Екатерина Ивановна Лебедева выделялась среди других своим умением зарабатывать большие деньги. Её компания, оцениваемая в миллиарды рублей, стала настоящей сенсацией в деловом мире. Высокая, уверенная, с проницательным взглядом тёмных глаз, она всегда держалась так, будто пространство вокруг неё само расчищалось. В профессиональной среде её уважали, а вот дома, в кругу семьи, её побаивались. Все, кроме тёщи.
Антонина Сергеевна Лебедева была женщиной невысокой, но с характером, который мог бы соперничать с ураганом. Её аккуратно уложенные, серебристо-русые волосы напоминали корону, щедро закреплённую лаком. Она обожала яркие украшения, одевалась в бутиках и гордилась своим утончённым стилем. Всё это оплачивалось из средств, которые выделял её сын, а точнее — из доходов его жены, что было для Антонины Сергеевны постоянным источником раздражения.
— Она точно окрутила его своей внешностью, — делилась Антонина Сергеевна за чашкой кофе с подругой Людмилой Григорьевной. — Мой Сашенька — настоящий мужчина, статный, привлекательный. А эта карьеристка... ну да, богата, но разве это главное?
Людмила Григорьевна кивала, соглашаясь. Она знала Александра с юных лет и тоже считала, что он достоин большего, чем эта «ледяная бизнес-леди».
— Представляешь, Люда, — продолжала Антонина Сергеевна, помешивая ложечкой в чашке, — она заставляет моего мальчика работать! У неё миллиарды, а он должен вставать в шесть утра и ехать в офис, как какой-то служащий!
— Это просто возмутительно, — подхватывала Людмила Григорьевна, качая головой. — Неужели он не может просто жить на её деньги?
— Вот именно! — Антонина Сергеевна понизила голос до шёпота. — Она твердит, что мужчине нужно трудиться, чтобы «расти как личности». Ты можешь это представить? Мой Сашенька и без того личность!
Людмила Григорьевна понимающе кивала, хотя втайне думала, что Александру не помешало бы немного самостоятельности. В тридцать семь лет у него не было никаких значимых достижений. Без финансовой поддержки жены он, вероятно, был бы обычным офисным работником с кредитом на квартиру.
Но говорить это вслух она не стала. Дружба с Антониной Сергеевной приносила свои плоды: ужины в элитных ресторанах, дорогие подарки, иногда даже совместные поездки на курорты. Всё это оплачивалось из тех средств, которые Александр получал от жены и делил с матерью. Людмила Григорьевна знала: критиковать «золотого мальчика» — значит потерять все эти привилегии.
— А как у них... ну, ты понимаешь, — Людмила Григорьевна многозначительно приподняла брови, — в личной жизни? Они счастливы?
Антонина Сергеевна скривила губы.
— Счастливы? С такой женщиной? Она вечно в разъездах, на совещаниях, переговорах. Какая там семейная жизнь! — Она сделала глоток кофе и добавила с намёком: — Мой Сашенька — мужчина в самом расцвете. Ему нужна женщина рядом, настоящая, а не машина в деловом костюме.
Людмила Григорьевна кивнула, уже зная о слухах про похождения Александра. В их городе новости распространялись молниеносно.
— И как ты к этому относишься? — осторожно спросила она. — К его... приключениям?
Антонина Сергеевна сделала вид, что не поняла.
— К чему ты?
— Ну, знаешь... — Людмила Григорьевна понизила голос. — Его видели с разными женщинами. В кафе, в клубах...
Антонина Сергеевна задумчиво посмотрела на свою чашку, потом медленно подняла взгляд.
— Мой сын — мужчина, Люда. А мужчинам иногда нужно... разнообразие. Особенно если дома их ждёт не любящая супруга, а деловой контракт в дизайнерском платье.
— И ты не боишься, что она узнает?
— А кто ей расскажет? — Антонина Сергеевна усмехнулась. — Уж точно не я. Ей этот брак выгоден — красивый муж, который сопровождает её на светских мероприятиях. А ему выгодно её богатство. Все в выигрыше.
Людмила Григорьевна подумала, что в этой схеме есть свои изъяны, но промолчала. Это была не её семья и не её забота.
