Кабинет уролога встретил меня запахом антисептика и тишиной, которая давила на уши. Я сидел на холодном кресле, перебирая в руках листок с результатами последнего анализа. Буквы расплывались перед глазами, но диагноз читался четко: «Азооспермия. Отсутствие сперматозоидов в эякуляте».
— Вы понимаете, что это значит? — врач отложил папку и посмотрел на меня поверх очков.
— Что у меня нет шансов иметь детей.
— Не совсем так. Есть варианты с биопсией, ЭКО...
Я кивал, делая вид, что слушаю, но мысли крутились вокруг одного: Алина беременна. Как, черт возьми, это возможно?
Два года попыток. Два года надежд, которые с каждым месяцем таяли, как снег в марте. Сначала мы смеялись над неудачами, потом начали считать дни цикла с серьезностью ученых, а затем и вовсе перестали говорить об этом. Я прошел обследование первым — и получил приговор. Но не сказал ей. Не смог.
Дверь кабинета захлопнулась за моей спиной. Я вышел в коридор, где на стенах висели плакаты с улыбающимися младенцами, и почувствовал, как сжались кулаки.
— Ты где? — голос Алины в трубке звучал непривычно взволнованно.
— В поликлинике. Просто... проверялся.
— Приезжай скорее. У меня... у нас... — она замялась, и в этой паузе я услышал что-то, от чего похолодела спина.
— Что случилось?
— Я беременна.
Такси неслось по городу, а я смотрел в окно, пытаясь понять, как такое возможно. Ошибка врачей? Чудо? Или...
Она ждала меня у подъезда, с сияющими глазами и двумя полосками на тесте в дрожащих руках.
— Представляешь? После всех этих месяцев... — она обняла меня, и я почувствовал, как ее тело дрожит от счастья.
— Представляю, — я обнял ее в ответ, целуя в макушку, и в этот момент принял решение.
Я буду подыгрывать. Но сначала — узнаю правду.
На следующее утро я проснулся раньше обычного. Алина спала, положив руку на Показать до конца