С детства запомнил специфический позднесоветский феномен с, на удивление, дрянной бумагой "Роман-газета" и (помимо других) обложку произведения Джона Фаулза "Женщина французского лейтенанта"; однако к книгам этого писателя вообще не прикасался, по нескольким отзывам лишь недавно заинтересовавшись "Куколкой" ("Червем").
Как и в случае с ранее обсуждавшимся Джоном Краули это одно из поздних, а для Фаулза так и вообще завершивших путь писателя произведений.
Вообще, автор - человек с интересной биографией - офицер-морпех, выпустившийся в день окончания Второй мировой, но не дослуживший до начала череды позорных колониальных войн 40-50-хх, похоронивших Британскую империю.
Наверное, глупо положительно отмечать образность речи большого классика, но одним росчерком: "Всё, что дальше, окутано дымкой и блекло, как одежда путников", он отлично формирует объёмный пейзаж. И дальше голос автора ведёт рассказ не менее детально и выразительно, хотя показались немного смелым допущением от переводчика "чабаны" в Англии середины 18-го века.
Очень украшают роман, на мой взгляд, выдержки из современных сюжету газет, которые читаются едва ли не живее, чем события сюжета и материала для цитат там не меньше, чем в тексте: "приговорённый умер, не выказав какого-либо беспокойства".
Мы упоминаемся нечасто - раз как русская Империя, раз как дикая Московия и ещё раз, как Россия.
Автор после первой расстановки декораций и демонстрации действующих лиц надолго уходит в тень, возлагая развитие сюжета на газетные заметки и протоколы допросов персонажей романа, отчего возникает эффект погружения в английскую жизнь - организация судопроизводства и исполнения приговоров, работа борделей и театров, работорговля и англо-ирландские раздоры, etc.
Если избавить историю от шелухи получится несколько парадоксальный фантастический рассказ в духе Генри Каттнера или Роберта Шекли (спойлерить не буду), но в том и мастерство автора, что на этом скелете построен большой и наполненный историческими и религиозными смыслами роман о сопротивлении людей переменам, закостеневшей структуре общества, единственной по мнению автора настоящей религии его соотечественников - незыблемости частной собственности.
В противостоянии ортодоксальных религий и сект Джон Фаулз и завуалировано в романе, а в эпилоге вообще недвусмысленно выступает за непосредственную тягу к справедливости и обличению общественных язв, характерные последним. И призывает к избавлению от традиционных религий.
У романа есть черта, характерная для хорошего нонфикшена - он заставляет часто лезть в поисковики чтобы выяснить подоплёку упоминания каких-либо исторических персонажей - будь то капитан Портеус или Анна Ли. Издателем, кроме того, подготовлен впечатляющий глоссарий.
При этом сам роман я не могу назвать выдающимся, да и мудрствования автора не вызвали никакого значимого отклика (как при чтении Умберто Это или Джона Краули, например), - любопытно, но не более и сомневаюсь, что скоро захочется прочитать другие его произведения.