❄️ Часть 1: «Невидимый мальчик»
Артём зашёл на кухню и без особой надежды открыл старый шкафчик, уже заранее зная, что снова увидит лишь пустые бутылки, покрытые пылью и липкие от пролитого дешёвого алкоголя. Прошла почти неделя с тех пор, как он ел что-то нормальное: родители, Игорь и Светлана, почти не выходили из запоя и регулярно прогоняли его, крича, чтобы не мешал отдыхать. Дождавшись, когда родители окончательно уснут, Артём решил хотя бы немного поесть, чтобы притупить постоянную боль в животе, но как всегда на кухне было пусто — или мать снова ничего не готовила, или всё, что было, давно съели, а может, и вовсе не покупали ничего, кроме водки.
В свои семнадцать Артём давно бросил школу, так как сосредоточиться на учёбе при таком образе жизни было невозможно. Родителям было всё равно, где он проводил время и чем занимался, пока не требовал от них еды или внимания. В первое время, когда приходили сотрудники опеки, Артём ещё надеялся, что родители испугаются и изменятся, но чуда не произошло, и он смирился с мыслью, что для них он просто лишний.
Днём он обычно болтался по городу, выискивая любые возможности подработать, а вечером пытался найти хотя бы кусок хлеба. Иногда удавалось перехватить что-то на шиномонтаже, где он помогал старшему мастеру, дяде Мише, который, видя его измождённый и худой вид, иногда подкармливал. Но таких людей было немного, чаще всего люди смотрели на Артёма с неприязнью и требовали работать быстрее.
Жили они совсем бедно: свет и горячую воду давно отключили за долги, а холодная струилась из крана тонкой ледяной ниткой, родители не обращали на это внимания, а зимой они грелись, незаконно подключаясь к электричеству, хотя даже этого тепла едва хватало.
В очередной раз, мучимый голодом, Артём лёг спать, когда в комнату внезапно ворвалась мать:
— Артём, ты чего разлёгся? Вставай быстро, отцу помощь нужна! У него заказ, сам не справится!
Он устало поднялся с кровати и вопросительно посмотрел на мать.
— Что уставился? Давай быстрее, сначала заработаете, потом поешь. И не смотри на меня так жалобно!
Спорить было бессмысленно, и Артём прекрасно это понимал. К тому же, несмотря ни на что, он надеялся хотя бы что-то заработать, хоть и знал, что деньги снова уйдут на выпивку родителям. Но иногда те, на кого они работали, подкармливали его, увидев, как он ослаб и исхудал.
В этот раз нужно было разгрузить мебель, но Артёму пришлось работать одному, так как отец, тяжело вздыхая, сел на ящик и сказал:
— Сердце болит, сынок, врачи велели покой соблюдать. Ты уж сам, если не справишься, помогу. Но лучше бы ты поторопился.
Артём прекрасно знал, что отец никогда не поможет. Отец всегда обвинял во всех бедах Артёма и мать, рассказывая, что без них он давно жил бы в достатке.
— Пап, ну давай вместе, я уже половину разгрузил, — попросил он тихо.
— Ты на меня не дави, сынок. Я в свои сорок как старик, жизнь потрепала меня. Если бы не вы с матерью, давно бы по-другому жил, — привычно пробормотал отец.
Подобные разговоры Артём слышал уже тысячу раз. Мать, в свою очередь, обвиняла отца в том, что он испортил ей молодость, хотя напрямую на сына почти никогда злость не вымещала.
Когда работа была окончена, Артём стоял рядом и молча наблюдал, как отец получает деньги. Он испытывал одновременно и гордость, что сумел справиться в одиночку, и тоску от того, что эти деньги снова пойдут на бутылку. Несмотря на мучивший его голод и головокружение, он не шевельнулся, когда отец, заметив его жалкое состояние, наконец сказал:
— Пошли, зайдём в магазин, возьмём что-нибудь поесть.
В магазине отец проявил неожиданную щедрость и купил несколько пачек дешёвой лапши быстрого приготовления и пару батонов хлеба, а всё оставшееся снова потратил на водку. Артём был рад даже этому, хотя понимал, что теперь ему предстоит ещё найти способ вскипятить воду.
