Глава 9 по ссылке https://dzen.ru/a/aO4rsKmPHWBVpZh8
Глава 10.
Перед отъездом в Москву, я пригласил к себе Ивана и Андрея. Мы обсудили мою новую работу, о своей зарплате я постеснялся говорить друзьям, а они и не спрашивали. Андрей упрекал меня за то, что я всё-таки согласился подставлять себя под пули. На что Иван спокойно заметил:
- Ему не привыкать. Он без этого не может. Мы с ним профессию такую выбрали – людей защищать.
- Мужики! – поднял я рюмку. – Давайте выпьем за то, что в огне не горит, в воде не тонет и не ржавеет никогда. За нашу дружбу!
- Давайте! – радостно поддержал меня Андрей. - Ребята, я не представляю своей жизни без вас.
- Особенно без него, - с улыбкой кивнул на меня Иван. - С ним не соскучишься.
Когда мы выпили, Андрей вдруг сказал:
- Между прочим, с меня тоже причитается! Вчера вызвал к себе главврач и сообщил, что назначил меня на должность завотделения. Хотя мне точно было известно – он планировал на эту должность другого человека. Не знаю, что на него наехало?
- Не что, а кто, - поправил Иван и вопросительно посмотрел на меня: -
По-моему, здесь без нашего друга не обошлось. У него сейчас большие связи.
- Мы тебя поздравляем и с радостью выпьем за твои успехи, - положил я руку на плечо Андрея. – А всё остальное не бери себе в голову. Ты кандидат медицинских наук и больше чем кто-либо достоин этой должности.
После того, как друзья ушли, я позвонил Анне:
- Привет! Слушай, зачем ты звонишь моей матери? Я же сказал тебе русским языком, что встречаться с тобой больше не буду…
- Я почему-то была уверена, что ты передумал. Но не решаешься позвонить мне первым. Между нами была такая любовь!
- Какая любовь, Анна? Не смеши меня. Да! Я не отрицаю, нам было порой хорошо вдвоём. Но никакой любви, в полном смысле этого слова, между нами быть не могло. Мы с тобой два законченных эгоиста и любим только себя. Прощай!
- Ты ещё об этом пожалеешь, - с плохо скрытой угрозой начала она, но я отключил свой телефон. Стерва! Снова вздумала мне угрожать. С каким бы удовольствием я влепил ей пощёчину. Правильно мама говорит, что я плохо разбираюсь в людях. Столько времени встречался с Анной и до последнего момента не мог определить, кто она есть на самом деле.
Настроение было безнадёжно испорчено. Я случайно бросил взгляд на свой телефон, этот кусок бесчувственной пластмассы, и внезапно почувствовал огромное желание набрать один московский номер. Но потом подумал – а зачем? Чтобы пожаловаться, как мне плохо без неё? Так же, как Анна, напомнить какая была у нас любовь? А Лике, может быть, без меня хорошо. Так зачем нарушать её душевное спокойствие. Я не настолько плохо воспитан, чтобы действовать по принципу – раз мне нехорошо, так пусть тебе станет ещё хуже. И тут ко мне пришла интересная мысль. Я, как воспитанный человек, должен вернуть Лике забытую ею у меня вещь. Красивый шёлковый шарфик. Будет вполне нормальным явлением, никого ни к чему не обязывающим, если мы для этой цели встретимся в Москве. Ну, и как бы случайно, посмотрим друг другу в глаза. «Не тешь себя напрасными надеждами, - заговорил со мной внутренний голос. - Не захочет она с тобой встретиться. Зачем ей это надо? Чтобы из-за какого-то шарфика испортить себе настроение на долгое время?».
«А я не надеюсь, что Лика вновь воспылает любовью ко мне, - ответил я ему. - То, что прошло, уже не вернуть. Я это прекрасно понимаю. Мне просто интересно знать, как она живёт. Какие планы строит на будущее. Почему мы не можем встретиться с ней, как друзья?»
«Потому, что она не может быть для тебя просто другом. Для тебя будет лучше, если ты соберёшь всю силу воли и вообще перестанешь думать о ней, - строго сказал он. - Заставь себя переключить все мысли на новую работу. На предстоящую поездку. Можешь ты забыть Лику хоть на время?»
«Могу», - глубоко вздохнул я...
