– Что-то случилось? – несмело спросила Раиса.
– Анатолий не приехал, – ответила женщина, пожав плечами. – Ничего не случилось. Он передумал. Больше тебе знать ничего не нужно.
– То есть как? – воскликнула Рая. – Как это – передумал?
– Рая, ты ведь нам тоже не всё рассказывала. Зачем скрывала ото всех, что ты из деревни? А если бы сразу сказала, я бы поняла. А так…. Нельзя начинать семейную жизнь с вранья.
– Он сам попросил не говорить, – прошептала Рая, чувствуя, как мир вокруг неё рушится.
– Уходи отсюда, – вздохнула мать Толи. – Просто уходи. Не место тебе рядом с моим сыном. Мне эта затея изначально казалась глупой, и я рада, что мой сын одумался.
– Но ведь я…. Подождите…
– Раиса, прошу тебя, не трепи мне и себе нервы. Материнское сердце не обманешь. Толи тут нет. Можешь не пытаться заглядывать в квартиру – свадьбы не будет. Он ошибся. Мне и тебя жаль, правда, но я прошу: забудь его и нашу семью.
– Я ничего не понимаю, – всхлипнула Рая, чувствуя себя потерянной и беспомощной.
– Эх, правда жалко тебя, – вздохнула женщина. – Девочка, у тебя ещё вся жизнь впереди. Не стоило ему до такого доводить, конечно. Но у тебя всё ещё будет. А сейчас успокойся и иди домой.
Рая медленно развернулась и пошла вниз. Ноги не слушались, казалось, что она вот-вот упадёт. Лучше бы и упала, разбилась бы прямо сейчас, около его квартиры. Пусть всю жизнь мучается от чувства вины. Она спустилась вниз, где её на лавочке ждали Алёна и Юля.
– Свадьбы не будет, – глухо сказала Раиса. – Он передумал.
– Вот гад! – закричала Юля. – Я сейчас поднимусь и всё ему выскажу! Как на духу!
– Не надо, – Рая положила подруге руку на плечо. – Поехали домой. Правда, я не хочу тут находиться.
Они вернулись в общежитие. Рая не чувствовала вообще ничего – только пустоту и холодную безысходность. Даже плакать больше не хотелось. И выходить из комнаты тоже. Все смотрят на неё с сочувствием, а сами, конечно, злорадствуют: "Вышла замуж за офицера? Ага, стала генеральшей, как же, не по Сеньке шапка!"
Но Рая была молода, и уже через неделю горе стало забываться. Она снова ходила на работу, даже начала чувствовать что-то, кроме опустошённости и тоски. Как-то раз она шла с работы домой, её нагнал молодой парень. Лицо его показалось Рае знакомым.
– Я Дима. Помнишь?
Раиса нахмурилась. Точно, Дима, однокурсник Толика. Они виделись несколько раз, но Димку трудно было запомнить – блёклый какой-то, оттенков неярких, да и ростом не вышел – на полголовы ниже Раисы.
– Да, я помню тебя, – кивнула она. – Извини, я тороплюсь.
– Да погоди ты. Я знаю, как Толя поступил с тобой, и знаю почему.
Она остановилась как вкопанная.
– Ты знаешь? Правда?
– Знаю. Я считаю, что он отвратительно поступил. А ещё считаю, что ты тоже должна знать.
– А ну-ка, расскажи, – потребовала Рая.
– Ну, пошли на лавку сядем. Не тут же говорить.
Они сели на лавочку. Какое-то время оба молчали.
– Ну, так что? Чего молчишь? – не выдержала Рая.
– Не знаю, с чего начать. Я ему в лицо всё высказал тогда, 2 недели назад…
Толя, Дима и ещё несколько курсантов сидели в общежитии и обсуждали будущее. Анатолий выглядел мрачным, и Дима тогда спросил, о чём он думает.
– Да вот, предложили после окончания училища на Дальний Восток, – буркнул Толя.
– Повезло, – протянул Димка. – Там жизнь кипит, быстро вверх пойдёшь.
– Да знаю я, что быстро. Отец слово дал.…
– Да и какое же? – удивился Дима.
– Я жениться же собираюсь! Вот он и сказал – никакой жены, только отвлекаться будешь. Отец так сказал.
– Слушай, а может, он специально так сказал? Может быть, ему просто твоя Раиса не по душе? - Дима удивлённо посмотрел на друга. – Как так – жена и вдруг мешать будет? Толь, ты чего? Нам наоборот говорят – быстрее семью заводите, детей рожайте.
Анатолий поморщился.
– А у меня скоро свадьба, уже и дату назначили. Домой вообще ходить не хочу – лучше в казарме. Дома мать по ушам ездит, мол, не нужна тебе эта Раиса, не думай даже. Я ещё проболтался, что она из деревни, так мама вообще с ума сходить начала. Вбила в голову, что Райка хочет квартиру отнять у нас, мол, наживёт детей, займёт квадратные метры.
– Да не слушай ты маму! Ты Раю любишь? – заявил один из курсантов. – Красивая она у тебя, как актриса кино и телевидения!
Толя мрачно посмотрел на товарища.
– Красивая – это да. Только мне ради её красоты от всего отказываться, что ли? Может, отец и, правда, сам это условие выдумал. Да только если я женюсь, то ведь не поеду никуда. Так что я решил, что свадьбы не будет.