Артём настолько сильно мечтал поесть, что даже зубы ныли от одной мысли о еде. Придя домой, он схватил грязную тарелку и вытер её кое-как старым полотенцем. Затем он поспешил к соседке, тёте Зое, чтобы попросить немного кипятка.
— Что тебе нужно, Артём? — спросила женщина, выглядывая из-за двери.
— Тётя Зоя, можно немного кипятка? Лапшу заварить, — робко попросил он.
— Конечно, подожди здесь, — сказала соседка и вскоре вынесла ему кружку с горячей водой. Артём пообещал скоро вернуть её и быстро направился домой.
Вернувшись в квартиру, он залил лапшу кипятком и накрыл тарелкой, чтобы она настоялась. Затем он вернул кружку тёте Зое, а когда вернулся, обнаружил с горечью, что родители уже ели его лапшу.
— Почему вы хоть раз не можете оставить еду для меня? — с отчаянием спросил он.
— Много болтаешь, — раздражённо ответил отец. — Вот будешь зарабатывать сам, тогда и ешь сколько хочешь. А пока не лезь и проваливай отсюда.
Переполненный обидой и гневом, Артём вышел из дома, не зная, куда идти, хотя понимал, что голод скоро заставит его вернуться. Он поднялся на чердак своего дома и сел, мрачно размышляя о том, как раздобыть хотя бы кусок хлеба. Внезапно он услышал шаги — это был его друг Пашка, такой же голодный и с не менее сложной семейной ситуацией.
— А вот и ты, Артём, думал сегодня не придёшь, — сказал Пашка.
— А куда ещё идти? Родители опять в запое и не дают поесть. Думаю украсть у них хлеба немного, — ответил Артём.
— Они, наверное, уже в стельку, иди быстрей, пока всё не съели, — предложил Пашка.
Артём вернулся домой, быстро схватил половину батона и снова вышел. Поделившись с Пашкой хлебом, оба почувствовали себя немного лучше.
— Останешься сегодня у меня? — спросил Артём.
— Да, дома всё равно ничего хорошего, — кивнул Пашка.
Тихо прокравшись в квартиру, они легли спать. Артём заметил, что родители не храпят, как обычно, и подумал, что они не сильно пьяны, однако вскоре уснул. Проснулся он на рассвете от странных звуков и разговоров. Подумал сначала, что это пришли собутыльники родителей, но, прислушавшись, понял, что голоса были непривычно трезвыми.
Войдя в комнату родителей, он увидел, что те лежат без признаков жизни. Поняв, что некачественная водка стала причиной трагедии, Артём осознал, что теперь остался совершенно один. Хотя он часто мечтал избавиться от такой тяжёлой жизни, сейчас его охватило странное чувство потери и одиночества.
Соседи, в том числе и тётя Зоя, помогли ему с организацией похорон, чтобы всё прошло достойно. Когда всё закончилось, тётя Зоя собрала грязные тарелки и сказала Артёму:
— Родители твои умерли, теперь надо думать, как жить дальше. Содержать тебя некому. Может, пора звонить в опеку, пусть тебя в детдом забирают.
— Не нужно никакого детдома, скоро мне восемнадцать, — твёрдо ответил Артём. — Я работать могу. Раньше не хотел, потому что знал, что родители всё равно деньги на выпивку потратят. А теперь могу на СТО устроиться или грузчиком. Сил у меня хватит, вы не переживайте за меня.
— Переживать за тебя? — с горечью бросила тётя Зоя. — Я своих детей вырастила, мне лишний нахлебник не нужен.
Эти слова больно ранили Артёма, он почувствовал себя ещё более одиноким и никому не нужным. Даже родителям он никогда не был нужен. Артём подумал, как довела его жизнь до такого отчаяния. Вспомнилось ему, как читал когда-то в сказке, что счастливые пары уходят из жизни в один день, но у его родителей не было ничего романтичного, только горькая и трагичная смерть.
В это же самое время, в совсем другой части города, Марина Сергеевна смотрела на сына Кирилла и никак не могла понять, как он привёл в дом девушку по имени Алёна. Марина Сергеевна знала, что сын встречался с кем-то, но и представить себе не могла, что его выбор падёт на такую, как Алёна.
