Удивительное письмо пришло из Нижнего Новгорода - от Людмилы Николаевны Пугиной. Она рассказывает о своей бабушке Екатерине Михайловне (фамилия, к сожалению, не указана). Читая этот рассказ, невольно поражаешься, как много тяжелейших испытаний может выдержать человек, тем более - совсем юная женщина. Но всё так и было...
«Для меня моя бабушка Екатерина Михайловна – яркая путеводная звезда. Сколько мудрости было в ней! Она, совершенно безграмотная, могла найти слова поддержки и утешения в самых сложных жизненных ситуациях. В ней были юмор и доброта, глаза излучали ласку и заботу. Говорила бабушка всегда тихим голосом. Я, глупая, многие ее советы пропускала мимо ушей, а спустя годы они начали всплывать в моей памяти и помогали мне даже в тупиковых ситуациях.
…Бабушка Катя появилась на свет в 1890 году (умерла в 1965-м) в Белоруссии. Родилась она в большой крестьянской семье, где было пятнадцать детей. С шестилетнего возраста уже работала у чужих людей: пасла гусей, коз, нянчила малышей.
В 12 лет Катюшу взяли горничной в польскую семью. Будучи неграмотной, девочка, имея прекрасную память, выучила польский и еврейский языки (родными для нее были белорусский и русский). Она была рослая, красивая стройная брюнетка с длинными толстыми косами и ярко-голубыми глазами.
В 13 лет ее изнасиловал сын хозяев (взрослый мужчина). Когда обнаружилась беременность, хозяева с позором выгнали Катю на улицу. В родном доме, у отца и матери, она тоже не нашла сочувствия и жалости – выгнали с проклятьями.
Кате пришлось просить милостыню (на работу беременную девочку никто не брал). Родила она прямо на улице. Какой-то сердобольный человек довел ее до сиротского приюта. Вот там она и стала жить с новорожденным сыночком Васей. В приюте Катя стала нянечкой и кормилицей для других сирот. На удивление, молока у нее было много, хватало и сыночку, и другим деткам.
Первое замужество
В 16 лет она вышла замуж за мужчину из Минска, который был на двадцать лет старше, – его звали Федором. О любви моя бабушка не задумывалась и не знала ее совсем. Муж относился к ней бережно и полюбил ее сыночка Васю (он сам был сиротой – его воспитывала старшая сестра). Фактически Федор заменил Кате отца и мать, ведь она сама была еще девчонкой. От него бабушка родила двух сыновей.
Сестра Федора вышла замуж и уехала жить в Сибирь, а Катя с Федором остались жить на окраине Минска в стареньком родительском доме. У Федора была астма – он часто задыхался. Жили они бедно, муж старался зарабатывать, но из-за болезни получалось не всегда. Катюша стирала чужим людям белье, помогала в огородах.
А потом пришло письмо от сестры Федора. Она написала, что овдовела и что одной ей трудно вести хозяйство (жила она в селе недалеко от Екатеринбурга). Писала, что хозяйство у нее крепкое, есть корова, куры, овцы, поросята. Звала жить к себе.
Федор предложил жене ехать в Сибирь. Они отправились в дальний путь. Но в дороге заболели брюшным тифом, и их ссадили с поезда – поместили в таежный барак. Более двух месяцев Катя находилась между жизнью и смертью. Когда она пришла в себя, ей сообщили, что муж и младшие сыновья умерли. Старший сын Василек выжил, но был очень слабенький (впоследствии он погиб геройской смертью под Сталинградом).
Умерших от тифа похоронили в братской могиле. Катя и Вася снова остались одни.
Бабушка решила вернуться в Минск, но, когда добралась до города, обнаружила, что их старенький домик совсем покосился, того гляди рухнет… Поплакала-погоревала и пошла искать работу и пристанище. Катю взяли санитаркой в больницу и предоставили каморку на больничной территории. Там они с Васенькой и жили.
О любви – ни слова
Однажды в больницу привезли с завода рабочего с сильными ожогами и травмами. К нему изредка приходили с завода, а вот родственники не навещали. Катя стала о нем заботиться. Когда он пошел на поправку, позвал ее замуж. Катя согласилась. И опять о любви не было сказано ни слова, а только предложение стать женой.
От завода семье дали сначала жилье в бараке, а позже – двухкомнатную квартиру в кирпичном доме. Иван – так звали второго мужа Катюши – был родом из Петербурга, потомственный рабочий. Много рассказывал о своем родном городе и обещал как-нибудь свозить туда, но не сложилось. Катя продолжала работать санитаркой, а ее муж трудился на заводе.
Иван был рыжий, весь в веснушках, голубоглазый, Катя, как уже сказано, - тоже голубоглазая, но смуглая брюнетка. Она родила одиннадцать детей: десятерых мальчишек и единственную дочь Марию (один мальчик умер в трехлетнем возрасте). Все дети были рыжие и веснушчатые, а предпоследний, Ваня, - смуглый и темноволосый, в маму. Этого сына Иван невзлюбил, а жену стал оскорблять недоверием. Катя клялась мужу в верности, а он не верил. Когда выпивал, то бил ее и обзывал всякими словами. Как Кате было обидно! Так и жили. Не раз бабушка вспоминала Федора, его доброту и заботу…
Последним родился Миша – тоже рыжий и веснушчатый. Иван стал спокойнее, но Ванюшу своим сыном по-прежнему не считал.