– Да ты чего? – Дима не поверил своим ушам. – А ей-то как скажешь?
– Не могу сказать. И жениться на ней не могу. Да и не хочу уже особо. Ну да, красивая… Я и голову потерял, – вздохнул Анатолий. – В общем, не хочу жениться. Зачем мне такая обуза? Вот что она будет делать без образования? Даже если мы и поедем вдвоём на Дальний Восток. Была бы хоть медичка или учительница, я ещё понимаю.
– Ну и правильно! – заявил Васька, веснушчатый рыжий паренек, который постоянно поддакивал Толе, считал его авторитетом. – Первым делом самолёты, Толь, а девушки потом. Так говорят. Я тоже вот жениться вообще не хочу. Мать и отец живут, как кошка с собакой, а оно мне надо? Лучше уж одному. А есть можно бутерброды с колбасой. Иль вон в столовую ходить. В столовой готовят не хуже, чем дома.
– Толя, нельзя так с девушкой, – попытался вразумить своего друга Дмитрий. – Поматросил и бросил, так что ли?
– Никто никому ничем не обязан, запомни, – заявил Толя. – Лучше сейчас отказаться, чем потом понять, что живёшь не с тем человеком. Ну а что Рая? Ну, красивая, но не подходит она мне. Образования нет, а если где-нибудь что-то не так – деревенщина. Погуляли с ней – и хватит.
Дима тогда ужасно разозлился на своего друга, даже не разговаривал с ним несколько дней. Он был уверен, что Анатолий поступает неправильно, но поделать ничего не мог. Толя мечтал поехать на Дальний Восток, на новый полигон, а Рая могла этим планам помешать. Да и родители парня, видимо, от потенциальной невестки не в восторге. Вот Толя и принял решение идти по пути наименьшего сопротивления.
Раиса Дмитрия выслушала молча.
– На Дальний Восток, значит… – тихо спросила она.
– Ну да, – кивнул Дима. – Рая, я пытался с ним спорить, убеждал, что так нельзя. Может, не должен я тебе это всё рассказывать, но ты имеешь право знать. Не в тебе дело. Это Толя просто глупый, и родители его повлияли. Вышло, как вышло.
– Ну как же не во мне дело? Образования-то нет. Я никто. – Рая прикрыла глаза, чтобы не расплакаться. – Спасибо, Дима. Спасибо, что рассказал.
– Ну, давай я тебя хоть провожу? – предложил он.
– Нет, не надо, дойду как-нибудь. – Рая встала и расправила юбку. – А Толе от меня передай, что я ему удачи желаю. Пусть найдёт ту, которая его достойна.
Рая поплакала ещё пару дней и успокоилась. Ну что ж, не быть ей генеральской женой. Жаль только, что она согласилась тогда ночью сделать то, что он захотел…. Всё-таки лучше дождаться того самого. Только вот как не ошибиться? Она-то думала, что Толя – её судьба, а вышло как вышло. Но Рая свято верила, что встретит кого-нибудь лучше.
Только вот не получилось. Вскоре Рая поняла, что беременна. Её стало тошнить по утрам. Она не могла подняться с постели от странной слабости, а на работе засыпала на ходу. Раиса не понимала, что происходит. Первой обо всём догадалась Алёна. Они были в общежитии. Рая дремала, завернувшись в одеяло.
– Подруженька, спишь весь день, – сказала Алёна. – Что с тобой такое?
– Да ничего, – простонала Раиса, переворачиваясь на другой бок. – Просто устала.
– Угу. И рвало тебя чего-то с утра, – протянула Юля. – Рая, а ты часом не беременна?
– Нет! – отрезала Рая. – Я просто переутомилась.
– А у вас с Толей… было? – строго спросила Алёна.
Рая резко села.
– Было. И что? Один раз-то и было.
– Раечка, ты только не пугайся, – Алёна положила книгу на стол и села на кровать к Раисе. – Но ты, похоже, ребёнка ждёшь. У меня у старшей сестры так было: тошнота, спала постоянно. Я ещё заметила, что ты лук ешь сырой с вареньем.
– Ну, я так просто решила попробовать, – Рая нахмурилась. – Не может же такого быть.
– Почему не может? – Юля с тревогой посмотрела на подругу. – Раечка, очень даже может.
И что же делать? Рая беспомощно взглянула на Алену, самую старшую из них. Может, у нее найдется решение? "Раечка, тебе бы к врачу, - мягко произнесла Алена. - Пусть посмотрят, что да как. Витамины пропишут, может, еще чего". "К какому еще врачу? - простонала Раиса. - Если кто узнает…. Да меня уволят, и все будут коситься, пальцем тыкать. Может, и вовсе нет никакого ребенка, отравилась я, наверное…"
Алена задумчиво посмотрела на Раю: "Ну, тоже верно. Иди к родителям Толи лучше, расскажи все как есть. Небось, мать его поймет тебя по-женски, повлияет на сына". "Слушай, а ведь ты права!" - вздохнула Рая. "Ну что же я глупая такая? Я еще и не хотела…. А он…"
"Вот поэтому им верить нельзя, - проворчала Юля. - Возьмут свое и в кусты, а нам расхлебывать. Ко мне вот тоже один приставал, он к себе позвал, в комнату, говорил, пластинки покажу. Я и пошла. А он дверь запер и давай под юбку лезть!" "Юлька, ужас какой!" - воскликнула Рая. - "Ну, вот приду я к его родителям, что я им скажу?"