Центр подготовки телохранителей оказался на глухой окраине Москвы. За рядами частных домов, в сосновом лесу, стояло несколько одноэтажных зданий, обнесённых высоким забором. Как я узнал позже, здесь раньше находился пионерский лагерь. Посёлок от леса отделяло полотно железной дороги, по которой ходили поезда дальнего следования и пригородные электрички. На электричке я и приехал сюда с одного вокзала Москвы. Прежде чем пропустить на территорию центра, у меня на КПП тщательно проверили документы: паспорт, направление на учёбу и командировочное удостоверение. После чего один из ребят в камуфляже объяснил, куда мне идти.
- Вон в том каменном здании находится штаб. Там тебя оформят и определят в группу. А жить будешь в деревянном доме, напротив. В нём же и столовая находится. Иди, оформляйся быстрей, а то на ужин опоздаешь.
В штабе я представился начальнику Центра - бравому седому отставнику, потом сдал свои документы, получил талоны на питание и пошёл на собеседование к заместителю начальника
- Вы спортивную форму и сменную обувь привезли? – задал он мне самый первый вопрос.
- Да. Спортивный костюм и кроссовки.
- Хорошо. А то некоторые не берут с собой. Как будто не знают, зачем сюда едут. Теперь расскажите о себе. Я должен оценить уровень вашей подготовленности и выбрать для вас соответствующую систему подготовки. У нас есть группы с «нулевым уровнем», и группы, где обучаются люди, уже работающие телохранителями.
По результатам собеседования я получил неплохую оценку и заключение, что работать со мною можно.
- Бывает, что мы некоторых отправляем обратно, - сказал заместитель начальника, видимо тоже из отставников. - У нас базовый курс обучения две недели, а с ними нужно заниматься, чтобы получить необходимый результат, не менее года. Я иногда удивляюсь, как таких, плохо профессионально подготовленных сотрудников, держат в службах безопасности. Не понятно, по каким критериям их отбирали.
Я вспомнил, что сказал мне шеф про охранников Хозяина и усмехнулся,
но промолчал. На собеседование и так ушло много времени. У меня была перспектива остаться без ужина.
Моим соседом по комнате в общежитии оказался рослый, широкоплечий мужчина лет сорока, с серыми глазами. Он поселился здесь на полчаса раньше меня. Серые глаза, как мне говорила Лика, бывают у людей терпеливых, умных, умеющих преодолевать любые трудности. А твои синие глаза обманчивы, сказала она. В них видится мечтательность и наивность, а на самом деле всё наоборот. Это глаза людей, настойчиво добивающихся своей цели и блестяще использующих других, особенно женщин, для решения своих проблем и удовлетворения разного рода потребностей.
- Давай знакомиться. Афанасий! – протянул мне руку сосед и весело добавил – Моим редким именем даже кинокомедию назвали – Афоня. Не смотрел?
В нём чувствовалась большая физическая сила, а такие люди, как правило, добродушны и общительны по своей природе.
- Смотрел, - улыбнулся я. – Меня зовут Роман.
- Жаль, что здесь выпивать запрещено, а то бы отметили наше знакомство, - с сожалением сказал Афанасий. Он вынул из чемодана фотографию в деревянной рамке и поставил её на тумбочку, стоящую возле кровати.
- Жена моя, - объяснил он, с любовью глядя на фотографию. – А ты женат?
- Нет.
- Разведённый что ли?
- Почему разведённый? Я вообще не был женат.
- А-а, - протянул Афанасий, - Понятно…, значит, ты ещё ни в кого не влюблялся по-настоящему. А я, вот, как увидел свою Настю, так сразу понял – пропал Афоня! Веришь, сколько девок до неё было, а ни одна за сердце не зацепила. А тут как заколдовали – дня без неё прожить не могу.
- Ты, из какого города приехал? – спросил я, не желая больше слушать его сердечные излияния. Тем более обсуждать с ним тему любви.
- Из Ростова. А ты?
Между нами состоялся короткий деловой разговор, после чего каждый занялся своим делом. Афанасий направился в комнату отдыха: посмотреть телевизор и заодно пообщаться с нашими коллегами. А я стал читать привезённую с собой книгу. У меня не на столько общительный характер и настроение не то, как у него. Мне казалось, что я прочитаю десять листов и задремлю. Из-за жары в вагоне поезда не спал всю ночь. Но как-то получилось так, что рука сама собой взяла сотовый телефон и набрала записанный в его памяти номер телефона Лики, данный мне Андреем. Через несколько секунд послышался до боли знакомый голос:
- Алло! Я вас слушаю?