— Давай лучше о хорошем, — Антонина Сергеевна сменила тему. — Я на днях купила новое колье. Угадай, сколько оно стоит?
Екатерина Лебедева сидела в своём офисе, изучая финансовые отчёты. Её компания, специализирующаяся на инновационных технологиях, третий год подряд показывала впечатляющий рост. Новый продукт — компактные устройства для анализа данных — стал настоящим хитом на рынке.
Дверь кабинета распахнулась, и вошла её ближайшая подруга и коллега Анна.
— Ты видела, сколько времени? — спросила она, плюхнувшись в кресло. — Уже почти десять вечера. Нормальные люди давно дома.
— А я ненормальная, — улыбнулась Екатерина, не отрываясь от экрана. — К тому же, дома меня никто не ждёт. Александр уехал на очередной семинар в Петербург.
— Снова? — Анна скептически приподняла бровь. — Не многовато ли у него этих семинаров?
— Возможно, — спокойно ответила Екатерина. — Но это его работа. Он директор по продажам в крупной фирме. Поездки — часть его обязанностей.
Анна закатила глаза.
— Катя, ты же не наивная. Сколько раз ты проверяла, что это за «семинары»? Бьюсь об заклад, половина из них — выдумка.
Екатерина оторвалась от монитора и посмотрела на подругу.
— К чему ты ведёшь, Ань?
— К тому, что твой муж, скорее всего, тебе изменяет. И весь город об этом шепчется.
Екатерина откинулась на спинку кресла, её лицо оставалось спокойным, но пальцы слегка сжались.
— Давно хотела мне это сказать?
Анна вздохнула.
— Давно. Но всё не решалась. Ты же знаешь, я не люблю вмешиваться в чужую жизнь. Но сегодня... — она замялась. — Сегодня я видела его в ресторане «Панорама». С женщиной. И они были очень... близки.
Екатерина молчала, глядя куда-то в пустоту. Затем медленно произнесла:
— Ты уверена, что это был Александр?
— На сто процентов, — Анна достала телефон, но Екатерина остановила её жестом.
— Не надо. Я тебе верю.
— И это всё? — удивилась Анна. — Никакой реакции? Никаких планов?
Екатерина слабо улыбнулась.
— А чего ты ждала? Сцен? Разбитых тарелок? Это не в моём стиле.
— Понимаю, — кивнула Анна. — Но всё же... это измена, Катя! Твой муж встречается с другой!
— Возможно, не с одной, — спокойно заметила Екатерина. — Я давно что-то подозревала, просто не хотела себе в этом признаваться. Слишком много поездок, слишком много «переработок».
— И ты всё это терпела? Зачем? — Анна не скрывала удивления. — У тебя есть всё — ум, красота, успех! Ты можешь найти кого угодно!
Екатерина задумалась, прежде чем ответить.
— Когда мы с Александром познакомились, я была на волне успеха. Компания только набирала обороты, я получила крупные инвестиции. И тут появился он — обаятельный, привлекательный, с отличным чувством юмора. Казалось, ему плевать на мои деньги. Я влюбилась, как школьница.
— А потом?
— А потом стало ясно, что он не такой уж самостоятельный. Что без финансовой поддержки он не может даже счёт в кафе оплатить. Что его «карьера» — это должность, устроенная через знакомых. Что его «инвестиции» — это деньги, которые он берёт у матери, а она — у своих ухажёров...
— И ты всё равно вышла за него? — Анна была поражена.
— Да, — Екатерина пожала плечами. — Потому что уже любила его. Со всеми его слабостями. И думала, что смогу его изменить. Сделать из него мужчину.
— И как, получилось?
Екатерина горько усмехнулась.
— Как видишь. Двенадцать лет брака, а он всё ещё бегает за каждой юбкой, и его мать его прикрывает.
Анна подошла и положила руку ей на плечо.
— Что ты будешь делать?
— Думаю, — Екатерина закрыла глаза. — Мне нужно время. И доказательства, чтобы не осталось никаких сомнений.
— Хочешь, я пришлю тебе фото?
— Нет, — Екатерина покачала головой. — Я хочу поймать его на месте. Чтобы не было никаких оправданий.