Марина Сергеевна была весьма обеспеченной женщиной, вдовой и владелицей крупной фармацевтической компании, которую много лет развивала вместе с мужем. После его смерти семейный бизнес перешёл в руки сына Кирилла, однако она продолжала активно помогать ему советами и связями, оставаясь важной частью управления компанией. Несмотря на своё высокое положение и достаток, Марина Сергеевна категорически не желала, чтобы её единственный сын женился по расчёту, считая, что семейное счастье возможно только по любви.
«Господи, неужели он серьёзно решил жениться именно на ней?» — думала Марина Сергеевна, глядя на девушку своего сына.
Её близкая подруга Лариса Петровна, с которой она дружила больше десяти лет, как-то раз предложила свести их детей вместе, но Марина Сергеевна категорически отказалась.
— Ларочка, ну что ты говоришь! Если бы у наших детей было хоть что-то общее, мы бы давно заметили. И вообще, я хочу, чтобы Кирилл женился по любви, как когда-то вышла замуж и я, — сказала тогда Марина Сергеевна.
— Да подумай ты о наших внуках! Представляешь, как было бы чудесно, — настаивала Лариса Петровна.
— Мой сын сам разберётся. Верю, что найдёт достойную девушку, хотя нынешняя молодёжь, признаться, слишком легкомысленна. Посмотри на нас: возраст уже приличный, а внуков всё нет и нет, — с грустью вздохнула Марина Сергеевна.
— Знаю, Мариночка. Иногда кажется, что и не доживу до внуков. Годы идут, а всё болит сильнее. Вот колено уже несколько недель беспокоит, — пожаловалась Лариса.
Вспоминая этот разговор, Марина Сергеевна смотрела на Алёну и не могла поверить, что Кирилл привёл домой девушку, столь далёкую от её представлений о невестке. Алёна была одета вызывающе: мини-юбка, ярко окрашенные красные волосы, избыток макияжа и вызывающая манера жевать жвачку.
— Сынок, ты серьёзно? — осторожно спросила она.
— Да, мама, мы любим друг друга, — решительно ответил Кирилл.
Марина Сергеевна вздохнула, понимая, что вынуждена смириться с выбором сына, хоть и не одобряла его.
— Мам, мы любим друг друга и хотим пожениться. У тебя есть какие-то возражения? — настаивал Кирилл.
— Кирилл, скажи мне честно, ты настолько меня не любишь, что решил мне отомстить таким способом? — тихо произнесла Марина Сергеевна.
— Мама, о чём ты говоришь? Я просто принял решение, и ты всегда говорила, что поддержишь меня, — ответил он.
— Я просто боюсь, что ты совершаешь ошибку, — сказала Марина Сергеевна, стараясь сохранить спокойствие. — Ладно, садитесь ужинать. Дуся накроет ещё на одного человека, я думала, ты придёшь один. Идите мойте руки, я жду в столовой.
Марина Сергеевна не знала, как себя вести с Алёной, которую считала вульгарной, но решила дать ей шанс, возможно, её первое впечатление было ошибочным.
Когда все сели за стол, Алёна сказала:
— У вас такая красивая ванная, очень стильно!
— Рада, что тебе понравилось, а теперь давайте ужинать. Вижу, Кирюша голоден, — старалась быть вежливой Марина Сергеевна.
— Да, мама, у меня сегодня много работы было, стараюсь всё успеть до выходных. В субботу мы собираемся на дачу, погода прекрасная, хотим поплавать, — ответил Кирилл.
— У вас там есть озеро? — заинтересовалась Алёна.
— Нет, но есть крытый бассейн с подогревом. Мы с мамой любим там плавать, это полезно для здоровья, врач так рекомендовал, — пояснил Кирилл.
— Точно, сынок. Тогда я приглашу и Ларису, она тоже хотела приехать, — добавила Марина Сергеевна.
— Кто такая Лариса? — спросила Алёна.
— Это давняя подруга мамы, — ответил Кирилл.
— Конечно, мам, приглашай её, сделаем пикник. Дуся замаринует шашлык, у неё получается лучше всех, — сказал Кирилл.
Марина Сергеевна задумалась, может, рядом с Ларисой и её дочерью сын поймёт, что есть девушки более подходящие.
— Алёна, расскажи, чем ты занимаешься? — попыталась познакомиться поближе Марина Сергеевна.