До ночи они совещались, как правильно себя вести с родителями Анатолия, и, наконец, стратегия была выработана: или Анатолий женится на ней, или Раиса идет в училище и все рассказывает как есть. Посмотрим, поедет ли тогда Толя на свой Дальний Восток. Раиса была довольна решением. Да, становиться мамой так рано было очень страшно, да и Толя ясно дал понять, что жениться на ней не хочет.
Куда уж яснее? Но ребенок… Ребенок – это фактор, который меняет абсолютно все. Да и вообще, поженятся они, родится сын или дочь, и Анатолий поймет, что это и есть счастье: семья и дети…. Но встреча результата не принесла. Мать Толи накричала на Раю, пригрозила, что напишет заявление в милицию за клевету: "Докажи еще, что ребенок от Толи! Сама нагуляла! Знаем мы таких, под любым кустом готовы раздвинуть ноги!"
А еще оказалось, что Толя успел уехать на Дальний Восток. Конечно, его нового адреса Рая не знала, и написать ему или позвонить попросту не могла. Только вот что делать? С работы ее уволят, общежития лишат, работу в ближайшее время она не найдет. Кто возьмет ее с младенцем на руках?
Выход был только один: Раиса в тот же вечер написала матери: "Мам, возвращаюсь. Не в гости – навсегда. Так получилось, не нашла счастья в городе". А через неделю она уволилась и поехала в родную деревню. Мать встретила ее спокойно, будто ждала, что вернется, и ничуть в этом не сомневалась. Они сидели на маленькой уютной кухне и пили чай. Мать напекла пирожков с капустой и вареньем.
Раиса пирожки эти обожала, она даже не думала, что так соскучилась по их вкусу. Ей было хорошо и уютно. Дом, милый дом…. Только вот Раиса не знала, как сказать матери о беременности. И, наконец, она решилась: "Мама, я беременна". "Что, успел твой Анатолий делов натворить? – женщина нахмурилась. - Так и знала, что нельзя тебя отпускать!"
"Да, успел, - кивнула Рая. - Что мне делать? Мне идти некуда. У меня только ты, мам". "Да что делать… - мать махнула рукой. - Родишь ребенка. Многие после войны одни воспитывали и ничего, подняли как-то на ноги. Так и мы поднимем. А ты пойдешь в колхоз работать, я буду с ребенком сидеть. Чего ты смотришь на меня так? Я тебе мать или кто? Ты думала, я прогоню, что ли, тебя?"
"Мама! - Рая вскочила и обняла женщину, потом села на пол возле ее ног, уткнулась головой в колени и разрыдалась. - Мама, какая ж я глупая!"
"Эх, глупая… – вздохнула мать. - Но моя, тем не менее. Другой-то нет. Да не плачь ты, наплачешься еще за жизнь. Радуйся, ребеночек у тебя будет".
Раиса заново привыкала к жизни в деревне. Вставала в 6 утра, вычищала хлев, собирала яйца, помогала матери по дому. Чувствовала она себя не очень хорошо, но терпела. Так прошло два месяца, а потом за ужином мама вдруг спросила: "Рая, не думала ли ты о замужестве?"
"Да кто меня возьмет? Уже живот-то видно, - засмеялась Рая. - Может, потом, когда рожу. А и то, не хочу больше никого. Не верю я мужикам этим!"
"Раиса, одной трудно будет, - заметила мама. - С мужиком-то все легче: он и деньги принесет, и работу тяжелую сделает".
"Что-то никто не сватается", - Рая пожала плечами. "Как только появится жених, я, конечно, подумаю".
"Так жених-то есть. Я с матерью Николая разговаривала, призналась ей, что ты тяжелая. Она сказала, что Колька тебя не забыл, на других девчат не смотрит, как ты уехала. Только теперь идти к тебе боится, вдруг опять отворот-поворот дашь ему. Ты бы поговорила с ним. Раечка, парень работы не боится, с ним не пропадешь".
"Мам, справлюсь я одна", - Раиса отложила вилку. - "Не желаю я за него замуж. Сколько раз тебе говорить?"
"Раиса, ты меня послушай уже! Не послушала ведь один раз, и что вышло из этого? Он тебя с ребенком взять готов, больше таких не будет в твоей жизни, я тебе это гарантирую. Так что иди к Николаю, проси прощения, что вот так себя с ним вела. Может, и получится у вас что-то".
"Но, мам…" - "Но, я сказала, иди и поговори! - мать строго посмотрела на свою дочь. - Взрослая девка, а ведешь себя как ребенок. Жизни ты еще не знаешь. Вон уже нагулялась, берись за ум и выходи за Кольку, если, конечно, он тебя примет. И живот-то пока прятать можно. Потом будут над тобой смеяться и обо мне гадости говорить заодно, начнут, что не углядела, вырастила, не пойми кого. Райка, это ведь все не шуточки".