Она разработала план. Сказала Александру, что уезжает на несколько дней по делам, а сама сняла номер в отеле неподалёку. Наняла частного детектива, который следил за каждым шагом мужа.
На третий день детектив прислал фотографии: Александр обнимал молодую шатенку у входа в отель. Они вместе поднялись в номер и провели там несколько часов.
Екатерина смотрела на снимки с холодным любопытством, словно это был не её муж, а герой какого-то сериала. Она не чувствовала боли или гнева — только усталость.
На следующий день детектив сообщил, что Александр снова встретился с той же женщиной, но теперь они поехали к нему домой. «К вашему дому», — уточнил он.
Это стало последней каплей. Привести любовницу в их общий дом? Екатерина ощутила, как внутри что-то переключилось. Не сердце — оно давно перестало реагировать на его выходки. Переключилось терпение. Оно исчерпалось.
Она вошла в дом без предупреждения. Было около одиннадцати вечера — детектив сообщил, что женщина всё ещё там. Екатерина бесшумно закрыла дверь и прислушалась. Из гостиной доносились звуки музыки и смеха.
Сняв туфли, чтобы не выдать себя стуком каблуков, она подошла к двери гостиной. Оттуда доносились голоса:
— ...а я ему говорю: «Если ты такой гений, почему не миллионер?» — Александр рассмеялся.
— Ты такой остроумный, — хихикнула женщина. — Не то что мой бывший. Тот вообще был как бревно.
— Бывшие для того и нужны, чтобы их забывать, — глубокомысленно заметил Александр. — Давай лучше выпьем за нас.
Звякнули бокалы. Екатерина досчитала до десяти, глубоко вдохнула и открыла дверь.
На диване, который она купила всего полгода назад, сидели Александр и молодая шатенка лет двадцати семи. На столе стояла бутылка дорогого виски — её подарок мужу на годовщину.
— Добрый вечер, — спокойно сказала Екатерина, входя. — Не помешала?
Александр побледнел, его глаза расширились от ужаса. Шатенка растерянно переводила взгляд между ним и Екатериной.
— Катя? — пробормотал он. — Ты же... в командировке...
— Как видишь, нет, — она шагнула ближе и протянула руку шатенке. — Екатерина Лебедева. Жена Александра. А вы, полагаю?..
— Дарья, — автоматически ответила та, пожимая руку. — Я... мы...
— Коллеги, конечно, — кивнула Екатерина. — Обсуждаете проект. В пятницу вечером. У меня дома. С виски.
— Катя, я всё объясню! — Александр вскочил, едва не опрокинув бокал. — Это не то, что ты думаешь!
— Правда? — Екатерина приподняла бровь. — И что же я думаю, Саша?
— Ты думаешь, что у нас что-то есть, но это не так! Мы правда коллеги, и...
— Александр, — прервала его Екатерина, — не лги. У меня есть фотографии вас двоих у отеля «Меридиан». И в лифте. И у номера. Очень... красноречивые снимки.
Александр осел на диван, шатенка вскочила.
— Мне лучше уйти, — пробормотала она, хватая сумку.
— Согласна, — кивнула Екатерина. — И, Дарья, в следующий раз проверяйте, женат ли мужчина. Это избавит вас от таких ситуаций.
Дарья покраснела и выбежала из комнаты. Хлопнула дверь. Екатерина и Александр остались вдвоём.
— Катя, дай мне объяснить, — начал он. — Это была ошибка, минутная слабость. Она для меня ничего не значит.
— А кто значит? — спокойно спросила Екатерина, садясь в кресло напротив. — Может, та блондинка, с которой ты был в «Панораме» на прошлой неделе? Или рыжая из отдела продаж? Или твоя бывшая коллега, к которой ты ездил в Москву?
Александр смотрел на неё в ужасе.
— Откуда ты...
— Неважно, — отмахнулась она. — Важно, что это длится годами. И я всё знала, Саша. Всё это время.
— Почему же ты молчала? — тихо спросил он.
— Потому что любила тебя, — просто ответила она. — И надеялась, что ты изменишься. Повзрослеешь. Что эти интрижки — просто попытка доказать себе что-то.
