— Слушай меня внимательно, Таня, — начал Алексей, и в его голосе появились стальные нотки. — У нас проблемы. Серьёзные финансовые проблемы.
Он говорил о долгах, о кредитах, о том, что банк может забрать квартиру. Красивая легенда, тщательно продуманная.
Начало этой истории читайте в первой части.
— Единственный выход — переоформить недвижимость на меня, — продолжал муж. — Тогда банк не сможет её тронуть.
— А откуда у нас долги? — невинно спросила я.
— Я брал кредиты на развитие бизнеса. Не рассказывал тебе, чтобы не волновать.
Какой внимательный. Не хотел волновать жену.
— И сколько мы должны?
— Много. Очень много.
— Покажи документы о долгах.
Алексей замешкался:
— Какие документы?
— Кредитные договоры, справки о задолженности. Если проблема серьёзная, я должна знать детали.
— Они... в офисе лежат.
— Завтра принесёшь. А пока подписывать ничего не буду.
Лицо мужа потемнело:
— Таня, времени нет! Завтра могут арестовать имущество!
— Тогда сегодня съездим в офис за документами.
— Офис закрыт.
— А охрана? Ключи у тебя есть?
— Таня, ты мне не доверяешь?
— Доверяю, но проверяю.
Алексей встал из-за стола, прошёлся по комнате. Свечи мигали, отбрасывая причудливые тени на стены. В квартире стало душно, пахло оплавленным воском и недоеденной едой.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Хочешь всю правду — получишь.
Он сел напротив меня, посмотрел прямо в глаза.
— Я устал от этой жизни. От работы, от быта, от постоянной нехватки денег.
— И что предлагаешь?
— Предлагаю начать всё с чистого листа. В другом городе, в другой стране. Продадим квартиру, возьмём деньги и уедем.
— Куда уедем?
— В Европу. Купим там небольшой дом, откроем какой-нибудь бизнес. Будем жить спокойно, без стрессов.
Красивая мечта. Жаль, что в ней не было места для жены.
— А работу бросим?
— Конечно. Зачем нам эта каторга?
— И семью заведём?
Алексей на секунду замешкался:
— Конечно заведём.
— Детей?
— И детей.
Он врал. Врал легко, естественно, даже сам почти поверил в свою историю. Но я видела, как дрогнули его веки, когда он говорил о детях.
— Знаешь что, — сказала я, вставая из-за стола, — давай завтра спокойно всё обсудим. А сегодня я устала.
— Таня, но документы...
— Завтра. Сначала покажешь мне кредитные договоры, потом поговорим о дарственной.
Алексей сжал кулаки, но промолчал. Понимал, что торопиться нельзя — можно всё испортить.
Ночью он ворочался рядом, не находя покоя. А я размышляла о том, что делать дальше. План у меня уже был, но нужно было выждать подходящий момент.
Утром муж ушёл на работу мрачным и задумчивым. Я подождала полчаса и пошла к нотариусу. Не к тому, которого выбрал Алексей, а к своему старому знакомому.
— Анна Викторовна, — сказала я, — мне нужна консультация по завещанию.
Нотариус внимательно изучила бабушкины документы.
— Всё понятно. Условие о десятилетнем сроке действует до 2025 года. Любая попытка продать или подарить квартиру приведёт к переходу собственности к запасному наследнику.
— А если я подпишу дарственную?
— Она будет недействительна. Более того, ваш двоюродный брат получит право требовать передачи квартиры через суд.
— А муж об этом может не знать?
— Если вы ему не рассказывали — конечно.
— И что будет, если он попытается продать подаренную квартиру?
— Сделка будет признана недействительной. А покупатель имеет право потребовать с него компенсацию за моральный ущерб.
Отлично. Всё именно так, как я и думала.
Вечером Алексей пришёл домой с толстой папкой документов.
— Вот, — сказал он, выкладывая на стол бумаги. — Все кредитные договоры.
Я внимательно изучила документы. Они выглядели настоящими — печати, подписи, даты. Но что-то настораживало.
— Алексей, — сказала я, — а почему все кредиты оформлены на прошлой неделе?
Он побледнел:
— Что ты имеешь в виду?
— Даты. Все договоры подписаны в период с понедельника по четверг. Получается, ты за четыре дня взял пять кредитов?
— Я... это совпадение...
— Странное совпадение. И банки разные, а печати очень похожие.
— Таня, о чём ты говоришь?
— О том, что документы поддельные.
Повисла тишина. Алексей сидел красный, тяжело дышал. А я спокойно перелистывала фальшивые договоры.
— Сколько это стоило? — поинтересовалась я.
— Что стоило?
— Изготовление документов. Наверняка недёшево.
— Таня, ты не понимаешь...
— Понимаю. Понимаю всё. И про Лену тоже понимаю.
Муж замер:
— Какую Лену?
— Ту, с которой ты вчера шептался по телефону. Думал, я сплю?
— Ты... подслушивала?
— Трудно было не услышать. Ты говорил довольно громко.
Алексей опустил голову. Игра закончилась, маски сброшены.
— И что теперь будет? — спросил он тихо.
— А теперь я покажу тебе кое-что интересное.
Я открыла сейф, достала завещание бабушки.
— Читай внимательно. Особенно пункт номер четыре.
Алексей взял документ, пробежал глазами текст. По мере чтения его лицо становилось всё белее.
— Это... это означает...
— Это означает, что даже если я подпишу дарственную, квартира всё равно не станет твоей. А если ты попытаешься её продать, то будешь должен покупателю компенсацию.
— Но ведь можно оспорить завещание!
— Можно попытаться. Лет пять через суды ходить. А пока что ты остаёшься ни с чем.
Алексей сидел молча, переваривая информацию. В его глазах читались злость, растерянность и что-то ещё — может быть, даже уважение.
— Ты всё знала, — сказал он наконец.
— Не всё. Про Лену узнала только вчера.
— И что дальше?
— Дальше ты собираешь вещи и съезжаешь.
— А развод?
— Разведёмся цивилизованно. Алименты требовать не буду, имущество делить тоже.
— Великодушно.
— Практично. Зачем мне тратить время на склоки?
Через час Алексей уложил свои вещи в два чемодана. Мы не ругались, не выясняли отношения, даже не говорили горьких слов друг другу. Просто констатировали факты.
У двери он обернулся:
— Знаешь, Таня, а ведь я тебя действительно немного любил.
— Немного — это не считается, — ответила я.
— А квартиру любил больше?
— Намного больше.
— Честно.
— Я всегда честен в главном.
Дверь закрылась, и я осталась одна. В квартире стояла тишина, пахло его одеколоном и потухшими свечами. На столе лежали фальшивые документы — памятник человеческой жадности.
Я собрала бумаги, отнесла их в ванную и сожгла в раковине. Пепел смыла водой, проветрила комнаты, убрала со стола остатки романтического ужина.
А потом села в кресло и подумала о том, что завтра начинается новая жизнь. Без красивого, но лживого мужа. Без иллюзий насчёт большой любви. Зато с крышей над головой и с опытом, который дорогого стоит.
На тумбочке лежала фотография нашей свадьбы. Я взяла её в руки, посмотрела на счастливые лица жениха и невесты. Наивные люди, которые думали, что любовь всё преодолеет.
Фотографию я тоже сожгла.