — дыхание партнёра, а не демонстрация трюка. Отсюда и доверие коллег: в составе с ним гитара и рояль не конкурируют, а вплетаются в общую речь, где каждый слышит другого.
Что переслушать, чтобы понять Данилина
- «Once I Loved» (1998) — эталон «тихой близости», за которую не стыдно и через четверть века;
- «Get Happy. Accordion in Jazz» (2006) — разговор ясного ритма и светлой мелодики;
- «В сочных тонах» (1982) и «В наше время» (1983) — чтобы услышать «оркестрового» Данилина у Лундстрема.
Черты авторского почерка
- «аккордеон без кавычек»: инструмент звучит как полноценный джазовый голос, а не курьёз;
- камерная динамика: нюанс важнее громкости, смысл — важнее эффекта;
- дисциплина ансамбля: школа биг-бэнда слышна даже в самых интимных темах;
- эмпатия: в каждой фразе — внимание к партнёру и паузе.
Джаз любит тех, кто умеет слушать. Владимир Данилин слушал — партнёра, зал, паузу. Потому его музыка остаётся рядом: в записях, в памяти коллег, в том самом доверии, которое начинается с первого вдоха перед нотами и не кончается вместе с последним аккордом. Светлая память мастеру.
Ритуальные услуги в Москве и Московской области