Игорь появился в жизни Вики полгода назад. На той самой скамейке в парке, где она сидела с книгой. Подсел, улыбнулся, спросил, что читает. Потом — кофе, прогулки, букеты. Щедрые такие букеты, дорогие.
Он умел ухаживать. Умел говорить правильные вещи. И Вика растаяла. Как девчонка.
После развода она жила в съёмной однушке на окраине. Библиотекарская зарплата — не густо. Но ей хватало. Она привыкла к тишине. К одиночеству. Хотя иногда по вечерам накатывало: неужели так и буду жить одна?
А тут — Игорь. И вот это его: «Я тебя в ресторан поведу». «Я тебе платье куплю». «Я позабочусь».
Только вот со временем в его словах появилось что-то другое. Колючее.
— Ты бы причёску сменила, — бросил однажды. — А то какая-то провинциальная.
Вика сжалась. Но промолчала.
— Ну что ты в этой библиотеке сидишь? — говорил он за ужином. — Копейки получаешь. Лучше бы дома сидела, борщи варила.
Она смеялась неловко. Оправдывалась. Думала: ну, мужчины такие. Им нужно чувствовать себя главными.
А потом был тот вечер.
Ресторан. Игорь заказал дорогое вино, небрежно так махнул официанту. Потом посмотрел на Вику. И улыбнулся. Как-то свысока.
— Слушай, ну ты же понимаешь, что нам надо съезжаться? — начал он. — Я не могу вечно к тебе на окраину мотаться.
Вика кивнула. Сердце застучало.
— Переедешь ко мне, — сказал Игорь. — У меня квартира приличная. Трёшка в центре.
Она хотела обрадоваться. Но что-то внутри насторожилось.
— А у тебя, — он хмыкнул, — у тебя даже квартиры своей нет!
Сказал это с такой снисходительной улыбочкой, что Вика замерла.
Официант принёс вино. Игорь поднял бокал. А она смотрела на него. И вдруг увидела человека, который считает её нищенкой. Которому приятно чувствовать своё превосходство.
— Ты что, обиделась? — спросил он. — Я же не со зла. Факт же просто.
Вика молчала. Внутри всё переворачивалось.
После того вечера что-то сломалось. Вика не могла понять, что именно произошло внутри неё. Просыпалась среди ночи, прокручивала в голове его слова. «Даже квартиры своей нет». Даже. Как будто она — недочеловек какой-то.
Игорь звонил, как ни в чём не бывало. Приглашал на ужин. Присылал смайлики. А она отвечала односложно. Холодно. И чувствовала, как он начинает нервничать.
— Ты чего такая? — спросил он в следующую встречу. — Обиделась на что-то?
Вика пожала плечами. Не знала, как объяснить.
— Да ладно тебе, — махнул он рукой. — Я же пошутил тогда. У тебя что, чувства юмора нет?
Чувства юмора.
Она смотрела на него и думала: а был ли он когда-нибудь другим? Или она просто не хотела видеть?
Татьяна — подруга ещё со школы — сразу просекла.
— Брось ты его, — сказала за чаем. — Видела я таких. Сначала осыпают подарками, а потом начинают гнуть. Чтобы ты чувствовала себя обязанной. Чтобы знала своё место.
— Но он же не плохой, — пыталась возразить Вика. — Просто не подумал.
— Да ну? — Татьяна прищурилась. — А скажи, он хоть раз спросил, как у тебя дела? Что ты чувствуешь? Или всё время о себе?
Вика открыла рот. И закрыла. Потому что — правда. Игорь говорил много. О своей работе, о своих проблемах, о том, какой он молодец. А она слушала. Кивала. Поддерживала.
— Да и вообще, — добавила Татьяна, помешивая чай, — я слышала кое-что про твоего Игоря.
— Что?
— Квартира у него — не его.
Вика моргнула.
— Как это?
— А вот так. Бывшая жена оставила ему. Та самая, что в Европу уехала лет пять назад. Квартиру оформила на него, чтобы продавать не пришлось, а сама там живёт. И знаешь что? Она ему и деньгами помогает. Регулярно переводит.
