Что будет, если один из самых известных российских фешен-фотографов решит заняться цифровым искусством? Ответом на этот вопрос стал новый проект Ильи Вартаняна «Музы», который продолжает серию его экспериментов на стыке фигуративности и абстракции
На «цифру» Илья Вартанян смотрит не как на эволюцию ремесла, но как на отдельный вид искусства, который ему в какой-то момент захотелось освоить. Найденный им в процессе многих экспериментов метод предполагает обработку оцифрованной графики, рисунка, а еще — работу с контрастом, тональностью, с текстурой и фактурой бумаги, которые тоже становятся частью конечного образа. «В этот плавильный котел можно сложить что угодно. Еще не до конца готовое изображение я могу переснять и перенести в цифровую среду. На каждом этапе я говорю именно о фотографировании, не о фотографии, — это мой инструмент, как кисть в руке художника», — объясняет он. Создание цифровых абстракций — процесс, в котором нет линейной логики, но есть много спонтанности. Любое действие в графических редакторах — смешение форм и слоев, наложение пятен и линий — может привести к неожиданному и очень яркому результату. Масштаб здесь тоже имеет значение: принты больших форматов буквально затягивают зрителя в придуманные художником абстрактные миры.Начиная работу над серией «Музы», Вартанян пригласил к сотрудничеству любимых актрис и героинь прошлых модных съемок, а также команду единомышленников — Александра Челюбеева, Ольгу Горячеву, Юлию Клименкову, которые поддержали его и с энтузиазмом подключились к проекту. В процессе Илья вернулся к чуть большей фигуративности — к композициям, где порой считывается образ конкретного человека. Однако продолжил экспериментировать с обработкой изображений, решив оставить интерпретацию своих сложно составленных визуальных опусов зрителю. го портреты — не портреты в привычном смысле, здесь не всегда есть прямое сходство с моделью, зато всегда виден творческий путь, по которому идут двое и на котором есть место непредсказуемому.«Раньше я много работал с аналоговой фотографией, нестандартными техниками обработки изображений, — говорит Илья. — Процесс проявки завораживал меня. И фактор неожиданности в нем очень важен — бывают эффекты, которых ты достигаешь случайно, из-за нарушения технологии. Именно поэтому пленка существовала для меня как отдельный вид искусства. В цифровой фотографии я этого не видел. Но как только нащупал свой метод, начал заниматься диджитал-артом, нашел в цифровых изображениях гораздо больше непредсказуемости, нелогичности, сопротивления и, как следствие, еще не открытых возможностей. Ощущение, что цифра — это что-то мертвое, структурированное, собранное из пикселей, — пропало. Абстракция — это метод, который оставляет максимальное пространство для свободы. Да и вообще, я думаю, единственные возможные и желаемые для меня варианты коммуникации — это абстракция и телепатия. Они не требуют формулировок. Они — след мысли, телепатический архив. А вы расшифруйте — слова тут не помогут».