— Работаю в салоне красоты, — ответила Алёна.
— А родители твои где живут? — продолжила Марина Сергеевна.
— В деревне остались. Я сбежала оттуда, жизнь там не для меня, работы никакой. Родители, наверное, давно спились, может, уже и умерли. Не скучаю по ним, — сказала Алёна пренебрежительно.
Марину Сергеевну поразила такая откровенность.
— Как ты можешь так говорить о родителях? Они же воспитали тебя, дали хоть какое-то образование, — сдержанно сказала она.
— Они ничего хорошего не сделали для меня. Всего добилась сама. Если бы не уехала, пропала бы там от тоски. Жизнь в деревне ужасна, дороги развалены. Не хочу о них говорить, они меня бросили сразу после школы, и я их тоже бросила. Не нужны они мне, — холодно ответила Алёна.
Марина Сергеевна была настолько ошеломлена словами Алёны, что на мгновение потеряла дар речи. Она не могла представить эту девушку частью своей семьи, и дело было не в её происхождении, а в том, что у Алёны, по мнению Марины Сергеевны, совершенно отсутствовали жизненные ценности и достойные амбиции. Она искренне переживала, что с такой спутницей её сын никогда не будет счастлив.
Когда Кирилл и Алёна наконец ушли, Марина Сергеевна позвонила своей подруге Ларисе Петровне.
— Лариса, даже не знаю, что и сказать. Кирилл собрался жениться на совершенно неподходящей для него девушке. Если бы ты её видела, точно была бы в шоке. Даже я, повидавшая в жизни многое, чуть сознание не потеряла от удивления, — пожаловалась она.
— Марина, а что случилось-то? Он кого-то домой привёл? — заинтересовалась Лариса.
— Сложно назвать её невестой… Девушка кажется совершенно не подходящей моему сыну, выглядит крайне вульгарно. Но самое худшее то, что он действительно в неё влюблён. Я очень переживаю, — призналась Марина Сергеевна.
— Может, приворожила его? Говорят, сейчас это сплошь и рядом, — предположила Лариса.
— Не знаю, но выглядит так, словно он под каким-то гипнозом. Пожалуйста, приезжай на дачу в субботу и возьми свою дочь, пусть Кирилл хоть посмотрит, как выглядят нормальные девушки. Своему сыну я ничего прямо сказать не могу, иначе он только больше упрётся, — попросила Марина Сергеевна.
Утром в субботу Марина Сергеевна и Дуся уже были на даче, вскоре приехали Лариса Петровна с дочерью Полиной.
— Полина, как я рада тебя видеть! Всегда такая очаровательная и ухоженная! — тепло улыбнулась Марина Сергеевна.
— Тётя Марина, здравствуйте! Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась Полина.
— Хорошо, дорогая, хотя вот поясница снова беспокоит. Но хватит жаловаться на здоровье, мы здесь, чтобы отдыхать. Кирилл скоро подъедет, задержался из-за работы. Ты слышала, он собирается жениться? — с тревогой сказала Марина Сергеевна.
— Да, я что-то слышала об этом. Как вам его избранница? — спросила Лариса.
— Честно говоря, не нравится. Дело даже не в том, что мне придётся с ней общаться. Просто душа болит за Кирилла. Любовь, конечно, слепа, но очень надеюсь, что он вовремя одумается, — ответила Марина Сергеевна.
— Главное, чтобы детей пока не было. Эта девушка совсем не выглядит подходящей для материнства. Если бы ты слышала, как она отзывается о своих родителях, волосы бы на голове зашевелились. Но, кажется, Кирилл всерьёз втрескался, — добавила она как бы размышляя вслух.
— Полина, а ты сама когда замуж соберёшься? Не жди, пока тридцать исполнится! — улыбнулась Марина Сергеевна, меняя тему разговора.
— Ой, тётя Марина, пока не нашла подходящего кандидата, а я девушка требовательная, — засмеялась Полина.
— Такая красавица и умница! Не понимаю, как мой сын мог выбрать эту особу, когда рядом есть девушки вроде тебя. Мужчины иногда совершенно не думают головой, — вздохнула Марина Сергеевна.
