Владимир вернулся домой поздно вечером. Дети встретили его радостным гомоном, наперебой выкрикивая: «Папа, папа!» Семилетний Егор весело прыгал вокруг, пока полуторагодовалая Ксюша тянула ручки вверх, стремясь попасть в объятия любимого папочки.
В квартире стоял аромат вкусного ужина.
– Но, но, но, – следом вышла Лариса. – Не мешайте отцу раздеться.
Она осторожно подняла Ксюшу на руки, крепко обняв сына одной рукой. Владимиру хватило мгновения, чтобы поцеловать младшую дочь и слегка потрепать волосы сына.
– Егорка, собирайся, я тебя отвезу к тёте Вале.
Это прозвучало как гром среди ясного неба. Мальчик замер на месте, широко раскрыв глаза, а Лариса инстинктивно сильнее прижала сына, будто пытаясь защитить его от неизбежного расставания.
– Нет! – почти прокричала Лариса.
— Хватит истерик, Лариса. Твой материнский инстинкт мешает здравому смыслу, – голос мужа звучал холодно и сухо, лишённый всякого сочувствия. Сердце Ларисы сжималось от боли и отчаяния. Ей казалось, что любимый мужчина внезапно превратился в совершенно незнакомого ей человека.
Лариса с детьми ушла в кухню и начала накрывать на стол.
За ужином царила гнетущая тишина. Владимир сидел напротив жены, погруженный в собственные мысли. Лишь стук вилок о тарелки нарушал молчание. Лариса вновь размышляла, как бы так убедить мужа.
Когда Лариса вышла замуж за Владимира, у него уже был сын Егорка, чудесный ребёнок. Лариса быстро нашла общий язык с ним. Он часто гостил у отца. Лариса занималась с ним, играла, читала книги. Она полюбила ребёнка.
Даже когда родилась Ксюша, Лариса находила время для Егорки.
Недавно случилось несчастье, погибла мать Егора. Лариса была уверена, что теперь Егор будет жить с ними. Но вдруг появилась бездетная родственница матери Егора, которая готова забрать его себе. Когда Лариса запротестовала, муж её вдруг встал на сторону этой тётки Егора.
– С ума сошла? У нас маленький ребёнок, ты в декрете. Одно дело поиграла с ним и отдала, а другое дело взять полную ответственность за него. Ему нынче в школу. Ты представляешь, какие это расходы? А у Вальки денег куры не клюют, вот и пусть содержит Егора. Ему там лучше будет.
– Я его уже давно считаю своим сыном. Я не могу его отдать чужим людям, – не понимала мужа Лариса. – Неужели мы его не вырастим? Не дадим всего необходимого? Он же твой сын! Как ты можешь?
– Опомнись! Ты ему чужая тётка! Всё, больше мы с тобой это не обсуждаем. Егор будет жить с Валентиной, – сказал Владимир тоном, не терпящим возражения.
После ужина Владимир сам собрал вещи Егора.
Дверь захлопнулась, оставив Ларису, держащую на руках плачущую дочь. Слёзы катились по щекам Ларисы нескончаемым потоком, смешиваясь с горечью утраты и чувством вины. Теперь её дом казался пустым и унылым, лишённым детского смеха и радости.