— Мам, когда мы поедем к нотариусу оформлять бумаги на квартиру бабушки? — спросил Артём, ставя на стол миску с овощным салатом и глядя на мать с ожиданием.
Марина Викторовна, не отрываясь от своей тарелки, медленно подняла взгляд. В её глазах промелькнула тень сомнения, которую заметила Катя, но не придала этому значения.
— А зачем нам нотариус? — Марина Викторовна аккуратно вытерла губы салфеткой. — Квартира уже оформлена на меня, всё в полном порядке.
Артём замер, держа ложку в руке. Катя ощутила, как по коже пробежал холод.
— Что ты имеешь в виду, мам? — голос Артёма дрогнул. — Мы же договаривались, что после нашей свадьбы ты перепишешь бабушкину квартиру на меня. Ты сама говорила, что это была её последняя воля.
Марина Викторовна отложила вилку и нож, сложив руки перед собой.
— Я долго думала, Артём. Я не стану переоформлять квартиру. Вы молодые, полны сил, зарабатывайте сами. Это моё решение.
В комнате воцарилась тяжёлая тишина. Катя переводила взгляд с мужа на свекровь, не веря услышанному. Они столько раз обсуждали, как будут сдавать её квартиру, чтобы скорее выплатить ипотеку, а жить в бабушкиной...
— Мам, ты серьёзно? — голос Артёма сорвался. — Бабушка ясно сказала, что хочет, чтобы квартира досталась мне. Она сама мне это обещала.
— Бабушка много чего говорила, — резко ответила Марина Викторовна. — Но юридически квартира моя, и решать мне. Она останется у меня.
Катя почувствовала, как в груди закипает обида.
— Марина Викторовна, — начала она, стараясь говорить спокойно, — вы же обещали. Мы строили планы, рассчитывали...
— Не стоит строить планы на чужое, — оборвала её свекровь. — Квартира моя, и точка. Только поженились, а уже претендуете на имущество.
— Мам, это не твоя квартира! — Артём повысил голос. — Это бабушкина, ты даже не появлялась там годами!
— По документам — моя, — Марина Викторовна встала из-за стола. — Тема закрыта. Хотите жильё? Зарабатывайте, как все.
Катя сжала руку Артёма под столом, чувствуя, как он напряжён.
— Марина Викторовна, дело не только в квартире, — тихо сказала она. — Вы дали слово. Мы доверяли вам.
— Я передумала, — отрезала свекровь. — Могу себе это позволить. И знаешь, Катя, странно это всё выглядит. Только свадьба, а ты уже за квартиру цепляешься.
— Мама! — Артём ударил кулаком по столу. — Не смей так говорить с Катей!
— А ты как со мной говоришь? — глаза Марины Викторовны сверкнули. — Сын называется! С тех пор как эта... твоя жена появилась, ты совсем изменился. Раньше мы так не ссорились.
— Потому что раньше ты держала слово, — Артём встал. — Пойдём, Катя. Нам здесь нечего делать.
Катя поднялась, чувствуя слабость в ногах. Она не ожидала, что обычный семейный ужин обернётся таким конфликтом.
— Ну вот, теперь ещё и убегаете, — фыркнула Марина Викторовна. — Обиделись, значит. А на правду не обижаются.
— Какая правда, мам? — Артём остановился в дверях. — Ты обещала передать мне квартиру, а теперь отказываешься. Где тут правда?
— Правда в том, что я вижу, кто в вашей семье заправляет, — она кивнула на Катю. — И кому эта квартира на самом деле нужна.
Катя почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Как она могла так ошибиться в Марине Викторовне? До свадьбы свекровь была доброжелательной, называла её своей дочкой, радовалась их с Артёмом союзу...
— Знаешь, мам, — голос Артёма стал тихим, но твёрдым, — я думал, ты лучше. Думал, ты честная. Оказалось, я ошибался.
Они вышли, и Катя услышала, как за спиной Марина Викторовна что-то пробормотала, но слов уже не разобрала.
На улице Артём обнял её, прижал к себе.
— Прости за эту сцену, — прошептал он. — Я не думал, что она так поступит.
— Ты не виноват, — Катя прижалась к его плечу. — Но что нам теперь делать?
— Не знаю, — честно ответил Артём. — Но мы разберёмся. Вместе.
Они медленно шли к остановке, погружённые в свои мысли. Их план — жить в бабушкиной квартире, а Катину сдавать, чтобы быстрее закрыть ипотеку — рухнул в один момент. И дело было даже не в квартире, а в том, как легко Марина Викторовна отказалась от своих слов и изменила отношение к Кате.