Александр вздрогнул, словно от удара.
— Я не живу на твои деньги! У меня есть работа, зарплата...
— Которую ты тратишь на любовниц и развлечения, — закончила за него Екатерина. — А счета за дом, машину, отпуска и твои тренировки в клубе оплачиваю я. Не говоря о деньгах, которые ты переводишь своей матери.
— При чём тут моя мать? — напрягся он.
— Она знает о твоих похождениях и покрывает тебя. Каждый раз, когда я звоню, а ты с очередной женщиной, она берёт трубку и выдумывает истории.
Александр молчал, опустив голову. Екатерина смотрела на него и думала: как она могла влюбиться в этого человека? Что её привлекло? Его харизма? Умение говорить красивые слова?
— Знаешь, что самое обидное, Саша? — сказала она наконец. — Не твои измены. А то, что ты никогда не ценил того, что у нас было. Наш брак, нашу жизнь, меня. Для тебя я была просто банкоматом.
— Это неправда! — он поднял взгляд. — Я любил тебя, Катя! И сейчас люблю!
— Любишь? — она усмехнулась. — Странная у тебя любовь. Я бы назвала это иначе.
Она встала и направилась к выходу.
— Куда ты? — испуганно спросил он.
— Собирать твои вещи, — ответила она, не оборачиваясь. — У тебя час, чтобы уйти.
— Что?! — он вскочил. — Ты выгоняешь меня? Это и мой дом!
Екатерина обернулась, её взгляд был ледяным.
— Этот дом куплен на мои деньги, Саша. Он оформлен на меня. Как и всё остальное. Так что да, я выгоняю тебя. И не советую спорить, иначе вызову охрану, и тебя выведут отсюда силой. Как думаешь, твоей матери понравится такая история?
Александр побледнел и рухнул на диван.
— Катя, давай поговорим... Я изменюсь, обещаю. Никаких больше женщин, только ты и я.
— Поздно, — она покачала головой. — Я дала тебе двенадцать лет. Больше у тебя нет времени.
Через час Александр с чемоданами стоял у двери. Он выглядел растерянным, как подросток, потерявшийся в толпе.
— Куда мне идти? — спросил он.
— К матери, — пожала плечами Екатерина. — Или к одной из твоих подруг. Меня это больше не волнует.
— Катя, пожалуйста, — он шагнул к ней. — Давай попробуем ещё раз. Ради всего, что у нас было.
— У нас ничего не было, — устало сказала она. — Только иллюзия. Я строила бизнес, ты — свою личную жизнь. Мы были соседями, а не семьёй. И теперь это закончилось.
Она открыла дверь, впуская прохладный ночной воздух.
— Прощай, Саша. Адвокат пришлёт бумаги о разводе.
Он вышел, не оглядываясь. Екатерина закрыла дверь, прислонилась к ней и впервые за долгое время позволила себе заплакать.
Прошло четыре месяца. Развод был в самом разгаре — Александр пытался отсудить часть имущества, утверждая, что внёс в бизнес «идеи и поддержку». Екатерина лишь усмехалась, читая его иски: у неё были документы, доказывающие, что компания принадлежит исключительно ей.
Она с головой ушла в работу, стараясь не думать о прошлом. Компания готовилась к выходу на мировой рынок, что требовало полной концентрации.
Антонина Сергеевна звонила почти ежедневно, но Екатерина не отвечала. Что она могла сказать женщине, которая годами покрывала измены сына? Которая, возможно, даже поощряла их, считая, что её «мальчик» имеет право на развлечения?
Однажды Антонина Сергеевна явилась в офис без предупреждения. Секретарша, не зная о семейной драме, пропустила её.
— Катенька, наконец-то! — воскликнула она, входя. — Нам нужно поговорить.
Екатерина подняла взгляд от бумаг и холодно посмотрела на тёщу.
— У меня нет времени, Антонина Сергеевна. И я просила записываться на приём.
— Не говори ерунды, — отмахнулась та. — Я не чужая, я твоя тёща.
— Ещё месяц, и вы ею не будете, — заметила Екатерина. — Развод будет завершён, и мы станем посторонними. Чему я, честно говоря, рада.
