Выдержки из дневника Алексея Белова, студента-биолога, найденного в брошенной палатке у Тёмной Ямы.
Запись №1.
Мы нашли в лесу странные грибы. Лучше бы мы их не ели.
Запись №3. 14 сентября.
Мы — это я, Ленка и Серёга. Отправились в поход на три недели по глухим местам Тверской области. Подальше от цивилизации, поближе к природе. Я хотел собрать материал для курсовой по микологии. Собрал. Кажется, теперь этого материала хватит на докторскую. Посмертно.
На третий день мы наткнулись на него. На краю старого, заросшего поля, почти в лесу, был холм. Не просто холм, а свежая, аккуратная безымянная могила. Ни креста, ни таблички. Просто взрыхлённая земля. А на ней, как пальцы мертвеца, пробивающиеся к солнцу, росли грибы.
Я таких никогда не видел. Бледно-серые, с текстурой, похожей на человеческую кожу, и формой, до жути напоминающей скрюченные пальцы. Я, как биолог, был в восторге. Ленка умоляла их не трогать. «От них могилой пахнет, Лёш!» — говорила она. Но мы с Серёгой только посмеялись. Мы срезали несколько «пальцев», чтобы изучить.
Вечером у костра азарт взял верх над разумом. Серёга, вечный спорщик, сказал: «А вдруг они съедобные?». Я, поддавшись глупой браваде, поддержал его. Мы зажарили на костре два самых маленьких гриба. На вкус они были как ничего. Пресные, чуть резиновые. Ленка сидела поодаль и смотрела на нас с ужасом. Как же она была права.
Запись №4. 15 сентября.
Проснулся от странного ощущения. Болели кости. Не мышцы после долгого перехода, а именно кости. Глухая, ноющая боль, будто их выкручивают изнутри. У Серёги то же самое. Он всю ночь стонал во сне. Ленка здорова. Она смотрит на нас с тревогой. Шутки кончились.
Ночью я проснулся от тихого, мерзкого щелчка. Звук шёл из моего собственного тела. Щёлкнул сустав в колене. Потом в локте. Будто кости сами по себе меняли положение. Я лежал, боясь пошевелиться, и слушал, как щёлкает мой собственный скелет. Из палатки Серёги доносились такие же звуки.
Запись №5. 16 сентября.
Это не отравление. Это что-то хуже. Боль стала острее. И появилось новое чувство. Мягкость. Я смотрю на свою руку, и мне кажется, что кости под кожей стали… пластичными. Я могу согнуть палец в обратную сторону почти без боли. Серёга утром вправил себе вывихнутое плечо, просто вдавив кость на место, как кусок пластилина.
Мы больше не можем ходить. Мы лежим в палатках, и с каждым часом наши тела меняются. Я чувствую, как мой позвоночник медленно изгибается. Рёбра давят на лёгкие. Это не рост и не болезнь. Это… перестройка.
И сны. Нам с Серёгой снится один и тот же сон. Мы — не мы. Мы — что-то древнее, терпеливое, лежащее в земле. Мы чувствуем холод и голод. И мы ждём. Ждём, когда тёплое, живое существо набредёт на нашу приманку. Нас.
Запись №6. 17 сентября.
Я понял. Это гриб. Это паразитический организм, о котором не написано ни в одном учебнике. Я рассмотрел оставшийся образец в походный микроскоп. Его споры… они не похожи на споры. Это микроскопические, сложные структуры, похожие на буры. Они нацелены на одно — на костную ткань. Они проникают в неё и перепрограммируют.
«Ложный покойник». Так я его назвал. Это не дух. Это грибница. Хищная, разумная. Она создаёт приманку — ложную могилу со своими плодовыми телами-пальцами. Животное или человек съедает гриб. Споры проникают в скелет и начинают его перестраивать. Они превращают носителя в новое существо, в нового «ложного покойника», чья единственная цель — найти подходящее место, умереть и стать новой грибницей.
Серёга уже почти не говорит. Его тело страшно изменилось. Он стал ниже, горбатым, его руки удлинились. Ночью он выл. Нечеловеческим, тоскливым голосом. Он больше не борется. Он уже не Серёга. Он — инкубатор.
Запись №7. 18 сентября.
Серёги нет. Ночью он уполз из своей палатки. Ленка видела, как его скрюченная, неузнаваемая фигура медленно движется в сторону того проклятого холма. Грибница позвала его домой.
Я следующий. Я чувствую, как мои кости живут своей жизнью. Пальцы на ногах начали срастаться. Я больше не чувствую боли. Я чувствую… цель. Найти сырое, тёмное место. Лечь. И ждать.
Ленка плачет. Она не отходит от меня. Она не понимает, что я уже не совсем я. Во мне растёт чужая, грибная воля.
Но пока я ещё могу думать, я должен найти выход. Я — биолог. Я должен. Грибы. Что убивает грибы? Они любят влагу, органику, тлен. Они — агенты разложения. Что является их противоположностью? Что останавливает разложение? Сохраняет. Консервирует. Соль.
Обычная, поваренная соль.
На карте в двух днях пути отсюда обозначена деревня. Соломино. Старое название. Может, там есть соль? Это мой единственный, призрачный шанс.
Ленка соберёт лагерь. Я не смогу идти. Я поползу. Пока мои кости ещё подчиняются мне.
Запись №8. 20 сентября.
Я не знаю, как мы прошли эти два дня. Вернее, не прошли, а проползли. Ленка тащила меня на себе. Я терял сознание. Во мне боролись два желания: моё — добраться до деревни, и его, грибное — уползти в ближайший овраг и пустить корни.
Деревня почти вымершая. Но мы нашли её. Старую, заколоченную лавку. Внутри, на полках, всё покрыто пылью. Но она была там. Несколько пачек окаменевшей, серой каменной соли.
Ленка развела её в воде. Получился едкий, горький рассол.
— Пей, — сказала она.
Я пил. Это была пытка. Каждый глоток обжигал горло. А потом началась агония. Моё тело содрогнулось. Я чувствовал, как грибница внутри меня умирает. Как она корчится в агонии. Я чувствовал, как мои кости с хрустом пытаются вернуться на место. Я кричал. Я катался по полу старой лавки, и из меня выходила не только соль, но и вся эта болотная, могильная дрянь.
Я выжил.
Запись №9. 22 сентября.
Мы уходим отсюда. Я могу ходить, хоть и с трудом. Я выжил. Но я не исцелился.
Грибница умерла, но то, что она успела сделать, осталось со мной. Мои пальцы навсегда остались чуть длиннее, чем нужно. Суставы щёлкают при каждом движении. А по ночам, в кошмарах, я до сих пор чувствую этот тихий, терпеливый голод и желание пустить корни в тёплую, сырую землю.
Серёгу мы больше не видели. Но я знаю, что он нашёл своё место. И теперь где-то в глубине этого леса есть ещё один холм. И на нём растут бледные, похожие на пальцы, грибы. Ждут своих новых гостей.
Я возвращаюсь в мир не победителем. Я возвращаюсь носителем страшного знания. И со шрамами, которые не увидит ни один врач. Они — внутри, в самой структуре моих костей.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
#ужасы #бодихоррор #грибы #выживание