— Я не понимаю, что случилось, — сказала Катя в автобусе. — Она же была такой тёплой до свадьбы, называла меня дочкой...
— Я тоже в растерянности, — покачал головой Артём. — Но я выясню, обещаю.
Катя смотрела в окно на проплывающий город, думая, как непредсказуема жизнь. Ещё утром всё было хорошо, а теперь...
— Мы справимся, — сказал Артём, словно уловив её мысли. — Главное, что мы вместе.
Катя кивнула, пытаясь улыбнуться. Но в душе она чувствовала, что это лишь начало, и впереди их ждут новые испытания.
На следующий день приехал Максим, старший брат Артёма. Он сидел за столом в их с Катей квартире, задумчиво вертя в руках кружку.
— Не могу поверить, что мама так поступила, — сказал он. — Это совсем на неё не похоже.
— Я тоже так думал, — Артём ходил по кухне. — Но она отказалась выполнять обещание.
— Может, она просто не понимает, как это для вас важно? — предположил Максим.
— Она всё понимает, — возразила Катя. — Мы обсуждали это десятки раз. Ещё до свадьбы планировали, что будем жить в бабушкиной квартире, а мою сдавать.
— А что насчёт бабушки? — спросил Максим. — Она оставила завещание?
— Насколько я знаю, нет, — Артём остановился у окна. — Но она всегда говорила, что квартира моя. Я часто бывал у неё, помогал по дому. Мама это знает.
— Странно всё это, — Максим задумался. — Я поговорю с ней. Может, она просто сорвалась сгоряча.
— Вчера это не выглядело спонтанно, — покачал головой Артём. — Она всё продумала.
— И ещё... — Катя замялась. — Она считает, что я настраиваю Артёма против неё. Что мне нужна эта квартира.
— Чушь, — отмахнулся Максим. — Она знает тебя два года, Катя. До свадьбы всё было идеально, она сама тебя хвалила.
— А потом что-то изменилось, — мрачно добавил Артём.
— Ладно, я попробую с ней поговорить, — пообещал Максим. — Может, она объяснит, в чём дело.
Но разговор с Мариной Викторовной ничего не дал. Вечером Максим позвонил и сообщил, что мать стоит на своём.
— Она считает, что поступает правильно, — сказал он. — Говорит, вы должны сами всего добиваться, а не рассчитывать на чужое.
— Чужое? — возмутился Артём. — Это бабушкина квартира! Она хотела, чтобы она досталась мне!
— Знаю, — вздохнул Максим. — Но юридически она мамина. И она... — он запнулся, — у неё есть планы на эту квартиру.
— Какие планы? — Артём почувствовал ком в груди.
— Она хочет её продать, — тихо ответил Максим. — Говорит, давно мечтает о домике за городом, и теперь сможет его купить.
Катя увидела, как Артём побледнел. Он медленно опустился на стул.
— Она не может, — прошептал он. — Это бабушкина квартира, её вещи, её память...
— Я понимаю, — голос Максима был полон сочувствия. — Но по документам она вправе ею распоряжаться.
— А воля бабушки? — Катя не выдержала. — Для Марины Викторовны это ничего не значит?
— Она говорит, что никакого письменного завещания нет, — ответил Максим. — А устные слова... сами понимаете.
После разговора Артём долго молчал, глядя в одну точку.
— Не могу поверить, что моя мать так поступает, — сказал он наконец.
Катя обняла его за плечи.
— Может, ещё раз попробовать с ней поговорить? Без эмоций, спокойно.
— Не думаю, что это поможет, — Артём покачал головой. — У неё свои планы. Она хочет продать квартиру.
— Но если бабушка хотела оставить её тебе... Может, есть доказательства? Может, она кому-то ещё говорила? — спросила Катя.
Артём вдруг оживился.
— Виктор Иванович, — сказал он. — Бабушкин сосед. Они были близкими друзьями. Возможно, она делилась с ним своими планами.
— Тогда нужно с ним поговорить, — Катя почувствовала прилив решимости. — Мы не можем просто так сдаться.
— Ты права, — Артём сжал её руку. — Бабушка бы этого хотела.
В тот вечер они долго обсуждали, как действовать дальше. Решили собрать все возможные доказательства, подтверждающие волю бабушки, а затем решать, что делать.
Но они не знали, насколько сложной окажется эта борьба и какие ещё испытания их ждут.