Война. По России…
А меж тем приблизилась роковая дата – началась война с фашистами. Минск бомбили в самые первые часы. Катя в ту ночь была на работе в больнице, а Иван – в ночной смене на заводе. Дети тоже находились кто где: дочь Мария и младшие мальчики в пионерских лагерях, старшие сыновья служили срочную, а кто-то уже успел стать кадровым военным. В дом Ивана и Кати попала бомба. Семья осталась без имущества и без документов.
Люди устремились из Минска толпами. Когда Катя с Иваном добрались до одного из пионерлагерей, узнать о местонахождении хоть кого-нибудь из детей стало невозможно – никого не было. Они еще долго пытались (под бомбежками и обстрелами) как-то отыскать детей, но все было тщетно.
Они стали беженцами – на эшелонах, с пересадками, попали в Узбекистан. Беженцев было очень много, но тем не менее узбекские семьи брали страдальцев к себе и жили с ними дружно. Через полгода туда же привезли детей из Белоруссии (был образован детский дом), и одной из воспитательниц оказалась их дочь Мария. О младших сыновьях Ване и Мише сведений не было.
Через месяц после встречи с дочерью все трое заболели малярией. Еле-еле выжили, и врачи порекомендовали им срочно сменить климат. Семье оформили документы в Сибирь, давали работу на железной дороге (для бабушки это была уже вторая попытка переехать в Сибирь).
Работа оказалась не из легких – нужно было укладывать шпалы. Катя надорвалась, у нее началось опущение внутренних органов и выпадение матки – пришлось делать операцию. И Ивана образовались две грыжи. Им выписали документы на Волгу (Сызрань, Хвалынск), где отправили на лесоповал обрубщиками сучьев.
Мария стала работать воспитателем в детском доме. Там она питалась получше, а о родителях не думала (единственная дочь всегда была любимицей отца, он с нее пылинки сдувал – выросла эгоисткой). Со здоровьем у Ивана и Кати стало совсем плохо, и их отвезли в Хвалынск, в больницу. Через неделю Иван умер. Бабушка чудом осталась жива, этим чудом оказался ее младший сын Миша.
Мишу вместе с другими детдомовцами-белорусами привезли в Хвалынск, и здесь он нашел сестру. Мария сообщила ему, что отец умер, а мать в больнице. Миша стал каждый день бегать к маме и приносить кое-что из своих порций детдомовской еды. Так Катерина и выжила.
Возвращение в Минск
В 1944 году Минск освободили. Екатерина сказала сыну и дочери, что нужно возвращаться домой. Миша согласился с радостью, а вот Мария не хотела, но все же ее уговорили. Приехали в Минск и поселились в землянке (город был разрушен на 90 процентов). Начали работать на восстановлении города (разбирали развалины, складывали кирпичи). Мария вскоре пошла на главпочтамт. Миша окончил школу и пошел в ФЗУ, где получил профессию слесаря-инструментальщика.
А бабушка начала ходить в военкомат, чтобы узнать о судьбах старших своих сыновей, воевавших на фронтах Великой Отечественной. И постепенно, не сразу узнавала об их гибели… Оставалась надежда найти предпоследнего – Ваню. Несколько лет спустя он нашелся – радость для бабушки была неописуемая!..
Когда бабушка рассказывала мне это, она плакала. Она была искренне верующим и очень добрым человеком. Свои добрые дела не выставляла напоказ, была скромной и честной. В ее жизни никогда не было ухаживаний, комплиментов, свиданий под луной, страсти она не знала. Детей очень любила и воспитывала их честными, трудолюбивыми. Прекрасно пела, знала много русских, белорусских, польских и еврейских песен.
Путеводная звезда
Однажды летом мы сидели с бабушкой на крылечке вечерком, она показала мне на звезды и сказала, что у каждого человека на небе есть звездочка. Когда человек рождается – она зажигается, когда умирает – она падает. Показала личико на диске луны, и объяснила, что это Авель, которого убил из зависти брат Каин, и теперь Авель с укором смотрит на брата, и тому никуда не укрыться от этого взгляда…
Мне не долго довелось пожить с бабушкой, но для меня она - пример жизнестойкости, жизнелюбия и доброты. Она – моя путеводная звездочка. Откуда в неграмотной женщине было столько мудрости? К ней могли обратиться в любое время дня и ночи. Даже когда бабушка чувствовала себя плохо, она все равно шла помочь людям.
Когда она умерла, моя мать (Мария) мне не сообщила. Я тогда послала бабушке посылку к 8 Марта, а она умерла 5 марта 1965 года. В день ее смерти я почему-то несколько раз принималась без причины плакать. Раньше не обращала внимания на свое сердце, а в тот день оно ныло, как нарыв…»