— Переведи маме на карту.
Елена остановилась в коридоре с сумкой в руках.
— Сколько?
— Двадцать. Ей на лекарства.
Она поставила сумку у двери. Достала телефон, открыла банковское приложение. Баланс: 62 тысячи. Премия и отпускные вместе.
— Виктор, я получила эти деньги вчера.
— Ну и что? Маме срочно нужно.
— Нам тоже срочно. Ипотека через три дня.
Он развернулся от окна. Лицо жёсткое.
— Значит, мать для тебя — никто?
Елена нажала кнопку блокировки экрана. Убрала телефон в карман.
— Не переведу.
Молчание длилось секунд десять. Потом Виктор вышел в коридор, взял куртку с вешалки.
— Тогда поеду сам. Заберу со счёта.
— Со счёта не можешь. Он на моё имя.
Он застыл с курткой в руках.
— То есть как?
— Так. Деньги мои. Решение моё.
Дверь хлопнула через минуту.
Елена прошла на кухню. Села за стол. Посмотрела на телефон: два пропущенных от Нины Павловны. Не стала перезванивать.
Три года назад свекровь встретила её на пороге своей трёшки фразой:
— Курсы бухгалтерские, говоришь? Наш Виктор университет закончил. Инженер.
Тогда Елена улыбнулась, кивнула. Подумала: ну и что? Главное — любим друг друга.
Через полгода поняла: Нина Павловна считала её временной. Недостойной. Чужой.
За столом соль передавали через Виктора, хотя Елена сидела ближе. На праздники приглашали "к шести", а потом оказывалось, что все остальные пришли к четырём. Анатолий Михайлович, тесть, молчал всегда. Жена заткнула бы его ещё в советское время.
Елена терпела. Поступила на заочное. По ночам учила налоговый кодекс, днём вела проводки в конторе стройматериалов. Через два года директор вызвал в кабинет:
— Главный бухгалтер нужен. Предлагаю вас.
Она не поверила. Он повторил.
Зарплата выросла с 28 до 45 тысяч. Плюс премии раз в квартал. Елена почувствовала, что наконец перестала считать каждую копейку.
Виктор тогда сказал:
— Молодец. Только ответственность большая теперь.
Нина Павловна узнала через неделю. Позвонила:
— Леночка! Поздравляю! Теперь нам с папой легче будет — хоть иногда поможете.
Тогда это прозвучало как шутка.
А через месяц позвонила снова. Голос дрожал:
— Мы вложились неудачно. Компания лопнула. Остались одни долги.
Оказалось, отдали пенсионные накопления какой-то инвестиционной фирме. Обещали 20% годовых. Контора исчезла через полгода.
— Нам платёж горит по кредиту, — говорила Нина Павловна. — 18 тысяч в месяц. Не потянем.
Виктор приехал домой мрачный:
— Им надо помочь. Хотя бы временно.
— У нас своя ипотека. 22 тысячи ежемесячно.
— Но они — родители!
— Я понимаю. Но откуда взять?
Он не ответил. Отвернулся.
Следующие полгода свекровь звонила раз в неделю. Каждый раз — про деньги. То лекарства дорогие, то коммуналка накопилась, то продукты подорожали.
Елена давала. Пять тысяч в апреле. Семь в мае. Три в июне.
А в июле получила премию. 40 тысяч. И отпускные — 22 тысячи.
Вечером Виктор сказал:
— Мама просила двадцать. На закрытие кредита.
— Двадцать из шестидесяти двух?
— Ну да. У них же горит!
— А у нас ипотека не горит?
— Елена, это мои родители!
Она встала из-за стола. Налила себе воды. Выпила залпом.
— Не дам.
Он замолчал. Смотрел на неё долго. Потом ушёл в комнату.
Утром уехал, не попрощавшись.
Через три дня позвонила Нина Павловна.
— Леночка, приезжайте в субботу. К обеду. Поговорим спокойно.
Голос был мягкий. Почти ласковый.
Суббота выдалась жаркой. Елена надела джинсы и футболку. Виктор молчал всю дорогу.
У подъезда сказал:
— Мама хочет объяснить ситуацию. Без скандалов.