И она пошла к Николаю на следующий день. Замуж ей не хотелось, особенно за Колю. Не любит она его. Ну что с этим поделать? И не полюбит, должно быть, никогда. Только вот мама права: одной ребенка поднимать ой как тяжело. Да и вообще, говорят же, стерпится – слюбится. Тяжело было у Раи на сердце, но выбора не было. Сама виновата, а мать права – нечего было Анатолия слушать: до свадьбы ни-ни, и точка!
Они с Колей вышли за калитку и сели на лавочку. "Красивая ты", - сказал он, глядя на ее профиль. Рая скомкала подол юбки на коленях. Странное у нее было чувство: будто сама эта встреча – для нее унижение, будто приползла она к нему просить прощения и милости, а раньше-то только смеялась над ним и его ухаживаниями. "Спасибо", - улыбнулась она. Фальшивая, должно быть, получилась улыбка.
"Мне мать сказала, что ты в положении", - Коля покачал головой. - А я-то не верил, а теперь вижу. Живот уже расти начал"
"Так вышло. Замуж он меня позвал, а потом уехал, - Рая повернулась к Коле, и глаза ее вдруг заблестели. "Успокойся", - нахмурился Коля. "Характер взрывной у тебя, намучаюсь я с тобой. Ну, так я ж жениться на тебе решил", - Коля неожиданно подмигнул. Рая даже хихикнула. "А чего смеешься? Ребенка на себя запишу, жить будем у нас, мамка комнату отдаст большую. Ты согласна?"
"Согласна", - тихо ответила Раиса. Неужели ей снова сделали предложение руки и сердца? Как-то не так она себе это представляла. Кольцо бы подарил, что ли. Даже Толя и тот подарил. И то кольцо Рая сохранила, жалко было выбрасывать. "Свадьбу скромную сыграем, - продолжал молодой мужчина. - Извини уж. Постарался бы, конечно, если бы не вот это", - он покосился на ее живот. Рая бессознательно закрыла его руками, словно даже взгляд Коли ребенку мог навредить. Ей стало обидно, но она кивнула: и правда, не ей требовать пышной свадьбы.
Рае следовало быть благодарной за то немногое, что у неё было: за то, что Коля снизошёл до неё, согласившись стать её мужем и отцом её будущего ребёнка. Как же так вышло? Она, первая красавица на деревне, теперь сидит, словно затравленный зверёк.
— Ну, пошли к матери, расскажем всё, — Коля встал и, как одолжение, протянул Рае руку. — Не бойся, бить не буду. Но и ты веди себя прилично. Узнаю, что с кем-то гуляешь – не поздоровится.
Рая пропустила его слова мимо ушей. А зря. В них сквозила неприкрытая угроза. Тогда, словно ослеплённая, она и подумать не могла, что он способен причинить ей зло. Ведь когда-то он смотрел на неё с таким обожанием, так добивался её… Свадьба прошла тихо, почти незаметно. Пригласили человек десять, посидели скромно в доме у Раиной матери, да и разошлись восвояси. Ни музыки, ни танцев, ни выкупа.
Но Рая все-таки сшила себе платье, пусть и свободного кроя, чтобы скрыть уже округлившийся живот. После скромного торжества она собрала свой нехитрый скарб и переехала в дом к Коле. Казалось, жизнь налаживается. Муж есть, ребёнок вот-вот родится, а потом она выйдет на работу. Рае отчаянно хотелось независимости. Она прекрасно понимала, что будет во всём зависеть от Николая, и эта мысль её тяготила. Но что поделать? Каждый платит за свои ошибки.
А Толя был её роковой ошибкой. В этом она не сомневалась ни секунды. Но больше она ошибок не повторит. Она пообещала себе, что станет для Коли хорошей женой. Не из любви, конечно, но хотя бы из чувства благодарности. Однако новая жизнь оказалась суровым испытанием. Свекровь, Наталья Ивановна, не упускала случая уколоть Раю, напоминая, что та «нагуляла беременность», и теперь её сыну приходится расплачиваться.
Раису это искренне удивляло. Вроде бы сама Наталья Ивановна хотела этой свадьбы, что же теперь не так? Не могла же Рая просто перестать быть беременной! Беременность – не насморк, по щелчку пальцев не проходит. А бывшие подруги и вовсе отвернулись от Раисы, демонстративно отворачиваясь, когда случайно сталкивались с ней на улице. Понятно, кем они её считали: съездила в город, вернулась с животом, выскочила замуж, чтобы хоть как-то скрыть свой позор. В деревне ничего не утишь.
Но Раиса не унывала. Внезапно она осознала, что очень хочет ребёнка. Интересно, каким он будет? Кто родится: мальчик или девочка? Ей хотелось мальчика. С девочками больше хлопот, а мальчик проще, мальчиком живётся легче, что ни говори. В положенный срок на свет появился сын. Рая назвала его Гришей, в честь своего погибшего отца. Наталья Ивановна ворчала, что так делать нельзя, что это плохая примета: ребёнок, мол, судьбу покойного на себя возьмёт и тоже рано уйдёт из жизни.
Но Раиса не слушала её. Гриша – прекрасное имя. Гришенька…. А когда подрастёт, станет Григорием. Григорий Николаевич – звучит весьма солидно. После рождения Гриши свекровь стала относиться к Рае ещё хуже прежнего. На руки малыша не брала принципиально, морщась и всем своим видом показывая, что ребёнок ей чужой. Колю тоже словно подменили. Стал малоразговорчивым, замкнутым. Зато ругался теперь по любому поводу. Всё ему не так.