Они сидели в уютной беседке, окружённой садом, который был гордостью Марины Сергеевны. Она сама спланировала каждую деталь, наняла садовника, чтобы поддерживать идеальный порядок.
— Марина, как красиво ты оформила сад! Тебе бы дизайнером работать, а не в фармацевтике, — восхитилась Лариса.
— Это моё хобби, Лариса. Фармацевтика стала делом моей жизни благодаря мужу, пока он был жив. Теперь вот пенсионерка и внуков очень хочу, только вот не уверена, смогу ли принять такую невестку, как Алёна, — грустно вздохнула Марина Сергеевна.
Вскоре подъехал Кирилл с Алёной, и, увидев девушку снова, Марина Сергеевна не смогла скрыть разочарования. Алёна была одета слишком вызывающе, её макияж был настолько броским, что смотреть на неё было тяжело.
— Мама, тётя Лариса, Полина, всем привет! — весело поздоровался Кирилл, войдя с Алёной в дом.
— Привет, сынок. Вы уже завтракали? Я думала, вы позже приедете, — попыталась скрыть неприязнь Марина Сергеевна.
— Да, мам, мы перекусили в кафе, но уже ждём шашлыков, — ответил Кирилл.
— Ну, знаешь же, что в кафе еда не самая полезная, не порти себе желудок, — с лёгким укором добавила Марина Сергеевна.
— Хорошо, мам, в следующий раз будем осторожнее, — улыбнулся Кирилл. — Пойдёмте лучше плавать. Полина, присоединяйся!
Полина улыбнулась и последовала за Кириллом и Алёной к бассейну. Марина Сергеевна и Лариса Петровна остались одни.
— Марина, теперь я понимаю твоё беспокойство. Никак не могу взять в толк, как Кирилл мог выбрать именно её, — покачала головой Лариса.
— И я не понимаю, Лариса. Такое ощущение, будто он совсем потерял голову. Если он поведёт её куда-то на официальное мероприятие, это будет просто позор, — ответила Марина Сергеевна тревожно.
Вскоре вернулась Полина, явно расстроенная.
— Это просто невыносимо! — воскликнула она, садясь рядом с матерью. — Алёна нагрубила мне, чуть за волосы не схватила только за то, что я заговорила с Кириллом. Он даже среагировать не успел.
— Не переживай, Полина, я сама поговорю с ней. У нас такое поведение недопустимо. Она ещё не жена моего сына, и если хочет получить моё одобрение, придётся вести себя соответствующе, — сказала Марина Сергеевна строго.
Марина Сергеевна была в ярости и уже жалела, что организовала эту поездку, обычно доставлявшую ей радость, а теперь испорченную присутствием Алёны. Она наблюдала, как Кирилл и Алёна выходят из бассейна и направляются к ним.
— Девочки, поговорите с Кириллом, а я сама займусь моей будущей невесткой, — твёрдо сказала Марина Сергеевна.
— Алёна, мне нужно с тобой поговорить. Пойдём, — предложила она, указав на комнату, где можно было поговорить наедине.
Алёна удивлённо посмотрела на Марину Сергеевну, затем на Кирилла, который утвердительно кивнул. Неохотно она последовала за будущей свекровью.
— У нас в доме есть определённые правила, — начала Марина Сергеевна, закрыв дверь. — Прошу тебя соблюдать их. Если что-то тебе не нравится, обсудим это, но грубости я не потерплю.
— Что я такого сделала? — раздражённо вскрикнула Алёна.
— Не нужно кричать. Если хочешь, чтобы нас услышали, я тоже могу повысить голос. Я не позволю тебе нападать на Полину. Они с Кириллом знакомы много лет, а тебя никто не знает. Будь добра вести себя достойно, если хочешь стать частью нашей семьи, — строго ответила Марина Сергеевна.
— Хотите, чтобы я извинилась? — с вызовом спросила Алёна.
— Именно так. И впредь контролируй своё поведение, — спокойно добавила Марина Сергеевна.
Алёна кивнула, покраснев от злости, но спорить не решилась и вышла из комнаты, оставив Марину Сергеевну, которая поняла, что они никогда не смогут стать подругами.
Марина Сергеевна вспомнила покойного мужа и подумала, что он обязательно поговорил бы с Кириллом и посоветовал ему не торопиться с таким решением.
Продолжение: