Воронья бухгалтерия, или Пицца с графиней
У каждого человека есть свой круг общения. У кого-то - коллеги, у кого-то - коты. У меня сегодня - вороны. Они появляются там, где ты по-настоящему одна, и вызывают ощущение, что ты не одинока, а стала участницей маленького, и слегка театрального заговора.
В тот день на скамейке, где я присела и пила кофе с пиццей, появилась она. Одна. Чёрно-серебренная, блестящая взглядом и клювом, с видом не молодой графини на деловом ланче. Подошла без суеты, посмотрела пристально - будто измеряла мою душу сантиметром.
Первый кусочек пиццы она приняла с вежливостью, с какой принимают приглашение на бал. Придержала лапой - словно вилкой - и рассматривала, раскусывала очень размеренно, почти религиозно. Потом посмотрела на меня. Взгляд был ясный и спокойный: Ну, продолжаем?
Я подкинула ей пиццу. Но второй кусочек она не стала есть. Она его спрятала. Аккуратно засунула в листья, закопала, сделала тайник. Затем третий. И еще. Я насчитала не меньше пяти «зарезервированных» кусочков. Это была не жадность, а хозяйственная бухгалтерия: создание запаса, который не стыдно иметь.
Когда пицца у меня закончилась, началось самое интересное. Она вернулась к своим тайникам и стала неспеша извлекать и съедать припрятанное. Это была не трапеза, а ритуал. Я заметила, что один кусочек она положила на блестящую бумажку, валявшуюся на земле. Чтоб не пачкался. Передо мной был не просто гурман, а гурман с этикетом.
Вдруг подлетел другой ворон — крупнее, с блестящими перьями, словно в идеально подогнанном костюме. Ворон-мажор. Он походил по краю клумбы, оценивающе посмотрел на меня, на мою пустую коробку, и, демонстративно махнув крылом, удалился. А моя графиня осталась.
Я заговорила с ней вслух. Сказала, что она красивая. Она наклонила голову набок, будто отвечая: «Да, знаю. Ты мне тоже нравишься». Я достала телефон, чтобы сфотографировать ее. Она смотрела в объектив спокойно, как будто позировала для паспорта души.
Между нами возникла та самая пауза, что красноречивее любых слов. В этой паузе было наставление: «Держи достоинство, даже когда ешь крошки. Прячь немного на будущее. Приходи туда, где тебя находят.».
Когда я уходила, она не улетела сразу. Она осталась на клумбе, провожая меня взглядом Наставницы. Это была дружба - необязательная и ненавязчивая. Дружба, в которой не нужны ни расписания, ни клятвы. Только готовность иногда делить тишину, солнце и кусочек пиццы, аккуратно положенный на блестящую бумажку, чтобы не запачкать о землю.
Я возможно вернусь на эту скамейку. Может быть и она принесет мне в ответ блестящую пуговицу или обрывок чужой истории. А то просто сядет рядом и будет слушать моё сердце, а я её. Главное - не приходить с пустыми глазами. Потому что глаза - это та кладовая, из которой настоящие вороны-графини и черпают щедрость.