Квартира пахла жареным луком и чем-то ещё — тревогой.
Нина Павловна встретила улыбкой. Глаза холодные.
— Садитесь. Котлеты сделала.
Положила на тарелки. Анатолий Михайлович сидел молча, смотрел в стол.
— Последнее мясо пожарила, — сказала Нина Павловна. — Больше не на что.
Елена положила вилку.
— Зачем вы меня позвали?
— Чтобы ты поняла. Нам правда плохо. А ты на море собралась.
— Я три года не отдыхала.
— А мы три года не живём! Только долги!
Виктор сидел, опустив голову.
— Мама, хватит.
— Что хватит? Я правду говорю! У неё деньги есть, а нам — ни копейки!
Елена встала.
— Вы вложились в пирамиду. Это ваше решение.
— Мы старые! Мы не понимали!
— Понимали. Просто хотели больше.
Нина Павловна побледнела.
— Ты... ты как смеешь!
— Я устала платить за чужие ошибки.
Елена взяла сумку. Виктор схватил её за руку:
— Стой. Куда ты?
— Домой.
— Мы не закончили разговор!
— Я закончила.
Она вышла. Виктор догнал на лестничной площадке.
— Ты серьёзно? Ты так с моей матерью?!
— Да. Серьёзно.
— Тогда выбирай. Я или деньги.
Елена остановилась. Обернулась.
— Себя выбираю.
Спустилась вниз, не оглядываясь.
Вечером Виктор пришёл домой поздно. Пьяный.
— Ты разрушила семью, — бросил он с порога.
— Я отказалась быть банкоматом.
— Ты — эгоистка!
— Возможно. Но это лучше, чем жертва.
Он молчал. Потом прошёл в спальню, упал на кровать.
Елена осталась на кухне. Достала телефон. Открыла чат с подругой Ларисой:
"Можно к тебе переночевать?"
Ответ пришёл через минуту:
"Приезжай. Ключ под ковриком."
Утром Елена собрала вещи. Две сумки — одежда, документы, косметика.
Виктор стоял в дверях спальни.
— Ты правда уходишь?
— Да.
— Из-за денег?
— Из-за того, что ты выбрал мать, а не жену.
Она застегнула молнию на сумке. Подняла обе сумки.
— Прощай, Виктор.
Дверь закрылась тихо.
Лариса встретила её с кофе и бутербродами.
— Рассказывай.
Елена рассказала. Всё. Про премию, про требования, про ультиматум.
— И что дальше? — спросила Лариса.
— Не знаю. Наверное, развод.
— А деньги?
— Деньги потрачу на себя. Может, правда съезжу к морю.
Через неделю Виктор прислал сообщение:
"Мама легла в больницу. Сердце. Нужны деньги на обследование. Десять тысяч."
Елена прочитала. Заблокировала номер.
Ещё через две недели — письмо от юриста. Виктор подал на развод. Требовал раздела имущества.
Нотариус сказал:
— Квартира в ипотеке. Делится пополам. Долг тоже.
— Устраивает, — ответила Елена.
Процесс занял четыре месяца. Подписи, печати, документы.
В последний день Виктор подошёл к ней у выхода из суда.
— Ты пожалеешь.
— Может быть. Но это будет моё решение.
Он развернулся, ушёл.
Елена осталась стоять у крыльца. Солнце било в глаза. Достала телефон. Открыла приложение турагентства.
Анапа. Семь дней. 35 тысяч.
Нажала кнопку "Забронировать".
На море было тихо. Волны, чайки, запах водорослей. Елена лежала на пляже с книгой. Не читала. Просто держала в руках.
Рядом играли дети. Мать их окликала:
— Ваня! Не лезь в воду без меня!
Елена улыбнулась. Закрыла книгу.
Телефон завибрировал. Смс от неизвестного номера:
"Нина Павловна выписалась. Всё хорошо. Виктор."
Она удалила сообщение.
Встала. Пошла к воде. Зашла по щиколотку. Холодная. Приятная.
Постояла так минуту. Потом вернулась на своё место.
Расстелила полотенце. Легла. Закрыла глаза.
Свободная.