— Откуда ты...
— Да знакомые общие рассказали. Сам проболтался кому-то за рюмкой.
Вика сидела и молча смотрела в чашку.
Значит, вот как. Он — в чужой квартире. На чужой милости. И ещё смеет её попрекать бедностью?
В следующий раз, когда Игорь снова начал — про её «скромные возможности», про то, что «надо бы тебе подработку найти», — Вика не стала молчать.
— А ты в своей квартире живёшь? — спросила она тихо.
Он опешил.
— Что?
— Та трёшка в центре. Она твоя?
Лицо его дёрнулось. Покраснело.
— При чём тут...
— Просто интересно, — продолжала она всё тем же спокойным тоном. — Ты мне про мою съёмную говоришь. А сам где живёшь? На своей жилплощади или на чужой?
— Откуда ты, — Игорь сглотнул. — Кто тебе сказал?!
— Неважно.
Он вскочил. Нервно прошёлся по комнате. Потом резко обернулся:
— Это всё не так! Квартира моя! Просто временно на жене оформлена была. Формальность!
Она встала. Взяла сумку.
— Знаешь, Игорь, я думала, что с тобой мне будет легче. Что я перестану чувствовать себя одинокой. А получилось наоборот. С тобой я чувствую себя ещё хуже. Потому что ты постоянно напоминаешь мне, что я — недостаточно хороша для тебя.
— Вика, постой.
— Нет, — сказала она. — Я, знаешь, устала. Устала доказывать.
Она пошла к двери. Игорь кинулся следом:
— Ты всё неправильно поняла! Я же не хотел.
— Хотел, — обернулась Вика. — Ты хотел чувствовать себя выше. Лучше. Успешнее. За мой счёт. А я — дура — позволяла.
Дверь захлопнулась.
И Вика вышла на улицу.
Она шла по вечернему городу. И плакала. От обиды.
Две недели Игорь не звонил. Вика ждала — и боялась, что позвонит, и боялась, что нет.
Она ходила на работу в библиотеку, раскладывала книги, улыбалась читателям. А по вечерам сидела у окна с чаем и думала: может, зря? Может, надо было помягче? Может, он правда не хотел обидеть?
Татьяна только фыркала:
— Опомнись! Он тебя унижал. Методично. Системно. А ты ему ещё оправдания ищешь.
Вика молчала. Потому что Татьяна была права. Но страшно же остаться одной. Навсегда.
А потом пришло сообщение.
«Вика, я всё обдумал. Давай встретимся. У Олега день рождения в субботу, приглашает нас обоих. Приходи, пожалуйста. Поговорим».
Олег — общий знакомый. Хороший человек. Шумные такие застолья у него, весёлые. Вика засомневалась. С одной стороны — неловко будет. С другой — а что, прятаться теперь? Забиться в угол и сидеть?
— Иди, — посоветовала Татьяна. — Покажи ему, что ты — не сломленная. Что живёшь дальше.
И Вика пошла.
Суббота. Квартира Олега полна народу. Музыка, смех, накрытый стол. Игорь уже там. Стоит с бокалом, разговаривает с какими-то людьми. Увидел Вику — лицо дрогнуло. Кивнул неуверенно.
Она кивнула в ответ. Прошла к столу. Села рядом с Татьяной.
— Молодец, — шепнула подруга. — Держишься.
Вика улыбнулась криво. Держусь.
Игорь подсел через полчаса. Когда уже все расслабились, выпили, заговорили громче.
— Привет, — сказал он тихо.
— Привет.
— Ты хорошо выглядишь.
— Спасибо.
Пауза. Неловкая. Тягучая.
— Вика, я хотел, — начал он. — Мне жаль. Правда. Я не должен был так говорить. Про квартиру. Это вышло случайно.
— Игорь, ничего не бывает случайно, — Вика посмотрела ему в глаза. — Ты всё время говорил такие вещи. Про мою причёску. Про работу. Про то, что у меня мало денег. Ты не случайно это делал. Ты хотел, чтобы я чувствовала себя благодарной. За то, что ты вообще со мной.