А меня словно парализовало. Мой язык отказывался мне повиноваться.
- Алло! Я вас слушаю! – повторила Лика и отключилась. Я положил телефон на тумбочку и, закинув руки за голову, уставился в белый потолок: «Чёрт! Так можно с ума сойти. Даже смешно! Серьёзный, волевой мужик, а сам с собой не могу справиться. Да будь она проклята, эта любовь!»
Первый день обучения начался с теоретических занятий. Мы стали изучать особенности психики человека. Нам выдали тетради и велели записывать лекции. Потом, перед выпуском, придётся сдавать экзамен. Вёл уроки молодой преподаватель, доцент какого-то московского института. В отличие от сидящего рядом со мной Афанасия, с полуоткрытым ртом старательно переносящего почти каждое слово преподавателя на бумагу, я решил записывать только основные определения. Например, что психология в переводе с древнегреческого языка означает «наука о душе». Предметом изучения психологии является, прежде всего, психика человека. Психика – это отражение предметов и явлений объективной действительности. Рефлекс – это закономерная ответная реакция нервной системы организма на раздражитель. Внимание – состояние психологической концентрации, сосредоточенности на каком-либо объекте. А принятие решения, оказывается, есть не что иное, как акт волевого действия, когда личность в результате борьбы мотивов приходит к необходимости сохранения одного из них как главного, которому она подчиняет свою конкретную деятельность. Ну и так далее. Интересен один из рефлексов человека – всегда бежать на свет, даже если при нём намного опаснее, чем в темноте.
- Правильно говорит наш преподаватель, что профессиональный телохранитель обязательно должен быть хорошим психологом, - сказал на перемене Афоня.
- Правильно, - согласился я. – Никто не спорит. Поэтому ты учи психологию, как следует. Приедешь – передашь полученные знания тому лицу, к которому будешь приставлен. Он в целях своей безопасности тоже должен быть хорошим психологом. Спроси преподавателя!
Пока Афанасий соображал – в шутку я сказал это или всерьёз, я поспешил отойти от него к другому товарищу, с которым познакомился за завтраком.
После обеда мы приступили к практическим занятиям по огневой подготовке. Инструктор – Павел Дробыш, бывший спецназовец, широкоскулый как монгол, вначале напомнил нам элементарные правила обращения с оружием: не держать палец на спусковом крючке, не направлять оружие на человека, даже если оно не заряжено, не оставлять оружие без присмотра и тому подобное. Запоминающееся лицо Павла сразу показалось мне знакомым и, пока он говорил, я вспомнил, что встречался с ним в Чечне.
- Ты меня не узнаёшь? – обратился я к нему, когда он закончил свою речь. – Чечня. Грозный.
- Постой, постой! – всмотрелся он в меня и радостно воскликнул: - Ну, как же?! Братуха!
С этими словами Павел крепко стиснул меня в своих объятьях. – А ты зачем сюда приехал? – удивлённо спросил он.
- Как зачем? Учиться.
- Ну, давай! - засмеялся Павел. – А то я подумал, ты нас приехал учить.
Услышав его громкие радостные возгласы, к нам подошли ещё два инструктора, тоже бывшие спецназовцы.
- А ну-ка! Давай посмотрим, чего ты стоишь сейчас, - сказал Павел и повернулся к своим товарищам. – Устроим небольшое соревнование. Засекайте время. Сделаем по два тройных выстрела. Согласен? – спросил он меня.
- Без вопросов. Ты начинаешь первым, - спокойно ответил я. Вся моя группа смотрела на нас с огромным интересом. И всем курсантам, естественно, хотелось, чтобы я победил.
- А почему ты первый должен начинать? Бросайте жребий, - сказал один из них.
- Ладно, - улыбнулся Павел. – Он всё-таки ученик.
Первые три пули вылетели у него из ствола пистолета за 1,6 секунды, вторые – за 1,5. Все попали точно в цель. С довольным и немного снисходительным выражением лица он передал мне свой «Макар». Я несколько секунд настраивался: ты должен чувствовать пистолет не как чужеродный предмет, а как продолжение своей руки. Затем, сузив окружающее пространство до размеров мишени, хладнокровно произвёл выстрелы.