Кричал, что Рая живёт за его счёт, ничего не делает по дому. А она просто не успевала: и готовить, и полы мыть, и за курами, козами, свиньями ухаживать. Наталья Ивановна и слышать не хотела о том, что у Раи нет времени. «Я вот всё успевала, – твердила она. – Ещё и шила по вечерам, и вязала. Не сидела без дела! А ты что там с ребёнком-то? Накормила да положила".
«Так он плачет! Надо с ним ходить, на ручках держать». Рая пыталась спорить: «Сами же видите, Наталья Ивановна, что иначе он просто не уснёт». «Разбалуешь», – вздыхала свекровь, глядя на Раису с презрением. – Так и будет орать и с рук не слезет. Покричит да успокоится». Но Рая не желала следовать советам свекрови. Ей невыносимо было думать о том, что её Гришенька будет лежать и кричать, одинокий и всеми брошенный, пока она, например, подметает пол или варит суп.
Лучше уж потерпеть придирки свекрови и мужа. Зато Гриша будет знать, что мама всегда рядом, что мама любит его. Когда мальчику исполнился год, Наталья Ивановна скоропостижно скончалась. Умерла быстро, без мучений. Пошла на работу и там ей стало плохо. Смерть свекрови поразила Раису своей внезапностью. Ничто не предвещало беды, Наталья Ивановна ни на что не жаловалась. После похорон всё хозяйство полностью легло на её плечи. Благо Гриша уже подрос, его можно было даже оставлять одного в кроватке ненадолго.
Рая успевала по хозяйству как могла. А вот Коля изменился. Начал пить. Пил много, по-чёрному. Тосковал по своей матери. Раю воротило от него, когда он напивался, от вида его бессмысленных, пустых глаз, но пуще всего – от запаха перегара. К ребёнку он тоже не подходил. «Да больно нужен мне он, – огрызался Николай, когда Рая пыталась его пристыдить. – Родила неизвестно от кого, да на шею мне посадила». Рая хотела развестись. Бегала к матери, прихватив Гришу, когда Коля напивался и становился агрессивным.
Но мама велела ей даже не думать о разводе. «Ты что, – удивлялась она, – все бабы терпят, а ты не можешь, что ли? Все мужики выпивают, между прочим. А у Коли-то горе какое! Мать его одна поднимала, у него ближе человека в жизни этой не было. Пройдёт это. А если сбегать, как только трудности первые начинаются, то ничего хорошего в жизни не добьёшься. Это я тебе точно говорю». И Раиса решила терпеть. Раз все терпят, то и она должна. А как иначе?
Коля продолжал пить. Рая убегала от мужа к матери, он приходил и умолял её вернуться, и она возвращалась. Это продолжалось долго, почти три года. Раиса уже работала в колхозе. Работа стала для неё отдушиной. Она отдавалась ей с головой. Она стала птичницей. Рая искренне заботилась о доверенном ей хозяйстве, болела за дело, добилась того, что птичник утеплили, и показатели стали улучшаться. Рая была счастлива на работе, была счастлива, когда возилась с сыном, слушала его смешные словечки, играла с ним, гуляла, читала ему сказки на ночь.
Только вот с Колей счастливой она себя не чувствовала никогда. Мужчина словно был на что-то обижен, и она никак не могла понять, чем не угодила ему. Вроде бы и хозяйство ведёт, и готовит, и деньги в дом приносит…. Да только однажды её муж проговорился: – От этого городского родила, от меня не можешь. – Не получается, – вздохнула Рая. – Сам будто не знаешь.
- Может, делаешь что, чтобы не забеременеть? – спросил супруг. – Коля, ничего я не делаю и не выдумывай, – огрызнулась Рая. – Рожу ещё и от тебя, не бойся. Но беременность всё не наступала. Рая уже решила, что судьба у неё такая: быть матерью только одного ребёнка. А может быть, оно и к лучшему? Отдаст Грише всё, что у неё есть, не придётся ему ревновать. Как когда-то Рая ревновала свою маму к брату.
И сейчас мать вечно приводит его в пример: «Боря уже женился, да так удачно, на медсестре. Квартиру ему дали. Правда, служит на Севере, климат ужасный, но ничего, привык уже. А Райка? Да что о ней говорить, всё и так понятно». Когда Грише исполнилось пять лет, Раю вызвал председатель колхоза. «Вот что, Рая, – начал он. – Подумали мы, посовещались и решили, что тебе надо учиться».
Молодая женщина не поверила своим ушам. Неужели это правда? Или председатель просто шутит? Она мечтала получить диплом и профессию, давно мечтала, только не верила, что когда-нибудь это получится. Да и Коля её не отпустит. И сына она с кем оставит? Не брать же с собой мальчишку. – Не шутите так, – тихо попросила Раиса. – А то у меня сердце остановится.
- Нам такие кадры, как ты, нужны, – нахмурился председатель. – Если у всех сердце остановится, кто работать-то будет? Поедешь, Раечка, учиться на животновода, заочно. Нам нужен хороший животновод, ты сама знаешь.
