— Алиночка, курица сухая, — Тамара Сергеевна отодвинула тарелку. — Я же говорила — мариновать в кефире.
— Мам, попробуй сначала, — Игорь отрезал кусок. — Нет, правда сухая. Алин, таймер ставила?
Три месяца назад он просил добавки.
— А помнишь, Игорёк, как я готовила? — Тамара Сергеевна погладила сына по руке. — Ты две порции съедал.
Кристина, сестра Игоря, усмехнулась. Работала в турагентстве, приезжала на обеды с одним выражением лица — снисходительным.
— Алине некогда готовить. Целый день документы перекладывает.
Игорь рассмеялся.
Я посмотрела на него. Полгода назад он держал меня за руку, шептал, что я лучшее, что случилось в его жизни.
Год назад Игорь встречал меня после работы. Покупал каштаны у уличных торговцев, целовал в висок, говорил: «У тебя талант создавать уют из ничего».
Свадьба была скромная. Тамара Сергеевна обнимала меня у ЗАГСа: «Наконец-то у Игорька хорошая жена!»
Я мечтала о настоящей семье. После развода родителей дом превратился в поле боя. Они орали так, что соседи стучали по батареям. Тогда я решила — у меня будет по-другому.
Через месяц после свадьбы Игорь пришёл злой.
— Опять сериал? Тебе правда нечем заняться?
— Устала, хочу отдохнуть.
— Устала? Я три часа на ногах простоял.
Воскресные обеды у Тамары Сергеевны стали обязательными.
— Салат пересолен, — Кристина морщилась. — Алина, ты пробуешь, что готовишь?
— Это рецепт моей бабушки.
— Твоей бабушки? — Игорь закатил глаза. — Нормальные люди кладут меньше соли.
Мама иногда приходила на обеды. Однажды не выдержала:
— Игорь, Алина три часа на кухне провела!
— Валентина Фёдоровна, может, стоило научить дочь готовить, прежде чем замуж выдавать?
Мама побледнела. Сжала салфетку в кулаке.
Через неделю приехала сестра Софья.
— Алин, что с тобой? — застала меня на кухне в слезах.
— Лук режу.
— Какой лук? Ты плачешь.
— Всё хорошо.
— Он тебя унижает! При всех!
— Игорь устаёт. А свекровь привыкла, что сын идеальный.
— И что? Это даёт им право?
— Соня, не лезь.
Вечером пришёл Максим, друг Игоря, с женой.
— Это пельмени из магазина? — Игорь поднял один вилкой. — Макс, извини, жена решила не напрягаться.
— Нормально же, — Максим неловко улыбнулся.
— Она целый день дома сидит! Целый день! И пельмени слепить не может!
— Я работала до семи.
— Работала? — Игорь расхохотался. — Макс, она бумажки перекладывает! Это, видите ли, работа!
— Может, хватит? — жена Максима смотрела с неодобрением.
— О, феминистки!
Максим поёжился. Ужин продолжился в тишине.
Неделю спустя позвонила маме.
— Мам, я больше не могу!
— Доченька, все мужья такие. Привыкнешь.
— Он называет меня тупой при его матери!
— Алин, у тебя крыша над головой, муж работает...
— Я сама зарабатываю! Через месяц повышение!
— Но он больше получает. Научись лучше готовить, следи за собой.
Я отключилась.
Финал случился на дне рождения Тамары Сергеевны. Я испекла медовик — четыре часа возилась с коржами.
— Мам, это из магазина, — Игорь ткнул вилкой в торт.
— Я пекла сама! Четыре часа!
— Четыре часа? — Кристина присоединилась. — На что ушло столько времени?
— Алиночка, я могу дать свои рецепты, — Тамара Сергеевна улыбалась мягко, но в глазах читалось торжество.
— Да бросьте! — Игорь махнул рукой. — Она безнадёжна! Ни готовить, ни убираться не умеет!
— Хватит, — я встала. — Ухожу.
— Куда? — Игорь усмехнулся. — К мамочке плакаться?
— От тебя. Навсегда.
— Как страшно! — Игорь изобразил ужас. — И что будешь делать? Жить на копеечную зарплату? Счета не оплатишь! Будешь угол снимать? А когда заболеешь — кто лечить будет? Подружки? Так их нет. Ты без меня — никто. Серая мышь, которую никто не замечает.
Тамара Сергеевна кивала. Кристина смотрела с удовольствием.
Два часа спустя Игорь вернулся домой. Открытые коробки, пустые вешалки. Я стояла у шкафа, складывала блузки в чемодан.
— Сбегаешь? Проще свалить, чем разбираться.
