Около месяца назад мне приснилась покойная бабушка. Не помню, что происходило во сне, но проснулась я с уверенностью, что должна отвезти на кладбище букет розовых роз и что существует более короткая и интересная дорога. Без жёсткой трясучки на 7 километров. Без шоссе.
Я сразу открыла карту. Дороги на карте не было. Лишь едва различимая полоска на снимке со спутника и всё. Дорогу нужно было непременно разведать, и я пообещала себе, что сделаю это после третьего этапа веломарафонов.
Обещание я не сдержала. Вечером после гонки температура у Лизки подскочила до 39 градусов. Это было началом её двухнедельного больничного. Нас с мужем она тоже заразила, и до сих пор полностью здоровых в нашей семье нет. Лизка кашляет. Муж жалуется на горло, а у меня не всё в порядке с носовым дыханием. Называется, сходили в детский сад.
На разведку я поехала одна. Так сложились обстоятельства. Еду и совсем не переживаю. Почему-то убеждена, что всё будет хорошо.
Нашла поворот с основной дороги к Труханово на поле. Поехала. Дорога была так себе, но она была. Пейзажи тоже были так себе. Остатки травы, присыпанные сухими листьями.
Проехала недолго. Вижу, поворот в сторону основной дороги. Ага, видимо, что-то новенькое раскатали. Чтобы через ямки и ветки не прыгать.
Дорога стала лучше. Пейзажи тоже. По пути встречались повороты и охотничьи вышки. Дорога в этих местах определенно была, и не одна. Иногда я останавливалась и думала, как лучше проехать, чтобы выехать максимально близко к деревне, в которую я ехала. Думать было непросто. GPS не ловил, а на карте было пусто.
Впереди показалось озеро. Большое, свинцово-серое. По воде плыли облака, а за сухой травой горело солнце. Я смотрела на тени деревьев вдали и думала, что это за озеро такое и почему его нет на карте.
Думала, пока не сообразила. Это было не озеро. Это было болото, и тянулось оно от железнодорожной станции Панская, что в нескольких километрах отсюда. На карте болото было. От него до деревни Чучелово было недалеко, а от Чучелово, до Холма, где похоронена бабушка, рукой – подать.
Это болото – одно из ярких воспоминаний детства. Мы едем на поезде. Я, мама и бабушка. Мама и бабушка о чём-то болтают, а я смотрю в окно. Смотреть в окно поезда я очень любила. Правда, смотрела, когда поезд отъезжал от станции или приближался к ней. Между станциями в окне мелькали лишь зелёные тени.
Когда поезд останавливался на станции Панская, я всегда воодушевлялась и устраивалась поудобнее у окна. Чтобы не пропустить болото.
Мама и бабушка тоже воодушевлялись. За Панской следовала наша станция. Пересна. К болоту они были равнодушны.
Поезд стучал по рельсам, а я смотрела на болото. Среди воды покачивались небольшие островки. На островках росли худенькие березки и какая-то растительность. Над болотом кружили чайки. Чаек было очень много. Они противно орали и широко раскидывали крылья.
Единственное, о чём я горевала, так это о том, что нельзя одновременно смотреть в два окна. Болото простиралось слева и справа. Я обещала себе, что на обратный путь посмотрю с другой стороны, но каждый раз забывала, с какой стороны сидела, когда ехала в Пересну.
Несколько лет я не ездила на кладбище. То работала, то жила в другом городе. То просто было не до того.
Каково же было моё разочарование, когда я прижалась к окну, чтобы посмотреть на болото как в детстве, а болото стало совсем другим. С одной стороны вода совсем пропала. Теперь там рос тростник и несколько берёзок. С другой стороны – воды стало меньше, а островки с худеньким берёзками существенно разрослись. Чайки больше не кружили над водой, а поезд больше не мчался над бескрайними водами.
Мама и бабушка рассказывали про болото разные страшилки. Они говорили, что на болоте растет клюква, но её собирают лишь самые отважные. Они ходят по секретным тропкам и не имеют права сделать шаг в сторону. Топи на болоте суровые.
Ещё они говорили, что в болоте утонула какая-то бабушка с деревни. Пошла за клюквой и не вернулась. Бабушку искали, но не нашли.
Мама утверждала, что конца и края болоту нет. Я ей верила. В детстве всегда кажется, что родители знают всё на свете.
Мама боялась болота, а меня оно завораживало, хотя я тоже его боялась. Рассказов о клюкве, что растёт в топях, было достаточно, чтобы я туда не совалась. Восхищаться болотом из окна поезда для счастья было достаточно.
Теперь, спустя лет 30, я стояла у того самого болота. Если бы тогда кто-нибудь заглянул бы в будущее и сказал это, я бы умерла от страха. Оказаться одной у болота, да ещё со стороны Чучелово, в которое не вернулась та самая бабушка, было самым большим кошмаром. Наверное, даже больше, чем само болото.
В Чучелово было тихо. За желтыми кленами прятался покосившийся домик. В заброшенном яблоневом саду стояла печка из красного кирпича. Печка была больше, чем я себе представляла.
Я задумалась, как наши прабабушки всё успевали. И приготовить в печи, и постирать вручную и без водопровода, и скотину накормить, и детей понянчить. Сейчас все удобства и техника, а мы всё равно ничего не успеваем. Может, время стало бежать быстрее? Или, может, мы просто не наши прабабушки? Ничегошеньки не умеем.
На обратный путь я поехала по другой дороге. Решила найти себе приключений в другом месте, раз разведка прошла успешно. И нашла, но это уже другая история, и я её расскажу потом.
Мой блог ВК
Продолжение
Ещё немного фотографий