. – Спасибо…. Вы правда не шутите? – робко спросила она. – Рая, не до шуток мне. Езжай в город, подавай документы. На сессии буду отпускать тебя. Нам нужны хорошие специалисты. А ты таким специалистом станешь, я верю в тебя. Такое тебе задание: красный диплом мне привезти. Справишься? – Справлюсь, – рассмеялась она. – По крайней мере, постараюсь.
Так Рая стала студенткой. Коле, конечно, не понравилось: что это такое – жена мотается в город, экзамены да зачёты сдаёт. Ишь, чего удумала! Негоже жене быть умнее мужа, он-то простой тракторист, а она высшее образование получать вознамерилась. А мать, Раиса, наоборот, обрадовалась: "Ты езжай, езжай и учись, как следует, не посрами! – напутствовала она, провожая дочь. – Диплом – это вещь хорошая".
Учёба Раисе нравилась. Рая познакомилась с такими же, как она, молодыми ребятами, полными оптимизма: в стране наступит светлое, прекрасное будущее. Она даже старостой стала, чем ужасно гордилась. На сессию ездила дважды в год, ребёнка оставляла с мамой. Николаю не доверяла: опять напьётся, мало ли что получится.
Наступила зимняя сессия, третий курс. После экзамена она решила прогуляться по городу немного в одиночестве, может, купит подарок для Гриши. Как же быстро летит время! В маленькой кроватке смешно хлопал глазками, а уже почти первоклассник! Неужели эти крошечные ножки станут огромными, мужскими стопами? Думать об этом Рае не хотелось, особенно сегодня. Погода-то какая! Солнце светит, снежок поблёскивает, город такой светлый и нарядный.
Настроение отличное: очередная пятёрка, ещё и отвечать пошла первой, без подготовки. Можно гордиться собой. Рая неспешно брела по улице, когда кто-то вдруг окликнул её. Она обернулась и увидела мужчину, лицо его показалось ей смутно знакомым. "Еле догнал!", – мужчина подошёл к Рае и с улыбкой посмотрел на неё. – "Ну, узнаёшь?" "Вроде бы… Дима, ты что ли?", – Рая прищурилась. "Ну, я, – кивнул он, стягивая шапку. – Сколько же лет прошло, Раечка".
"Что ж ты остался, что ли, не уехал никуда?" "Ой, Рая, столько всего случилось. Давай посидим где-нибудь, поговорим? Я кафе хорошее знаю, пирожные вкусные – пальчики оближешь". Молодая женщина задумалась. А что, время у неё есть, считай, целый день свободна, отчего не посидеть, не поболтать со старым знакомым? Да и когда она позволяла себе вот так, запросто, посидеть в кафе и попить чаю с пирожными?
Коля её не больно балует. Нет, они ездили в город вдвоём несколько раз, она предлагала выпить чаю в красивом месте, но незачем, говорит, тратить деньги, ведь мы их не печатаем. "Пойдём", – кивнула она. Дима принёс чай и пирожные-корзиночки на деревянном подносе. "Он попробуй, тебе понравится", – сказал Дима. "Спасибо, я себя просто королевой чувствую", – Рая отпила чай и огляделась. Все такие нарядные, а она в простеньком свитере сером, мама ещё вязала, юбка клетчатая, в пол. Рае стало грустно.
Деревенская, ничего с этим не поделаешь, на лице у неё это написано. "Ну, рассказывай, как дела?", – потребовал мужчина. Рая пожала плечами: "Да дела хорошо. Замуж вышла, хороший парень, работящий, в колхоз устроился. Сейчас вот учусь, в город на сессию приехала, а буду агрономом вот". "Ничего себе", – улыбнулся Дима. – "Потом, глядишь, и диссертацию защитишь, будешь кандидатом наук".
Рая махнула рукой: "Какой из меня кандидат, когда мне этим заниматься? То работа, хозяйство…" "Сын?", – спросил Дима. "Ну да", – она с вызовом посмотрела Диме в глаза, – "Сын". Он отвёл взгляд. Понял, должно быть. "Ну, а ты-то как? Почему остался?".
"Преподаю теперь в родном училище. Толя женился там, да только жена его заболела, жену он выхаживает и работу бросать не хочет. Говорит, призвание его, дело жизни. Таньку, жену его жалко, хорошая девчонка, добрая и весёлая…"
Рая посмотрела на аппетитные корзиночки и поняла, что есть она больше не хочет. "Я надеюсь, что всё будет в порядке. У меня уже новая жизнь. Дима, что теперь думать о прошлом? Толю и Таню мне правда жаль. Все мы люди, и такого никому не пожелаешь.
– Насчет этого ты права, Раечка, права. Слушай, а ты надолго в городе? – Неделю еще и домой, – ответила она. – К сыночку, соскучилась ужасно. Такой он смешной у меня.
– А давай в кино завтра сходим? – неожиданно предложил Дима. – Ты заигрываешь с замужней женщиной? – строго поинтересовалась она. Дима испугался: – Нет, что ты… Просто завтра премьера новой комедии. А мне сходить не с кем. Друзья по училищу разъехались, новых как-то не нашел. Ну, вот поэтому и предлагаю…
– Ладно, не бойся, – рассмеялась она. – Пошли в твое кино. У меня весь день свободный. На следующий день они сходили в кино. Фильм Рае понравился. Она давно так не смеялась. А потом они гуляли по городу и болтали. Оказалось, что Димка мечтает жениться, у самого семья была большая: трое братьев и две сестры, и мать с отцом всю жизнь прожили душа в душу. Только вот подходящую никак не найдет.
