- Как это не дашь? Ну мы же деньги на дело просим! Галочка, что ты такая бессердечная стала, а? - голос свекрови в трубке переливался всеми оттенками вселенской скорби, как у оперной дивы в финальной арии. - Мы же тебя как родную дочь приняли, а ты... Артурчик так расстроен, не спит ночами. Ты же знаешь, у него сердце слабое, как у покойного дедушки его...
Я держала телефон между плечом и ухом, одновременно подписывая накладные для завтрашней поставки. Пальцы машинально выводили цифры, а в голове крутилась одна мысль, сколько же раз я слышала про это слабое сердце? При том что Артур регулярно таскает по два ящика пива из машины, не переводя дыхания.
- Зоя Михайловна, - перебила я поток сознания свекрови, - давайте начистоту. Сколько на этот раз?
Пауза. Я почти физически ощущала, как на том конце провода происходит мучительный процесс калькуляции, попросишь много - откажет сразу, мало - потом не допросишься.
- Понимаешь, тут такое дело... Крыша на даче совсем прохудилась, прямо на кровать капает. А Леночка (это золовка моя, царица драмы и вечная жертва обстоятельств) говорит, что у Настеньки астма может развиться от сырости...
Настенька, надо заметить, цвела как майская роза и могла бы дать фору любому десантнику по части здоровья. Но это детали.
- Сумма, Зоя Михайловна.
- Да как тут подсчитаешь, переводи сколько есть. Это же на всех, не только нам! И потом отдадим, вот увидишь, к концу года точно...
Я отложила ручку. В зеркале напротив отразилось мое лицо, усталое, с новой морщинкой между бровей, которую я обнаружила на прошлой неделе. Мне скоро сорок. Семь из них замужем. И столько же финансирую большую дружную семью мужа.
Помню, как все начиналось. Свадьба скромная, но милая. Зоя Михайловна плакала, обнимала:
- Доченька, теперь ты наша, родная!
Через месяц - первый звонок:
- Галочка, выручи, Лешеньке на права отучиться не хватает.
Потом стиральная машина сломалась. Потом Леночке срочно понадобилось в Турцию нервы лечить. Ну конечно, муж-то на права не сдал, я их потом еще дважды оплачивала. Лешка, муж сестры Артура, оказался совершенно необучаемым. Ну по версии моей новой родни. Потом...
- Зоя Михайловна, я перезвоню.
Положила трубку, не дослушав очередную историю про то, какие они все несчастные, как им не везет в жизни. Я этих сказок переслушала, сама могу рассказывать.
Артур вошел, когда я смотрела на итоговую сумму. У моего мужа удивительная способность появляться в самые неподходящие моменты, то ли интуиция, то ли мамаша предупреждает.
- Мать звонила? - вместо приветствия.
- Звонила.
- И?
- Артур, нам нужно поговорить.
Он сел напротив, и я в который раз поразилась, как мало осталось от того мальчишки с философского факультета, который читал мне стихи и водил на выставки. Располнел, обрюзг. Работает три дня в неделю охранником в бизнес-центре, остальное время лежит на диване с планшетом.
- Если ты опять про деньги начнешь...
- Про них, - кивнула я. - Посмотри.
Я развернула ноутбук к нему. Колонки долгов, суммы, которые канули в жертвенный огонь семейного очага свекрови. Он скользнул взглядом по цифрам, поморщился.
- Ну и что? Семье помогать не хочешь?
- Чьей семье, Артур? Твоя мать получает пенсию, живет в собственной квартире. Лена с мужем оба работают. Почему я должна их содержать?
- Потому что у тебя есть деньги! - он стукнул кулаком по столу. - У тебя этот салон, клиентки богатые! А они еле концы с концами сводят!
Я посмотрела на его руку, мягкую, белую, с обручальным кольцом, которое стало тесновато. Сейчас пальцы мужа напоминали шевелящихся червей, накопанных для рыбалки. Вспомнила папины руки, жилистые, с вечными царапинами от работы в гараже. Какие же они все-таки разные…
Отец, который после смерти мамы воспитывал меня один и никогда, слышите, никогда не просил ни копейки, хотя я сто раз предлагала. И Артур, которому я с самой свадьбы вечно что-то должна.
- Знаешь что, - сказала я очень спокойно, - давай сделаем так. Я оплачу этот ремонт крыши. В последний раз. А потом - все. Я больше не банк и не благотворительный фонд.
Артур побагровел. Вот прямо как свекла, от шеи и до лысеющей макушки.
- Ты... Ты совсем обалдела? Это моя мать!
- А я твоя жена. Теоретически.
- Как это?
- А так. Когда мы последний раз куда-то ходили вместе? Когда разговаривали не о деньгах для твоей родни? Вот и выходит, что брак вроде есть. Теоретически. А на самом деле я просто донор, вынужденный регулярно что-то отдавать.
- Это другое, ты передергиваешь,- буркнул он.
- Конечно, ага.
Я встала, прошла к окну. Внизу кипела вечерняя Москва, огни, машины, люди спешат по своим делам. А у меня сил больше нет. Только салон, квартира, где я чувствую себя постоялицей. И конверт на столе, куда каждый месяц складываю дань. С ироничной подписью «бедные родственники», максимум бунтарства, который я себе позволяла.
- Если ты не дашь денег, я уйду к матери, - сказал Артур за спиной.
Я обернулась. Смотрела на него долго, внимательно, будто в первый раз видела. Второй подбородок. Футболка с пятном от кетчупа. Треники, которые он не снимает неделями.
- Иди, - сказала я.
- Что?
- Иди к маме. Она тебя любит, кормит вкусно. А я устала.
Он смотрел на меня, как на сумасшедшую. То и дело беззвучно шевелил губами, похожий на рыбу из аквариума в моем салоне.
- Ты... Ты серьезно?
- Абсолютно. Я завтра же подам на развод.
Что тут началось! Артур кричал, что я бессердечная, пожалею, никто меня больше не полюбит в таком-то возрасте. После утих, заперся в ванной. Маменьке, наверное, жаловался. Та не заставила себя долго ждать, прискакала через всю Москву.
- Змея! - зашипела свекровь с порога. - Мы тебя из грязи вытащили, а ты!
Из грязи. Ну да. Я, с красным дипломом экономического, с салоном, который сама с нуля подняла, была вытащена из грязи семьей потомственных интеллигентов, которые принципиально никогда нигде подолгу не работали.
К ночи цирк уехал. Артур демонстративно собрал вещи в спортивную сумку - трусы, носки, планшет, зарядку. Утопал следом за мамашей.
Я сидела, пила чай. Вокруг было непривычно спокойно. Временно, конечно. На следующий день свекровь приперлась к салону скандалить. На клиенток кидалась, пришлось разбираться. Потом Артур в ноги падал с цветами. Два месяца до развода я от каждой тени шарахалась. А потом все прекратилось. Слава богу, отстали 🔔ЧИТАТЬ ЕЩЕ👇