Глава Соседи
Был самый ранний рассвет весны. Сугробы ещё стояли местами серыми островами в тени садовых деревьев, но по тропинкам уже бежали ручьи, звенели капели, а в воздухе пахло влажной землёй и чем-то новым, обещающим перемены.
Светлана сидела на крыльце с кружкой горячего чая и слушала, как капли с крыши падали на подтаявший снег. Дом после первой ночи казался другим — живым, дышащим рядом с ней.
Из-за поворота улицы показалась фигура. Сначала она подумала — прохожий. Но женщина в платке остановилась у калитки, поправила корзинку в руках и решительно пошла по дорожке к дому. За ней, чуть отстав, брёл сутулый мужчина, пахнущий деревом и табаком.
— Здравствуйте, хозяйка, — поздоровалась женщина. Голос её был тёплый, уверенный. — Я — Анна Ивановна, а это мой Степан. Мы тут, по соседству. Услышали, что в доме снова жить будут… вот и решили первыми поклониться.
Она протянула корзину. Внутри лежали яблоки — прошлогодние, морщинистые, но крепкие и пахнущие сладостью.
Светлана поднялась.
— Спасибо вам. Очень приятно. Проходите.
Они постояли у крыльца, переминаясь с ноги на ногу. Ветер трепал полы их пальто, с крыши по каплям стекала талая вода.
— Люди у нас тут разные, — заговорил наконец Степан. — Кто радуется, что дом не пустует. А кто шепчется… Мол, место старое, непростое.
Анна Ивановна перекрестилась.
— А я твою бабку помню. Сильная была. К ней все за советом шли. Думаю, и к тебе потянутся. Ты ведь в неё пошла?
Светлана не сразу нашла слова.
— Наверное, что-то от неё у меня есть. Но живу я иначе.
Анна Ивановна сжала корзинку, будто решаясь.
— Мы не просто познакомиться пришли. У соседки, у Натальи, внучка хворает. Врачи руками разводят. Вот и говорят: коли хозяйка вернулась — надо к ней. Может, подскажет что.
В это время Мракобус, устроившийся на перилах, лениво зевнул и прошептал так, что только Светлана слышала:
— Началось. Дом принял тебя, теперь и люди идут.
Светлана посмотрела на соседей — и увидела в их глазах не только просьбу, но и надежду. Внутри тревога боролась с ощущением: этот момент должен был настать.
— Хорошо, — сказала она. — Давайте попробуем.
Анна Ивановна облегчённо перекрестилась, а в саду тихо скрипнула ветка, словно сам дом согласился с её словами.
Через пару дней, в одно из ещё прохладных мартовских утр, Анна Ивановна снова появилась у ворот. На этот раз с ней была соседка — женщина лет пятидесяти, в длинном тёмном пальто, с усталым лицом и красными от недосыпа глазами.
— Это Наталья, — представила её Анна Ивановна. — Та самая, про которую я говорила.
Наталья вежливо кивнула, прижимая к себе девочку лет восьми-девяти. Девочка была худенькой, бледной, словно прозрачной. Её глаза — огромные, с синими кругами под ними — будто жили своей жизнью, то тускло гасли, то вспыхивали странным блеском.
— Здравствуйте, — тихо сказала Наталья. — Простите, что тревожим. Но… у нас беда.
Светлана пригласила их в дом. В гостиной, где ещё пахло сухими дровами и травами, они уселись за круглый стол. Дом словно прислушивался: балки тихо потрескивали, в камине пламя шептало.
— Что с девочкой? — спросила Светлана мягко.
Наталья погладила дочь по волосам.
— Врачи говорят — то ли истощение, то ли нервы. Но не лечится ничем. Она часто просыпается по ночам, кричит. Говорит, что кто-то к ней приходит. Утром не может встать, слабая, как тряпочка. Я уж к батюшке ходила — молебен служили. Не помогает.
Светлана посмотрела на девочку. Та сидела молча, но пальцы её нервно сжимали подол платья. И в этот момент Мракобус, устроившийся на печной полке, тихо фыркнул.
— Не болезнь тут, — проворчал он, только для Светланы. — Слишком лёгкая у неё душа. За такими тянутся те, кому на том свете места нет.
Светлана нахмурилась.
— Девочка… скажи, кто к тебе приходит?
Девочка подняла глаза — и неожиданно ответила чётко, почти взрослым голосом:
— Она. Женщина в чёрном платке. Сначала зовёт к себе. Потом злится, если я не иду.
Наталья побледнела и перекрестилась.
— Вот! Вот и я говорю, что не по-людски это!
Светлана почувствовала, как дом напрягся. Половицы тихо скрипнули, огонь в камине вспыхнул ярче. Казалось, стены слушали каждое слово.
Она встала и положила ладонь на плечо девочки.
— Ты здесь в безопасности. Никто не заберёт тебя отсюда. Мы с домом не позволим.
Девочка вздохнула и впервые чуть-чуть улыбнулась.
А Мракобус лениво потянулся и сказал, словно подытоживая:
— Ну что ж, хозяйка. Первое испытание пришло. Посмотрим, как ты справишься.