– Вроде много хороших, а ни одна не по сердцу. Рая, я, наверное, не должен тебе этого говорить, но… знаешь, ты мне всегда нравилась.
Рая удивленно вскинула брови. – Да, – тоскливо глядя ей в глаза, подтвердил он. – Я лично всегда думал, что только тебя недостоин. Когда он тебя решил бросить, мы же даже подрались тогда. Я тебе не рассказывал? Не выдержал.
– Дима, давай не будем вспоминать, – попросила она. – Я вчера же сказала тебе, что было, то давно прошло. – А если не прошло? – робко спросил он. Рая отвернулась. Да что же это такое, сходила в кино, называется…. Дима понял, что оплошал. – Раечка, извини, говорю не думая. Прости, пожалуйста. Наверное, просто мне слишком одиноко. Вот встретил тебя и вспомнил прошлое. Прости. Ну, нравилась ты мне. А кому ты не нравилась? Ты вон какая! Наши ребята многие про тебя говорили, что Толе повезло с тобой. Ты многим нравилась, правда.
– Дима, давай не будем об этом, – остановила она его жестом ладони. – Всего тебе хорошего. Я пойду в общежитие, уже поздно, и у меня завтра экзамен. – Ну, ладно, – вздохнул он, понимая, что видеться с ним Рая больше не захочет.
А Рае стало немного жаль Дмитрия. Наверное, правда, одиноко ему. Только вот что она-то может с этим поделать? – Дим, я знаешь что скажу тебе? Ты не грусти, найдешь ты еще ту самую, – улыбнулась собеседница. – Женишься непременно, детки пойдут. Знаешь, какое это счастье? – Да вот пока не знаю, – он улыбнулся в ответ, только улыбка его получилась печальной, и Рае стало неловко. – Дима, запиши мой адрес. Писать друг другу будем. Дружбу я тебе предложить могу, правда. – Давай адрес, – кивнул он. – Дружба – это хорошо.
Раиса сдала все экзамены и вернулась домой, но почему-то мысли о Диме не давали ей покоя. «Надо же, еще и дрался за нее…. А Толю все-таки жаль. Значит, получил все-таки наказание за то, что сделал». Рае казалось когда-то жестоким какое-то слишком наказание. «Но почему все так? Почему все так несправедливо?»
С Димой она и впрямь начала переписываться. Рая скрывала это от Коли, вдруг он решит, что у нее роман на стороне. Он и так ревнивый, вечно подозревает, что Рая уделяет слишком много внимания коллегам мужского пола, улыбается им, ресницами хлопает. А что поделать, если Рая и впрямь – улыбчивая? Глупый он какой-то, этот Коля, не понимает, что если женщина захочет изменить – изменит, как ты ни ворчи, как ни ругай ее, и как ни грози.
Письма от Димы приходили раз в неделю. Читать эти письма было приятно, они всегда вызывали у Раи искреннюю улыбку. Он делился с ней мнениями о прочитанных книгах, и Рая тоже читала их, чтобы поддержать разговор. Она писала ему о коллегах, о животных, писала о своем сыне, даже отправляла Гришины смешные рисунки: синее небо палочкой, солнце в углу листа, радуга, коровки…
«Жаль, что с Колей так не поговорить. Он-то считает, что и говорить с женой не о чем: стирку да мытье полов что ли с ней обсуждать?».
Со временем Рая начала жалеть, что вышла замуж. Жалела все сильнее и сильнее. И сама бы справилась с сыном, зарабатывает она нормально, а институт закончат – так зарплату повысят. Гришка все равно почти все время с мамой проводит. Только вот разводиться не решалась, страшно было, что будут говорить. За себя она не боялась, а вот за Гришку….
И так слухи ходят, что больно рано он родился после свадьбы, а тут и вовсе жизни не дадут парню языкастые. Не хотела, чтобы ее сын отвечал за ошибки матери.
Наступила летняя сессия. Рая, как всегда, поехала в город. Гриша остался с мамой. Коле Рая по-прежнему не доверяла. Да и сам Николай желанием сидеть с приемным сыном не горел. Так и не смог полюбить мальчика. Ничего плохого ему он не делал, но и чувств не проявлял. Гришка был для Коли пустым местом.
Дима пришел на вокзал, чтобы помочь давней подруге доехать до общежития. – Рай, может, лучше ко мне? – предложил он, когда они сели в трамвай. – Это еще зачем? – удивилась Раиса. – У нас хорошее общежитие, все есть что надо. – Но у меня удобнее, ванна и кухня своя, – он вдруг покраснел. – Раскладушку тебе на кухне могу поставить…
– Нет, Дима, я понимаю, что ты ничего такого не имеешь в виду, но я все-таки дама замужняя. Нельзя мне у мужчины ночевать, пусть даже мы просто друзья, – последние два слова Рая подчеркнула особо. Не хотела давать Диме надежду. Да Колю она, кажется, уже не любит, да и не любила никогда, вышла за него, потому что была вынуждена это сделать, но изменять супругу она не собиралась. – Ну, хорошо. Извини, хотел как лучше. И Дима пожал плечами. – Я понимаю. Наверное, я перегибаю палку.
