Я вышла из кабинета нотариуса с документами на квартиру и еще не верила, что это все правда. Трешка в хорошем районе, светлая, с ремонтом – моя. Целиком и полностью моя. Бабушка Зина оставила ее мне, а не своей дочери, моей маме. И это было справедливо, потому что именно я последние пять лет каждый день приезжала к ней, готовила, убирала, водила по врачам. Мама же появлялась раз в месяц – на полчаса.
– Лен, ты чего молчишь? – Игорь потормошил меня за плечо. – Поздравляю тебя!
Муж обнял меня, и я почувствовала, как напряжение последних месяцев начало отпускать. Наконец-то мы могли съехать из его родительской квартиры, где нам с дочкой отводилась крохотная комната, а свекровь каждый день напоминала, как мы должны быть благодарны.
– Игорек, я так рада! – я прижалась к нему. – Представляешь, у нас будет свое жилье!
– Вообще-то, оно твое, – хмыкнул он. – Но ничего, я не в обиде.
Что-то в его тоне мне не понравилось, но я решила не обращать внимания. Просто он устал, работает много. Да и переезд предстоит – нервы у всех на пределе.
Вечером мы сидели на кухне у его родителей, и Игорь рассказывал им про квартиру. Свекровь Галина Ивановна слушала, поджав губы.
– Ну и правильно, что бабушка оставила Леночке, – наконец сказала она. – Хоть девочка пожила по-человечески. А то все у нас на шее.
Я стиснула зубы. Вот опять началось. Хотя мы исправно платили за коммуналку и покупали продукты.
– Мам, ну хватит уже, – устало сказал Игорь. – Мы же съезжаем скоро.
– Съезжаете, съезжаете, – фыркнула она. – А кто вам помогать будет? Кто за внучкой присматривать?
– Мы как-нибудь сами, – я попыталась улыбнуться.
– Сама она! – свекровь всплеснула руками. – Да ты же на работе с утра до вечера! А ребенку кушать кто будет готовить?
Игорь молчал и смотрел в тарелку. Мне стало не по себе.
Через неделю мы начали собирать вещи. Квартира действительно была замечательная – бабушка следила за ней, и даже мебель осталась приличная. Нужно было только привезти наши вещи и немного освежить обстановку.
– Лен, слушай, – Игорь зашел в комнату, когда я складывала детские игрушки. – Мне мама звонила.
– И что? – я насторожилась.
– Ну, она говорит, что ей тяжело одной. Отец же весь день на работе. И вообще, она предлагает переехать к нам.
Я выпрямилась и посмотрела на него:
– Погоди, как это – к нам?
– Ну, к тебе, если точнее, – он почесал затылок. – Квартира же твоя. Но мы семья, правильно? А мама одна, ей плохо.
– Игорь, мы только съезжаем от твоих родителей! – я не верила своим ушам. – Ты хоть понимаешь, о чем говоришь?
– Понимаю. Но мама старая, ей помощь нужна.
– Галине Ивановне пятьдесят восемь лет! – я почти закричала. – Она моложе моей мамы! И здоровья у нее – хоть отбавляй! Каждый день в бассейн ходит!
– Не ори, пожалуйста, – он поморщился. – Ребенок спит. Я же не говорю, что она совсем переедет. Просто будет иногда оставаться, помогать нам.
– Иногда оставаться или переехать – выбери что-то одно! – я села на кровать. – Игорь, ну неужели ты не понимаешь? Мы никогда не жили отдельно! Нам нужно пожить самим, семьей!
– Мама – тоже семья, – упрямо сказал он.
Мы поругались. Серьезно поругались впервые за пять лет брака. Я настаивала на своем, он – на своем. В итоге он хлопнул дверью и ушел. Вернулся поздно ночью, лег спать, не раздеваясь.
Утром он ушел на работу молча. Я отвела дочку в садик и поехала к своей подруге Светке. Нужно было с кем-то поговорить, а то голова разрывалась от мыслей.
– Ты чего такая кислая? – Светка налила мне чай. – Квартиру получила – радоваться надо!
Я рассказала ей про разговор с Игорем. Подруга слушала и качала головой.
– Ленка, ты понимаешь, что если согласишься, то жизнь твоя превратится в ад? – она посмотрела на меня серьезно. – Свекровь будет командовать, во все лезть, указывать, как жить. И все это – в твоей собственной квартире!
– Я знаю, – я уткнулась лицом в ладони. – Но Игорь настаивает. Говорит, что я жестокая и бессердечная.
– А он сам-то что? – возмутилась Светка. – Жену свою не жалеет! Лен, стой на своем! Иначе потом локти кусать будешь!
Я приехала домой и застала там полную квартиру народа. Свекровь, свекор и Игорь сидели на кухне и что-то обсуждали. Когда я вошла, все замолчали.
– Лена, садись, – свекровь указала мне на стул. – Нам нужно поговорить.
– О чем? – я осталась стоять.
– О квартире. Понимаешь, Игорек наш очень переживает. Он же привык к семье, к родителям. А тут вы куда-то уезжаете.
– Мы создаем свою семью, – я постаралась говорить спокойно. – Это нормально.
– Конечно, нормально! – свекровь улыбнулась, но глаза оставались холодными. – Но ты же понимаешь, что мальчику нужна поддержка. А я могу вам помогать. С внучкой посижу, покушать приготовлю, уберу.
– Мы справимся сами, – я посмотрела на Игоря, но он отвел взгляд.
– Справитесь, справитесь, – она махнула рукой. – А кто у ребенка уроки проверять будет? Кто на кружки водить? Ты же работаешь!
– Я сама буду, – я почувствовала, как начинаю злиться. – Галина Ивановна, извините, но это наше с Игорем решение.