Антонина Сергеевна села напротив, игнорируя резкий тон.
— Катенька, я пришла говорить о тебе и Сашеньке. Эта размолвка зашла слишком далеко. Пора мириться.
Екатерина скрестила руки на груди.
— Это не размолвка. Это развод. И он окончательный.
— Всё можно исправить, милая, — тёща улыбнулась. — Особенно в семье. Саша понял свои ошибки, он раскаивается. Он тебя любит.
— Правда? — Екатерина приподняла бровь. — А как же та шатенка, с которой его видели в кафе на прошлой неделе? Или блондинка из его нового офиса? Это его раскаяние?
Антонина Сергеевна замялась, но быстро оправилась.
— Он просто пытается забыть боль, Катенька. Ты разбила ему сердце, уйдя.
— Я разбила? — Екатерина рассмеялась. — Интересно. Особенно если учесть, что ваш сын изменял мне весь наш брак, а вы его покрывали.
— Это преувеличение, — отмахнулась тёща. — Да, у Саши были слабости. Но какой мужчина без них? Это в их природе — искать приключения. А долг женщины — прощать.
Екатерина посмотрела на неё, словно впервые.
— Вы правда верите в это? Или просто оправдываете сына, который не может быть верным?
Антонина Сергеевна вспыхнула.
— Не смей так говорить о моём Саше! Он замечательный мужчина, просто...
— Просто у него мать, которая с детства внушала, что ему всё позволено, — закончила Екатерина. — Которая учила, что измена — это «слабость», а не предательство.
— Ты всегда была к нему слишком требовательна, — тёща поджала губы. — Карьера, амбиции... Не всем мужчинам это нужно. Некоторым достаточно тепла и поддержки.
— Вот и дайте ему это тепло сами, — Екатерина встала. — А меня оставьте в покое.
— Нет, — Антонина Сергеевна тоже поднялась. — Я не уйду, пока ты не согласишься встретиться с Сашей. Поговорить. Дать ему шанс.
— Шанс на что? — Екатерина обошла стол. — На новые измены? На трату моих денег на любовниц? Или на то, чтобы вы с ним обсуждали меня за моей спиной?
Антонина Сергеевна побледнела.
— Мы никогда...
— Хватит, — Екатерина махнула рукой. — Вы с сыном всегда были против меня. Я была для вас просто источником дохода. Но это закончилось.
— Ты ошибаешься, — тёща покачала головой. — Саша тебя любит. И я тебя люблю, как дочь.
— Вы врёте так же плохо, как ваш сын, — Екатерина улыбнулась. — Уходите. У меня дела.
Антонина Сергеевна не сдвинулась.
— Я не уйду, пока ты не согласишься поговорить с Сашей. Он страдает без тебя!
— А мне без него хорошо, — ответила Екатерина. — Впервые за годы я свободна. И не вернусь в эту клетку, даже если вы будете умолять.
— Но ты же любила его! — воскликнула тёща.
— Любила, — согласилась Екатерина. — А теперь нет. Всё проходит, Антонина Сергеевна. Даже любовь. Особенно если её предают.
Она нажала кнопку на телефоне.
— Света, проводите Антонину Сергеевну. И в будущем — я не принимаю без записи.
Дверь открылась, и вошла секретарша.
— Это не конец! — Антонина Сергеевна погрозила пальцем. — Я не дам тебе разрушить жизнь моего сына!
— Он сам её разрушил, — ответила Екатерина. — И если он продолжит тянуть с разводом, я подам на него в суд за мошенничество. У меня есть доказательства, что он использовал корпоративные деньги на свои развлечения.
Тёща побледнела и молча вышла. Екатерина вернулась к работе, словно разговора не было.
Прошло три месяца. Развод завершился — Александр отказался от претензий, когда ему показали доказательства его махинаций. Он получил лишь то, что имел до брака — почти ничего.
Екатерина чувствовала себя обновлённой. Она словно сбросила груз, который тащила годами. Коллеги замечали, что она стала выглядеть моложе, а её движения стали легче.
Однажды вечером она вышла из офиса и заметила у своей машины знакомую фигуру.
— Александр? — удивилась она. — Что ты здесь делаешь?