Погода была замечательная. Экзамены Рая, как всегда, сдавала без труда, а свободное время проводила с Димой. Они были просто друзьями. Ходили на пляж и в кино, гуляли по городу, ели мороженое и сладкую вату, катались в парке на карусели, и Рае казалось, что она вернулась в детство. Как же с ним легко и хорошо! Почему Коля не может быть таким? Он вечно смотрит мрачно, вечно подозревает ее в чем-то. Конечно, если так себя вести, женщина захочет какого-то другого общения.
Он даже цветы ей не дарит, говорит, что это глупо. «Хочешь цветов – сходи да нарви себе сама». Не понимает этот Николай, что цветы – не просто подарок, это знак того, что любишь, что хочешь порадовать дорогого человека.
В один из вечеров Рая спросила о состоянии Толи и Татьяны. – Ей лучше, – сказал Дима. – Пишет, что идет на поправку. Может, через месяц домой отпустят.
Сессию Рая сдала. Остался последний день. Они гуляли по городу, устали, и Дима позвал ее к себе.
И она согласилась, не колеблясь ни секунды. Почему бы не выпить чаю и не передохнуть перед возвращением в унылое общежитие? Квартирка у него оказалась тесной. Чувствовалось, что Дима живет здесь один: чисто, но безжизненно. Никаких уютных вязаных салфеток, занавесок на окнах. Обои – тускло-серые. И Раю вдруг пронзило щемящее чувство жалости к нему. Ему нужна женщина, добрая, любящая, заботливая.
Он бы, наверное, ценил ее, дарил цветы без повода. Они выпили чаю, пересели в крошечную гостиную, и Рая внезапно осознала, что не хочет уходить. И в деревню возвращаться – тоже не хочет. Лучше бы вовсе не встречала этого Колю. Жила бы себе спокойно…. Ведь не человек он, а чурбан бесчувственный, и никогда им не станет. Поговорить с ним не о чем. Она предлагала ему хоть что-нибудь почитать, но он отмахивался – мол, еще время тратить на чужие выдумки, надо своей жизнью жить.
– Рая, а у тебя с мужем дела ладятся? – будто мысли ее прочитал Дима. Она удивилась. Лгать не хотелось. Да и зачем? По ее лицу и так все было видно.
– Дим, не ладятся. Я вышла за него, потому что от Толи ребенка ждала. Боялась, что в деревне пальцем показывать будут. Но теперь вот жалею. Разве что Гришу так защитить проще. А то сам понимаешь, что наши кумушки начнут про мальчишку говорить…
– Понимаю, – кивнул Дима. – Я так и думал, честно говоря. Надо было мне тогда решиться, отбил бы тебя у Толика.
– Не отбил бы, – грустно ответила женщина. – Я же влюбленная тогда была, видела себя генеральшей. Кто же знал, что он так поступит…
– Ну да, жизнь всё расставит по местам рано или поздно… – Дима посмотрел на нее с какой-то особой, новой нежностью. Рая подумала, что он сожалеет. - Он ведь на Тане женился, потому что она – дочь высокопоставленного человека. Она, может, и женщина хорошая, только любви там нет у них. А теперь еще и беда эта…. Вот он ее и не бросает, наверное, из-за положения тестя своего. Понимаешь?
– Слушай, я не хочу о нём, – нахмурилась Рая. – Ну, сколько раз говорить – всё отболело уже давно.
– Ну, хорошо, что отболело… – и он вдруг пододвинулся ближе к ней и обнял за плечи. – Рая, ты прости, что говорю тебе это, но я люблю тебя и не могу больше молчать. С тех пор, как встретились впервые, вот тогда и полюбил. Сердце за тебя болело, когда Толя тебя бросил. Думал, забуду, а вот не забыл.
Она вскинула на него глаза, но не отодвинулась.
– Ты… ты послушай, – он замолчал. На лбу появилась морщинка. Видно было, что говорить Диме тяжело. – Ты… давай бросай мужа, бери сына и приезжай ко мне сюда. Тесно, конечно, да, но как-нибудь разберемся. А потом другую квартиру получим…
– Дима, я не могу… – прошептала Рая.
– Да я тебя не тороплю. Ты подумай. Я всё решил. Теперь ты решай…
А потом он поцеловал ее, и она ответила на поцелуй. В ту ночь Дмитрий стал третьим ее мужчиной. И, наверное, лучшим из всех. Толика она толком и не помнила: Коля делал всё как будто для галочки и отворачивался к стенке. А вот Дима был другим – нежным, ласковым, предупредительным. Никогда Рая не чувствовала ничего подобного.
Утром они выпили кофе, позавтракали, и он довез ее до общежития на такси. Взял с нее слово, что она подумает над его предложением. Рая пообещала, что примет решение. Страшно вздохнула она.
– А мать… мать не поймет.
– Ты ради себя живи, а не ради матери. Ради себя и ради сына. А я для вас всё сделаю. Я Гришу не видел ни разу, а уже привязался к нему по твоим рассказам. Всё будет хорошо, Раечка. Решайся.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Уже сейчас вы можете прочитать продолжение на моем тг канале Королева, присоединяйтесь к каналу, новые рассказы и семейные забавные видео