— Алин, слушай внимательно. В субботу юбилей, шестьдесят. Отмечать у вас. Человек двадцать. Ты хозяйка, займись.
Я сидела на кухонном табурете в старом халате. Температура упала только вчера, но держать кружку приходилось обеими руками. Свекровь стояла передо мной в потёртой шубе, с тяжёлой сумкой.
— Людмила Сергеевна, я ещё не встала на ноги. Мне бы самой прийти в себя.
Отмахнулась.
— Молодая! Через два дня встанешь. Женщина держит себя в руках. Не позорь семью.
В соседней комнате сидел Денис. За ноутбуком. Уши красные, но молчит.
— Двадцать человек — пятнадцать тысяч минимум. Я на больничном. Может, кафе? Каждый скинется.
Людмила прищурилась.
— Головой думаешь? Какое кафе. Дома уют. На семью жалко? А на шмотки тратишь.
— Три месяца в спортивках хожу.
— Не начинай. Ты добрая, согласишься. Вот список.
Положила мятый листок на стол. Я не взяла.
— Людмила Сергеевна, я физически не потяну. Давление скачет. Я упаду.
Денис встрял.
— Мам, может, правда кафе?
— Замолчи! Ты у меня слабак. Женщина решает.
Снова на меня.
— В субботу готовим.
Я сжала кулаки. Промолчала.
После её ухода квартира выдохнула. Запах духов — приторный — висел в воздухе. Подошла к Денису.
— Ты меня слышал?
Почесал затылок.
— Вер… Алин. Что я могу. Это мама.
— А мне не важно? Два месяца лечилась. Сил на полчаса уборки нет. А она двадцать ртов.
— Ну ты же добрая…
Замолчал, увидев моё лицо.
Вечером слышала, как шепчется с матерью по телефону. Обсуждает меню. Соглашается. Ни одного «нет».
Я повернулась к стене. Муж выбрал сторону.
Утром открыла дверь. На пороге пакет. Хлеб, майонез, курица. Записка: «Начинай готовить. Людмила».
Сердце стукнуло. Вошла, поставила пакет на пол.
— Денис! Иди сюда!
Вышел в майке, сонный.
— Что?
— Это что?
Пожал плечами.
— Мам помочь решила.
Прорвало.
— Помочь? Она меня убивает! Ей плевать, что я больная! А ты? Хоть раз обо мне подумал?
Замялся.
— Алин, не кричи. Не хочу скандала.
— Так я и есть скандал. Хочешь — празднуй с мамой. Без меня.
Схватила пакет, вывалила в мусорку. Крышка хлопнула.
Денис побледнел.
— Ты с ума сошла?
— Нет. Я пришла в себя.
Два года назад на нашей свадьбе Людмила сказала:
— Сынок, теперь у тебя жена. Но помни: мама всегда главнее.
Тогда я решила, что это шутка. Но через месяц она уже составляла наше меню, критиковала ремонт, проверяла чистоту. Денис молчал. Я терпела.
Теперь терпение кончилось.
После взрыва в квартире тишина. Денис два дня молчал, вздыхал, громко закрывал двери. Со мной говорил односложно. Кота не кормил. Я взяла всё на себя.
На третий день услышала разговор.
— Мам, ты права. Она упрямая. Продукты выкинула. Что я сделаю. Постараюсь. Праздник будет.
Я стояла в коридоре с кружкой. Хотелось вылить ему на голову.
Вечером вернулся с двумя пакетами. Пахло колбасой, майонезом. Вывалил на стол.
— Алин, не упирайся. Мама всех позвала. Помоги. Я не справлюсь.
Я смотрела на него. Передо мной мальчик с чужим списком.
— Денис, я не буду готовить. Гостей не пущу.
Взвился.
— Издеваешься? Моя мама! Юбилей! Опозоришь?
— Ты меня уже опозорил. Перед собой.
Лицо перекосилось.
— Кто ты? Она меня родила! А ты? Пришлая!
Пришлая. В собственной квартире.
— Поняла. Спасибо.
Ушла в спальню, достала чемодан. Складывала вещи спокойно.
Денис влетел.
— Что задумала?
— Уезжаю.
Схватил чемодан, дёрнул.
— Никуда не поедешь!
Вырвала.
— Отпусти.
— Алин, глупости! Нельзя из-за праздника.
Рассмеялась.
— Из-за праздника? Я ухожу потому, что ты меня предал.
Закрыла чемодан, пошла в коридор. Он следом, пытался схватить. Отдёрнула.
В дверь позвонили.
Людмила.
Вошла. Увидела чемодан.
— Это что? Куда собралась?
— К себе.
— Куда «к себе»? Ты жена! Обязана!
— Никому ничего не обязана.
— Ах так! Бросаешь? Я тебя в дом приняла…
— На ноги меня врачи поставили. А вы гнобили.
Подскочила ближе.
— Неблагодарная! Без нас ты никто!
Сжала ручку чемодана.
— Я лучше буду никто, чем игрушкой в ваших руках.
Вышла. Хлопнула дверью.
Сняла комнату у подруги. Спала по десять часов. Телефон трещал от звонков. Выключила.
Первую неделю Денис названивал.
«Алин, вернись. Мама переживает. Давай заново».
Слушала молча. Вешала трубку.
Потом SMS от Людмилы:
«Ты разрушила семью!»
«Без тебя сын пропадёт!»
На четвёртую неделю позвонила соседка.
— Алин, не пугаю, но шум. Твоя свекровь гостей привела. С музыкой. Ключи не меняла?
В моей квартире. Без меня.
Вызвала такси, примчалась. Открыла своим ключом. В кухне стол, салаты, бутылки. В зале двадцать человек, шум, смех. На диване Людмила в новом платье. Рядом Денис с тарелкой, улыбается.
Вошла. Шум стих.
Людмила поднялась.
— Вот и хозяйка! Садись!
— Серьёзно? В моей квартире? Без согласия?
Денис вскочил.
— Алин, не начинай! Люди собрались!
— Люди? Эти люди свидетели.
Подошла к двери, достала из сумки пакет с замками. Положила на тумбочку.
— Завтра меняю. Чтобы никто без меня ключ не получил.
Тишина.
Людмила покраснела.
— Не имеешь права!
— Я собственница. Имею.
Денис шагнул.
— Алин, это мама…
Посмотрела в глаза.
— Всё. Подаю на развод.
Гул. Людмила села, прижала ладонь к виску. Денис опустил голову.
Повернулась, вышла.
Шла по улице и улыбнулась. Будет тяжело. Но выбор правильный.
Через месяц развод оформили. Квартира осталась за мной — ипотеку платила я. Денис съехал к матери.
Сижу на балконе с чаем. Телефон молчит.
Хорошо.