– Девочка, ты что себе позволяешь? – она вскочила. – Я тебе как мать говорю! Игорю будет лучше, если я рядом! Он так и сказал!
Я посмотрела на мужа:
– Игорь, это правда?
Он молчал, глядя в пол. И тут меня осенило. Они все уже решили. Без меня. За меня. И теперь просто ставят перед фактом.
– Квартира хоть и твоя, но ты же не против, если мама тут будет хозяйкой? – наконец спросил муж, и я поняла, что это конец.
Не конец переезда или ссоры. Конец всему.
– Хозяйкой в моей квартире? – я медленно произнесла каждое слово. – Хозяйкой в квартире, которую мне оставила бабушка, чтобы я могла жить нормально?
– Ну, Леночка, какая разница? – свекровь попыталась взять меня за руку, но я отстранилась. – Мы же все равно одна семья! Разделим обязанности, и всем будет хорошо!
– Всем, кроме меня, – я взяла сумку. – Знаете что? Решайте без меня. Я пока к маме поеду.
– Лена, стой! – Игорь вскочил. – Ты куда? Мы же еще не все обсудили!
– Обсудили уже, – я открыла дверь. – Вы все решили за меня. Так живите теперь с этим решением.
Я хлопнула дверью и вышла на лестничную площадку. Руки тряслись, в глазах стояли слезы. Но я не плакала. Не хотела давать им этого удовольствия.
У мамы я просидела до вечера, рассказала все. Она слушала и вздыхала.
– Ленка, а ты подумай хорошенько, – она погладила меня по голове. – Может, и правда, свекровь поможет? Ты же устаешь на работе.
– Мам! – я не поверила своим ушам. – Ты о чем? Она хочет быть хозяйкой в моей квартире!
– Ну и пусть будет, – мама пожала плечами. – Зато тебе легче станет. А то одна все тянешь.
– Я не понимаю, – я встала. – Ты же видела, как я у бабушки пропадала! Ты же знаешь, что эта квартира – мое!
– Знаю, знаю, – она отмахнулась. – Но семью-то беречь надо! Игорь хороший мужик, работящий. Мало ли что свекровь капризничает – перетерпишь!
Я поняла, что поддержки не будет нигде. Все вокруг считали, что я должна уступить, смириться, перетерпеть. Потому что я женщина. Потому что так принято. Потому что семью надо беречь.
Вечером я приехала обратно к свекрови. Игорь встретил меня в коридоре.
– Ну что, одумалась? – он попытался обнять меня, но я отстранилась.
– Одумалась, – я кивнула. – Вы можете переезжать в квартиру. Всей семьей.
– Правда? – он обрадовался. – Лен, я знал, что ты поймешь!
– Поняла, – я достала из сумки ключи от квартиры. – Вот, держи. Только я туда не поеду.
– Как не поедешь? – он не понял.
– А вот так. Сниму себе что-нибудь. С дочкой. Отдельно от вас.
– Ты что, совсем? – он побледнел. – Лена, это же глупость! Зачем деньги на съемное тратить?
– Чтобы жить спокойно, – я надела куртку. – Чтобы не делить свою квартиру с человеком, который считает, что его мамочка там должна быть хозяйкой. Значит, так: я пишу на тебя доверенность, ты там живешь со своей мамой, а я отдельно. И подумаю, нужен ли мне такой муж.
– Лена, ты что несешь! – он схватил меня за руку. – Мы же семья!
– Были семьей, – я высвободилась. – А теперь, похоже, у тебя семья – это мама. Вот и живи с ней. Мне надоело быть прислугой, которая еще и квартиры должна отдавать.
Свекровь выскочила из кухни:
– Ты чего удумала, дурочка? – она попыталась встать между нами. – Ребенка на улицу выгонять собралась?
– Ребенок будет со мной, – я спокойно сказала. – А вы там располагайтесь. Раз вам так надо.
– Да как ты смеешь! – свекровь начала кричать. – Игорь, ты что молчишь? Останови ее!
Но Игорь молчал. И в этом молчании я поняла, что все сделала правильно.
Я сняла небольшую двушку в соседнем районе. Комната мне, комната дочке. Тесновато, зато наше. На свекровь я оформила доверенность на год – пусть живут, раз так хотят. Игорь звонил первое время, уговаривал вернуться, говорил, что я все неправильно поняла. Но каждый раз к телефону подходила его мама и начинала причитать, какая я неблагодарная.
Через месяц Игорь перестал звонить. Еще через месяц пришел к нам и забрал остатки своих вещей. Дочка спросила, почему папа не живет с нами. Я сказала, что папа решил жить с бабушкой, потому что она очень нуждается в его помощи.
Подруга Светка говорила, что я молодец, что правильно сделала. Мама причитала, что я разрушила семью из-за какой-то ерунды. Но мне было все равно. Впервые в жизни я чувствовала, что живу так, как хочу я. Не так, как надо свекрови. Не так, как удобно мужу. А так, как правильно для меня и моего ребенка.
Квартира простояла на доверенности год. Потом я подала на развод и отозвала доверенность. Игорь попытался через суд что-то отсудить, но юрист мне объяснил, что квартира была моей до брака, поэтому делить нечего. Свекровь звонила, плакала, говорила, что я жестокая. Но я не поддавалась.
Сейчас я живу в той самой бабушкиной квартире вместе с дочкой. Приходим домой, и никто не командует, не указывает, не говорит, что я делаю что-то не так. Готовлю, когда хочу, убираюсь, когда хочу. И счастлива от того, что наконец стала хозяйкой в собственном доме.
Спасибо тебе, бабуля. Ты знала, что делала, когда оставляла мне эту квартиру. Знала, что я смогу. И я смогла.