Бывший муж выглядел уставшим, постаревшим. Под глазами тёмные круги, волосы поседели.
— Привет, Катя, — он попытался улыбнуться. — Хочу поговорить.
— Мы всё обсудили, — она покачала головой. — Развод оформлен. Нам не о чем говорить.
— Пожалуйста, — он шагнул ближе. — Пять минут.
Екатерина вздохнула.
— Ладно. Но не здесь. Зайдём в кафе через дорогу.
Они сели за столик. Александр заказал чай, Екатерина — воду.
— Я слушаю, — сказала она.
— Я хотел извиниться, — начал он. — За всё, что сделал. За эти годы.
— Принято, — кивнула она. — Это всё?
— Нет, — он покачал головой. — Я хочу, чтобы ты знала — я любил тебя. По-своему, но любил. И сейчас люблю.
— По-своему, — повторила она с усмешкой. — Точно сказано. Твоя любовь — это жить за мой счёт и изменять мне.
— Я знаю, что был идиотом, — он опустил взгляд. — Но я работаю над собой. Хожу к психологу. Пытаюсь разобраться.
— Это хорошо, — она отпила воды. — Надеюсь, это поможет тебе в будущем.
— Но я не хочу будущего без тебя, — он поднял взгляд. — Я хочу тебя, Катя.
Она посмотрела на него внимательно. В его глазах читалась искренность — или её хорошая имитация. Но ей было всё равно.
— Александр, — мягко сказала она, — я ценю твои извинения. Но это ничего не меняет. Мы закончили.
— А если я изменюсь? Докажу, что стал другим?
— Это ничего не изменит, — она покачала головой. — Мы разные люди. У нас разные цели, ценности. И никакая терапия этого не исправит.
Он молчал, глядя в свою чашку.
— К тому же, — добавила она, — я иду дальше. У меня новая жизнь, новые планы. И ты в них не входишь.
— У тебя кто-то есть? — тихо спросил он.
— Это не твоё дело, — она поставила стакан. — Но отвечу: пока нет. Но будет. Человек, который разделяет мои взгляды и уважает меня.
Александр кивнул, не поднимая глаз.
— Понимаю. Просто... мама сказала, что если я извинюсь, ты...
— Твоя мать, — Екатерина вздохнула. — Она до сих пор тобой управляет, да? Указывает, что делать?
— Она просто волнуется, — пробормотал он.
— Она манипулирует тобой, — жёстко сказала Екатерина. — И пока ты это не поймёшь, не изменишься.
Она встала.
— Прощай, Саша. Желаю тебе счастья. Но не со мной.
Он тоже поднялся.
— Катя, подожди... хотя бы скажи, что не ненавидишь меня?
Она посмотрела на него с грустью.
— Я не ненавижу тебя. Это слишком много энергии. Ты для меня — как герой из старой книги, которую я давно закрыла.
Она вышла из кафе, оставив его стоять у столика.
Прошёл месяц. Екатерина была на переговорах, когда секретарша передала записку: «Антонина Сергеевна ждёт в приёмной. Говорит, срочно».
Екатерина нахмурилась. Она надеялась, что тёща оставит её в покое. Ошиблась.
— Скажите, что я занята, — ответила она.
Через пять минут новая записка: «Она говорит, будет ждать до ночи».
Екатерина вздохнула.
— Хорошо, я приму её после переговоров. Пять минут.
Переговоры закончились поздно. Удивительно, но Антонина Сергеевна всё ещё ждала.
— Проводите её, — устало сказала Екатерина.
Тёща вошла с видом, готовым к битве. Дорогое платье, идеальная укладка, макияж — словно на званый вечер.
— Катенька, наконец-то, — улыбнулась она. — Я уж думала, ты меня не примешь.
— Было искушение, — призналась Екатерина. — Чего вы хотите?
— Ты говорила с Сашей? — спросила тёща. — Он приходил, извинялся?
— Да, — кивнула Екатерина. — Выглядел искренне. Даже упомянул психолога. Похвально.
— Вот видишь! — тёща просияла. — Он меняется ради тебя!
— Он меняется, потому что вы ему сказали, — поправила Екатерина. — Как всегда. Вы всю жизнь им управляете.