Я молчала. Продолжала складывать.
— Молчи, молчи.
Собрала вещи за час. Игорь сидел в зале с банкой пива.
— Ты думаешь, справишься? — кричал он. — Да ты ничего не сможешь! Коммуналка, аренда — в цифрах не разбираешься! Твоя работа — копейки!
Я молча выкатила чемодан.
— Беги к мамочке! Через неделю приползёшь!
Дверь закрылась. На площадке остановилась, прислонилась к стене.
Внутри — лёгкость. Как будто сняла тяжёлый рюкзак.
Через неделю Игорь позвонил.
— Алина? Аренда горит. Скидывайся. Двадцать пять тысяч твоя доля.
— Нет.
Короткие гудки.
Прошло три месяца. Сняла комнату, зарплата 52 тысячи, коммуналка 4, аренда 18. Оставалось 30. Получила повышение, записалась на курсы английского.
На работе познакомилась с Виктором. Преподавал в университете, консультировал компанию по налогам. Высокий, седоватый, в очках. Говорил тихо, каждое слово имело вес.
— Вы интересно рассуждаете об экономике, — сказал он после совещания.
— Правда? — я удивилась.
— Абсолютно. Может, продолжим за кофе?
Встречались два месяца. Потом он попросил познакомить с семьёй. Пригласила маму. Виктор принёс цветы, говорил об искусстве, слушал её истории о библиотеке.
— Алиночка, он замечательный, — шепнула мама на кухне.
Однажды столкнулись с Кристиной в торговом центре.
— Алина! — она обняла меня. — Как дела?
— Хорошо, — я представила Виктора. — Это Кристина, сестра бывшего мужа.
— Очень приятно, — Виктор пожал ей руку.
Кристина смотрела с интересом.
— А вы... вместе?
— Да, — Виктор улыбнулся, обнял меня за плечи.
— Как здорово! — Кристина засияла. — Алин, давай созвонимся? Мне так не хватало общения с тобой!
Та самая Кристина?
Неделю спустя позвонила:
— Алина, мама хочет пригласить вас на обед. Тебя и Виктора.
— Тамара Сергеевна?
— Да. Сказала, что скучает.
Согласилась из любопытства. Тамара Сергеевна встретила тортом и объятиями.
— Алиночка! Как рада! Ты похорошела!
За столом расспрашивала Виктора о работе, кивала, улыбалась. Потом повернулась ко мне:
— Алина, я так жалею о том, что было. Мы с Игорем вели себя ужасно.
Я молчала.
— Прости меня. Я боялась потерять сына. А в итоге потеряла прекрасную невестку.
Игорь сидел в съёмной квартире среди коробок от еды. Телефон молчал третий день. В руках — постановление о разводе. До зарплаты — неделя, денег 800 рублей.
Набрал номер матери.
— Мам, можно к тебе на обед?
— Игорёк, у нас сегодня гости. Алина со своим мужем приезжают.
— Что?
— Виктор — профессор! Интеллигентный! А Алина просто цветёт рядом с ним!
— Мам!
— Игорёк, она теперь не твоя жена. А готовит, оказывается, изумительно!
Позвонил Кристине.
— Ты знала?
— Об Алине? Конечно! Мы теперь по магазинам ходим. Она классная! А Виктор — душка!
— Ты её терпеть не могла!
— Это ты её не мог терпеть. А мы тебя поддерживали. Она оказалась потрясающим человеком.
Игорь открыл соцсети. Моя фотография с Виктором. Подпись: «Спасибо за второй шанс».
Лайки от матери, сестры, Максима.
Комментарий Тамары Сергеевны: «Какая красивая пара!»
От Кристины: «Счастья вам!»
От Максима: «Рад за тебя!»
Игорь швырнул телефон. На столе — остывшая лапша. В холодильнике — три банки пива, засохшая колбаса. Посуда громоздилась в раковине.
Зазвонил телефон. Незнакомый номер.
— Игорь Викторович? Это Виктор, муж Алины. Хотел поблагодарить.
— За что? — голос хриплый.
— За то, что отпустили такую женщину. Я тридцать лет искал такую — умную, талантливую, красивую. А вы её просто выбросили. Спасибо.
Гудки.
Игорь сидел неподвижно. Стемнело. Совершенно один.
Я сидела на кухне с Виктором. Он резал овощи для салата.
— Странно было видеть их сегодня?
— Сначала да. Потом просто смешно.
— Они искренне жалеют.
— Возможно.
Виктор поставил чайник.
— А ты жалеешь?
— О разводе? Ни секунды.
Он обнял меня. В окне отражались наши силуэты. Чайник закипел.