Весна, вокруг все цвело и распускалось, а весенний воздух пьянил. Запах сирени в тот май был пьянящим и густым, как ликер. Маше только что исполнилось восемнадцать, и мир вдруг стал огромным и полным непонятного, в груди у Маши было томление, мальчики вызывали симпатию. А потом она увидела его, Рому, объект своей первой влюбленности. Он жил в соседнем доме, в той самой квартире на первом этаже, с всегда зашторенным окном. Ему было двадцать пять. Для Маши это был человек из другого измерения. Он носил потертые косухи и умел так смотреть, что у девушки подкашивались ноги. Первое свидание было как Маша считала, вполне романтиШным: они пили кофе в парке, и он, улыбаясь, спросил: — Ну что, студентка, вся жизнь впереди? Не боишься гулять с таким стариком? — Я не ребенок, — надула она губы, чувствуя себя при этом именно ребенком. — Конечно, не ребенок, — он снисходительно потрепал ее по волосам, как пуделя. — Ты просто еще не знаешь, какой гадкий этот мир. Маше казалось, это он от мудрости та
Публикация доступна с подпиской
Премиум