- Вот это да-а, - поражённо протянул инструктор, засекавший время таймером, и с недоумением посмотрел на Павла. – Слушай, он тебя победил. У него 1,5 и 1,5.
- «Калаш» тут отдыхает! - довольно сказал Афанасий, торжествующе глядя на инструкторов.
- Поздравляю! – пожал мне руку Павел. – Но мы ещё посоревнуемся.
Затем он обратился к инструкторам: - Ну что, будем считать, что Роман сдал зачёт на «отлично»?
- Слушай! – положил руку мне на плечо один из них, видимо старший. – Оставайся у нас. Нам как раз одного не хватает. Комнату дадим в посёлке и зарплату нормальную. Всё-таки Москва рядом.
- Посмотрим, - уклончиво ответил я.
Павел пригласил меня посидеть с ними вечером, и я славно провёл время в тесной, дружеской компании. Попозже к нам присоединился заместитель начальника Центра, тоже не раз бывавший в Чечне, и встреча затянулась до глубокой ночи.
На следующий день, тех, кто сдал зачёт по рукопашному бою, начали обучать правильному сопровождению «клиента» до автомобиля и посадке его в машину, защите в лифте и в офисе. Ситуация моделировалась в каждом конкретном случае так, как в реальной жизни, где очень важен фактор внезапности. Для этого, например, к учебному корпусу подогнали легковую машину, вокруг стали ходить «прохожие». Я вышел с «клиентом», роль которого исполнял инструктор, из подъезда и пошёл с ним к машине. Иду, значит, как положено рядом с клиентом, стараясь не упустить из виду ни одного прохожего. Как говорит психолог, провожу оценку их внешности с целью выявления подозрительного лица. Главное – не прозевать движения их руки в карман одежды или за пазуху. Вдруг с крыши соседнего здания раздаётся выстрел засевшего там снайпера. Я мгновенно, одновременно со звуком выстрела, «укладываю» «клиента» на асфальт и выхватываю свой пистолет.
- Надо поаккуратнее, - ворчит инструктор, поглаживая руку. – А то можешь так клиента травмировать. Но, в общем, неплохо. Пока на троечку. Меня ты быстро уложил, а сам замешкался. Помни – наша задача не только спасти клиента, но и самому постараться остаться в живых.
Я, конечно, не мог ему сказать, что у меня не было большого желания ложиться с ним рядом в подвернувшуюся не вовремя лужу воды. Павел стоял рядом с этим инструктором и, по его смеющимся глазам, мне стало ясно, что он всё видел, и всё прекрасно понял.
В последующие дни добавились новые предметы и в том числе экстремальное вождение автомобиля. Мне это дело настолько понравилось, что я мог часами не вылезать из кабины машины. Вообще физические нагрузки резко возросли. Общая продолжительность занятий увеличилась на два часа, до самого ужина. А после ужина каждый курсант мог ещё заниматься индивидуальной подготовкой. Я был этому только рад и даже специально загонял себя, чтобы в голову не лезли всякие лишние мысли. Зато, когда приходил поздно вечером в общежитие, то стоило мне сложить голову на подушку, как тут же засыпал. Наверное, поэтому две недели обучения пролетели так быстро. За это время я в полном объёме овладел практически всеми навыками телохранителя. Изучил массу нюансов и особенностей в его работе. Надо сказать, чтобы стать телохранителем особенного таланта не требуется. Важно иметь желание и упорно тренироваться. Оттачивать навыки до рефлекторного уровня. Опытный телохранитель действует на рефлексах. Как в бою. На церемонии выпуска начальник Центра сказал нам на прощание:
- Я желаю, чтобы знания, полученные здесь, не пригодились вам в работе.
- Ну, что? Может быть, вернёшься? – спросил меня Павел, провожая до электрички. – Будем работать вместе.
- Нет, Паша. Ты не обижайся, но мне работа инструктора не нравится.
- Ну, что же, - пожал плечами Павел. – Каждому своё! Ты, когда будешь в Москве – заезжай к нам. Не забывай – здесь у тебя друзья.
Глава 11 по ссылке https://dzen.ru/a/aPDM9-brT3eTOmc6