После очень ярких впечатлений от "Соборян" никак не мог поймать настроение для чтения следующего романа автора, этот интригует разными отзывами.
Небогатая семья провинциальных дворян, в которой вдова воспитывает двух детей, старший сын и его потенциальная невеста.
Сплетни маленького городка.
"...исповедался ему, причастился и умер так спокойно, как, по замечанию некоторых врачей, умеют умирать одни русские люди".
Загадочная (безошибочно предсказуемая) история замужества молодой генеральши, отказавшейся от юношеской влюблённости - "...от которого так отступнически отреклась...".
Долгое описание выросшей младшей сестры героя, из которого понятно разве что она - худощавая брюнетка с некоторыми чертами, напоминающими еврейские.
Возвращение в провинциальную компанию блудного брата (описанного как молодящегося позёра) с товарищем.
".. пока шли все эти пертурбации, нигилистничанье и всякая штука, он за глаза надавал мужикам самые глупые согласия на поземельные разверстки и так разверстался, что имение теперь гроша не стоит".
Пространный диалог, из которого понятно, что главный герой - пустоват и ведом, а привезенный им друг - лидер, оба не верят в простодушие провинциалов и жаждут разбогатеть, при этом готовы использовать весь спектр способов: политические лозунги, мошенничество и обольщение.
"Иди сейчас к генералу, сию же минуту иди, и до моего приезда умей снискать его любовь и расположение. Льсти, лги, кури ему...".
Много о взаимоотношениях полов и эмансипации: "Ваш мудрый пол довольно глуп: вы очень любите разнообразие; но сами все до утомительности однообразны".
Женские персонажи, как на подбор, сильны и активны, особенно демоническая бывшая нигилистка.
Немного мистики в образе глухонемой девочки, прорицающей скорое кровопролитие.
Главному герою отвратительны поверхностно понимаемое христианство и Россия.
Условно положительный персонаж: стоический - с простой, но сложно выдерживаемой жизненной позицией.
Авторская неприязнь к Петербургу; сюжет литературоцентричен - главный злодей (дворянский бастард) рассуждает о предшественниках из романов Чернышевского, Фёдора Достоевского и Ивана Гончарова, сам он после разгона нагилистов адаптируется к новым реалиям, пытаясь придумать собственное прогрессивное учение, учтя ошибки предшественников (автор сравнивает это стремление с церковным расколом), называя оставшихся нигилистов староверами (главная из которых описана издевательски - похожей на тумбу).
"Староверка Ванскок держалась древнего нигилистического благочестия; хотела, чтобы общество было прежде уничтожено, а потом обобрано, между тем как Горданов проповедовал план совершенно противоположный, то есть, чтобы прежде всего обобрать общество, а потом его уничтожить".
Порядки в кругах революционеров - шантаж друг друга и лживые доносы на не сочувствующих.
С симпатией о "мелких писаках", перебивающихся в убогом жилье по соседству с проститутками, и о главном герое - воспитанном, глупом, образованном и не способном не писать.
"...так и дойдет до гроба по своей прямой линии, и он бы и дошел, если бы... если бы он не не потребовался во всесожжение другу своему...".
Обилие прямых и скрытых евангельских цитат и церковной лексики.
Издевки тоже хватает - какой-то гранью главный герой - предтеча Лоханкина, название статьи отдаёт потешной велеречивостью "Василетемновские тенденции современных москворецко-застенковых философо-сыщиков", а в сцене вдвоём с бочкообразной нигилисткой они вообще выглядят парой клоунов.
Многословная история постыдной женитьбы, о которой и так достаточно известно, но автор не отказывает себе в удовольствии изобразить в деталях, отчего роман выглядит было затянутым, но снова ускоряется - главный злодей успешно оболгал и испортил жизни трём мало-мальски положительным персонажам первой части романа.
Нравоучительные рассуждения о правилах любви от генеральши.
Новый персонаж - огромный полубезумный управляющий-спиритист и не связанная с сюжетом романа новелла о пьянице-лекаре; бурление провинциального света перед ожидающейся бурей.
"Я сам когда порядком наспиртуюсь, так тоже делаюсь спирит".
Большинство сцен камерны, тетральны, причём все персонажи переигрывают - герои преувеличено бестолковы, злодеи глуповато коварны (главный к середине романа разражается патетическим монологом).
Драматическая сцена ночного объяснения и раскрытый в дневнике "секрет Полишинеля" брака генеральши.
Дуэль тоже больше напоминает у автора цирковой номер.
Многократно проговариваемые при каждом удобном и не очень случае тезисы об оборотничестве вчерашних революционеров, отрекшихся от всего, в том числе и от вчерашнего отрицания.
"В жизни явились люди без прошлого и без всяких, хотя смутно определенных стремлений в будущем. Мужчины из числа этих перевертней, выбираясь из нового хаоса, ударились по пути иезуитского предательства. Коварство они возвели в добродетель, которою кичились и кичатся до сего дня, не краснея и не совестясь. Религия, школа, самое чувство любви к родине, - всё это вдруг сделалось предметом самой бессовестной эксплуатации. Женщины пошли по их стопам и даже обогнали их: вчерашние отрицательницы брака не пренебрегали никакими средствами обеспечить себя работником в лице мужа и влекли с собою неосторожных юношей к алтарю отрицаемой ими церкви".
Пародия на свадьбу и интермедия с историей самой симпатичной пары персонажей - отставного майора и его жены, а затем парижский быт всё ниже падающего главного героя и его новой хозяйки.
"Таким образом она возвращалась на родину с целою батареей презервативов, долженствовавших охранять её от заболеваний недугами, которые должна была породить её собственная злая воля".
Объяснение названия ближе к развязке: "Вздор! все они здесь на ножах, и в ложке воды готовы потопить друг друга...".
Столичный высокопоставленный чиновник - по сути худший, чем нигилист, верящий, что самое спасительное дело для России пустить ей кровь и повыдергать зубы.
Статский генерал, внимание которого наконец-то привлекли мутные истории персонажей.
Нудный авторский комментарий о структуре романа, вмонтированный в текст.
Травмы, пожар, смерти, крестьянские волнения и суеверия. Барский праздник и мужицкий колдовской обряд впору тёмному фэнтези; кровавые финальные сцены, и ещё одна история - старого слуги.
"...труп имел тот беспокойный вид, как будто он ежеминутно приготовлялся вскочить и схватить кого-то".
Мрачный хэппи-энд с двумя новорожденными на фоне обилия смертей.
Затянутый и сложно читаемый роман - многословный, нравоучительный, объём которого, по-моему, был бы уместен втрое меньший, лучшее в книге - несколько отличных авторских новелл, не относящихся к сюжету.
Главное высказывание - о том, что бесы, обуянные жаждой разрушения, способны успешно мимикрировать и становиться своими в кругу точно таких же негодяев, не имеющих нигилистского бэкграунда, - и точно, и актуально до сих пор.
Могу понять, за что роман не вызывал симпатии ни имперских властей, ни коммунистических