— Это неправда! — возмутилась Антонина Сергеевна. — Я просто забочусь о нём!
— Забота и манипуляция — разные вещи, — заметила Екатерина. — Но это не моё дело. Я больше не часть вашей семьи. Оставьте меня в покое.
Тёща сменила тактику, её лицо стало умоляющим.
— Катенька, подумай о будущем! Вы могли бы начать заново, завести детей...
— У меня есть семья, — ответила Екатерина. — Моя компания, друзья, партнёры. А дети... я не хочу их от человека, который не умеет быть верным.
— Но Саша изменился! — настаивала тёща. — Он больше не будет изменять!
— Вы не можете этого знать, — Екатерина покачала головой. — Человек не меняется за месяц. Особенно если это его привычка.
— Дай ему шанс, — не сдавалась тёща. — Ради прошлого.
Екатерина устало потёрла виски.
— Мой ответ — нет. Окончательное нет. Я не вернусь к Александру. Никогда.
— Но почему?! — воскликнула тёща. — Он тебя любит!
— А я его — нет, — просто ответила Екатерина. — И ничто не вернёт эти чувства.
Она встала.
— У меня работа. Прошу вас уйти.
Тёща не двинулась.
— Ты пожалеешь, — сказала она с угрозой. — Саша — редкий мужчина. А ты стареешь. Кому ты будешь нужна в сорок, с твоей работой?
Екатерина улыбнулась.
— Это лучшее, что вы могли сказать. Теперь я понимаю, откуда у Александра его взгляды на женщин. От вас. Ещё одна причина, почему я никогда не вернусь.
Она вызвала секретаршу.
— Света, проводите Антонину Сергеевну.
— Ты ещё пожалеешь! — повторила тёща. — Саша уже с другой, молодой, которая его ценит!
— Прекрасно, — кивнула Екатерина. — Передайте ей мои соболезнования. И предупредите об его привычках.
Тёща вышла, хлопнув дверью. Екатерина вернулась к работе, словно ничего не произошло.
Прошло ещё две недели. Екатерина возвращалась с деловой встречи, когда позвонил незнакомый номер.
— Екатерина Лебедева, — ответила она.
— Катенька? — голос Антонины Сергеевны дрожал. — Это я...
Екатерина вздохнула.
— Я всё сказала. Мы больше не семья. Прекратите звонить.
— Подожди! — в голосе тёщи было отчаяние. — Я на вокзале. Приехала к тебе. Это важно!
— О чём говорить? — устало спросила Екатерина. — Я не вернусь к Александру.
— Дело не в этом, — тёща всхлипнула. — С Сашей беда. Он пьёт, не работает, его почти уволили. Вчера сказал страшные вещи... Я боюсь за него, Катенька.
Екатерина молчала. Часть её сочувствовала, другая подозревала манипуляцию.
— Я сочувствую, — наконец сказала она. — Но я не его жена и не психолог. Я не могу помочь.
— Можешь! — настаивала тёща. — Поговори с ним! Один разговор может его спасти!
— Если вы боитесь за его жизнь, — твёрдо сказала Екатерина, — вызывайте психиатрическую помощь. Ему нужны врачи, не я.
— Он не хочет врачей! — воскликнула тёща. — Только тебя!
Екатерина глубоко вздохнула.
— Я не приеду. Наш брак окончен. Я иду дальше, и ему пора сделать то же самое.
— Как ты можешь быть такой жестокой?! — закричала тёща.
— Жестокость — это жить во лжи, — ответила Екатерина. — Вы покрывали его измены, я закрывала глаза. Это не любовь. Это клетка.
— Я уже на вокзале! — тёща перешла на истерику. — Я приеду к тебе!
— Разворачивайтесь и езжайте домой, — отрезала Екатерина. — Если вы появитесь у меня, я вызову полицию. Это не шутка.
На линии повисла тишина.
— Ты правда это сделаешь? — тихо спросила тёща.
— Да, — твёрдо ответила Екатерина. — Наши отношения закончены. Примите это.
Она отключила звонок, села в машину и поехала домой. В зеркале заднего вида была только дорога, ведущая вперёд. Назад она больше не оглядывалась.