— Это неправда!
— Правда, — она вздохнула. — Но знаешь что? Я тебе даже спасибо скажу. Потому что ты мне глаза открыл.
Игорь хотел что-то ответить, но тут к столу подсел Олег — именинник, красный, весёлый:
— Ну что, голубки, помирились? А то я волновался — вдруг скандал устроите!
— Всё нормально, — натянуто улыбнулся Игорь.
— Вот и отлично! — Олег хлопнул его по плечу. — А я вот смотрю на вас и думаю: красивая пара! Игорь —успешный, Вика — интеллигентная, начитанная.
— Ага, — вдруг вставил кто-то из гостей, подвыпивший мужчина в клетчатой рубашке. — Только у неё квартиры нет!
Засмеялся. Игорь дёрнулся. Вика застыла.
— Что? — не понял именинник.
— Да Игорь рассказывал, — продолжал мужчина, не замечая повисшей тишины. — Что Вика в съёмной живёт. Мол, ему неудобно туда ездить в клоповник.
— Замолчи, Серёга, — процедил Игорь.
Но было поздно. Все притихли. Уставились на них.
А Игорь — то ли от выпитого, то ли от нервов — вдруг ляпнул:
— Ну а что такого?! Факт же! Вика у нас без квартиры!
Сказал и засмеялся. Нервно так. Фальшиво.
И тут Вика почувствовала. Как внутри что-то поднимается.
Она медленно встала. Все смотрели на неё.
— Да, — сказала она громко. — Без квартиры. В съёмной живу. На библиотекарскую зарплату. Зато я не живу за счёт бывшей жены.
Лицо Игоря стало свекольным. Он открывал рот. Закрывал. Похож был на рыбу, выброшенную на берег.
— Так что давай не будем, Игорь, — Вика взяла сумку. — Не будем обсуждать, у кого что есть. У меня съёмная — но моя. Я за неё плачу. Сама. И никому ничего не должна.
Она обвела взглядом гостей. Кто-то смотрел в пол. Кто-то — с нескрываемым интересом. Татьяна сияла, как новогодняя ёлка.
— Спасибо за вечер, Олег, — Вика повернулась к имениннику. — Извини, что так вышло.
И пошла к выходу.
За спиной взорвался гул голосов. Кто-то охнул. Кто-то присвистнул. А Игорь сидел — красный, растерянный, опустошённый.
Вика вышла на лестничную площадку. Закрыла за собой дверь.
Прошёл месяц.
Вика переехала. Нашла квартиру получше — на том же районе, но светлее. Окна на парк выходили. По утрам просыпалась от птиц, а не от грохота мусоровозки. Мелочь, казалось бы. А как меняло всё.
Устроилась работать в библиотеку при культурном центре. Там зарплата чуть повыше, да и люди интересные. Проводили вечера поэзии, встречи с писателями. Вика даже сама раз выступила — почитала любимые стихи Ахматовой. Руки дрожали, голос срывался. Но — прочла. И зал аплодировал.
Татьяна приходила по субботам. Пили чай на маленькой кухне, болтали о всякой ерунде. О книгах. О новом соседе, который здоровается в лифте.
— Игорь звонил? — спросила как-то подруга.
— Раз пять, — усмехнулась Вика. — Писал. Извинялся. Предлагал встретиться.
— И?
— И ничего. Поблагодарила за опыт. Пожелала счастья.
— Серьёзно?
Вика пожала плечами:
— А что мне с ним делать? Опять слушать, какая я неправильная?
Татьяна молчала. Потом встала. Обняла.
— Я тобой горжусь, дура, — прохрипела.
Вика засмеялась. Всхлипнула. Обняла в ответ.
А вечером, когда Татьяна ушла, она села у окна.
И подумала: вот оно — счастье.
И этого было пока вполне достаточно.
Друзья, не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые публикации!
Рекомендую почитать еще: