— Алексей Викторович, вы меня слышите? — Анфиса размахивала тряпкой для пола прямо перед носом у мужа, который делал вид, что зачитался газетой.
— Слышу, душа моя, слышу. Только зачем так кричать?
— Затем, что ты притворяешься глухим всякий раз, когда речь заходит о твоих многочисленных родственниках! Сколько можно? Сначала сестра твоя приперлась с тремя чемоданами, позавчера двоюродный брат Колька с женой и тремя детьми нагрянули «на денёк»!
Алексей отложил газету и виновато посмотрел на жену. Анфиса стояла посреди кухни, лицо красное от возмущения, волосы растрепались — явно не первый час она убирала после вчерашних гостей.
— Анфиса, ну как я могу отказать родной сестре? Она же переезжает в Москву, ей негде было остановиться на пару дней.
— Пару дней превратились в две недели! — Анфиса хлопнула тряпкой по столу. — А до этого твой дядя Саша с женой месяц у нас жил, пока дачу строили. Лёша! Я свою родню сюда не таскаю караванами!
— Так у тебя вся родня в Саратове, далеко...
— И слава небу! — перебила его Анфиса. — Знаешь, что я тебе скажу? Всё. Хватит. Нет, Лёша, и ноги твоей родни в моей квартире больше не будет!
Она развернулась и ушла в спальню, громко хлопнув дверью. Алексей остался сидеть на кухне, понимая, что на этот раз жена не шутит.
Несколько дней в квартире царило напряжённое затишье. Анфиса общалась с мужем исключительно по необходимости, а он старался не попадаться ей на глаза лишний раз.
На третий день раздался звонок в дверь. Открыла Анфиса.
— Лёша! — на пороге стоял мужчина лет пятидесяти с огромным рюкзаком за плечами. — Какие люди! Я же звонил, говорил, что приеду! Пустишь погостить недельку?
Анфиса похолодела. Это был Гена, дальний родственник мужа, с которым они виделись последний раз лет семь назад на чьей-то свадьбе.
— Лёша! — позвала она мужа таким тоном, что тот мигом вылетел из комнаты.
Увидев Гену, Алексей замялся. Взгляд жены просто жёг его насквозь.
— Геннадий? Ты... ты звонил?
— Ну да, вчера. Ты сам сказал — приезжай, места много, — Гена уже стаскивал с плеч рюкзак.
Анфиса медленно повернулась к мужу.
— Алексей Викторович, минуточку внимания. На кухне.
Она взяла его за рукав и буквально затащила в кухню, закрыв дверь.
— Я же говорила...
— Анфисочка, миленькая, — Алексей заговорщически понизил голос. — Это Гена. Помнишь, он же мастер по всем ремонтным делам! Руки золотые! Помнишь, у нас на балконе рама провисла, и дверца в шкафу отваливается? Он всё починит, а мы его недельку покормим. Выгодный обмен, правда?
Анфиса хотела возразить, но Алексей уже открыл дверь.
— Гена, проходи, располагайся! Диван в зале — твой!
Через час выяснилось, что Гена приехал не просто погостить. Он разводился, съехал от жены и искал временное жильё, пока не найдёт комнату в общежитии.
— Так что недельки может и не хватить, — сообщил он. — Но я вас не стесню! Я человек непритязательный!
На следующий день приехала золовка Света со своим женихом Вадимом. Оказалось, квартира, которую они снимали, оказалась с тараканами, и им срочно нужно было где-то переждать, пока найдут новое жильё.
— Ну неделю-две максимум, — пообещала Света, уже раскладывая свои вещи в спальне. — Лёша, ты ведь не против?
Алексей боялся взглянуть на Анфису. Та стояла у окна и молча смотрела на улицу. Её молчание было страшнее любого крика.
— Конечно, не против, — выдавил он. — Располагайтесь.
К вечеру приехал его двоюродный племянник Артём — студент, которого отчислили из общежития за задолженность по оплате.
— Дядь Лёш, ну недели три-четыре, пока предки деньги не вышлют! — канючил он. — Не на улице же спать!
— Ладно, — обречённо выдохнул Алексей.
Анфиса даже не стала ничего говорить. Она просто взяла сумку, положила туда сменную одежду и направилась к выходу.
— Анфиса, ты куда?
— К подруге. Надолго. Так что принимай гостей сам, раз такой гостеприимный.
Дверь закрылась. Алексей остался в квартире с четырьмя внезапными постояльцами и пониманием того, что загнал себя в угол.
Первые два дня он пытался держаться бодро. Готовил завтраки, покупал продукты, улыбался. Но реальность оказалась суровее.
Гена, вместо того чтобы чинить балконную раму, целыми днями лежал на диване и смотрел сериалы, периодически жалуясь на жизнь.
— Лёха, а чего у тебя пиво кончилось? Сгоняй купи, а?
Света и Вадим ссорились каждый вечер, причём так громко, что соседи уже стучали в стену. Утром они мирились, но к вечеру всё начиналось заново.
— Вадик, я же говорила, не надо было брать эту квартиру!
— А я что говорил? Но ты не слушала!
Артём оказался тем ещё жильцом. Он спал до полудня, потом играл в компьютерные игры до глубокой ночи, распугивая всех криками «Эй, прикрой меня!» и «Да куда ты прёшь, д..рак!». Посуду не мыл принципиально — «Я же гость, дядь Лёш».
На третий день Алексей обнаружил, что закончились все продукты — причём не только те, что он купил вчера, но и стратегические запасы Анфисы: закрутки, домашние заготовки, даже замороженное мясо.
— Гена, ты съел три банки варенья?
— А что, нельзя было? Ты же не сказал, — удивлённо ответил тот, не отрываясь от телевизора.
— Света, это ты взяла последнюю пачку кофе?
— Лёш, ну ты же не жадный? Мы привыкли по утрам кофе пить!
На четвёртый день сломался кран в ванной. Гена пообещал починить, но так и не нашёл времени. Вода лилась непрерывно, счётчик наматывал показания, а Алексей в панике вызвал сантехника, отдав за срочный вызов половину зарплаты.
На пятый день Света устроила небольшую вечеринку — «просто несколько подруг позвала». Несколько подруг превратились в двенадцать человек, которые сидели до четырёх утра, распевая под гитару песни.
На шестой день Артём сообщил, что родня денег так и не прислала, поэтому он побудет ещё месяц-другой.
— Да ты не переживай, дядь Лёш, я найду подработку! Правда, не сейчас.
На седьмой день Алексей не выдержал. Он встал в шесть утра, обошёл квартиру: Гена храпел на диване, раскинувшись звездой. Света с Вадимом заняли всю спальню, а Артём спал на полу в зале среди пустых пакетов из-под чипсов и банок с энергетиком.
Алексей тихо оделся, взял телефон и вышел на лестничную площадку. Набрал номер Анфисы.
— Анфиса...
— Что? — голос был холодным, но хотя бы она ответила.
— Прости. Ты была права. Абсолютно. Полностью. На все сто процентов права.
— Это всё, что ты хотел сказать?
— Нет. Я хотел сказать, что больше не могу. Меня съедают. Они всё съели, всё израсходовали, квартира превратилась в проходной двор, я не высыпаюсь, не могу работать, я... я схожу с ума!
В трубке раздался смешок.
— И что ты хочешь, Алексей Викторович?
— Помоги мне их выселить. Я сам не справлюсь. Ты же знаешь, я не умею отказывать...
— Ага, знаю. Поэтому мы и оказались в такой ситуации.
— Анфиса, ну пожалуйста! Я больше никого не пущу, клянусь! Даже если мама сама приедет, скажу, что места нет!
Анфиса помолчала.
— Хорошо. Вечером приеду.
Алексей даже подпрыгнул от радости. Надежда появилась!
Вечером Анфиса действительно явилась. Она окинула квартиру оценивающим взглядом — горы посуды, разбросанные вещи, пустые пакеты и банки. Её губы сжались в тонкую линию.
— Так, — сказала она громко. — Семейный совет. Все на кухню.
Через пять минут вся компания, зевая и почесываясь, собралась на кухне. Анфиса стояла, скрестив руки перед собой.
— Итак, дорогие родственники и гости. Послушайте внимательно, потому что говорить буду один раз. У нас с Лёшей случилась беда.
— Какая беда? — встрепенулся Гена.
— Финансовая. У мужа сокращение на работе. Через неделю он без зарплаты. Кредит висит за квартиру, причём такой, что если не заплатим до конца месяца, выселят нас самих. Так что мне очень жаль, но всем придётся съезжать. Завтра. Максимум послезавтра.
Наступила тишина. Алексей смотрел на жену с восхищением — она говорила с таким убедительным драматизмом, что он сам едва не поверил.
— Да ладно, Лёш, неужели совсем так плохо? — протянул Артём.
— Плохо, — кивнул Алексей, подхватывая игру. — Очень плохо. Мы сами не знаем, что делать.
— А банк уже судиться грозится, — добавила Анфиса. — Представляете, могут даже к родственникам с вопросами прийти, если что. Обычно так делают — всех проживающих по адресу проверяют.
При слове «судиться» все как-то нервно заёрзали.
— Ну, в таком случае...— начал Гена. — Я, конечно, понимаю, но мне тут действительно надо комнату искать поактивнее. Может, завтра с утра и уеду.
— Да и нам надо съезжать, — подхватила Света. — Мы уже нашли вариант, просто хотели ещё денёк-два тут побыть, но раз так...
— Дядь Лёш, ты извини, но мне домой лучше вернуться, — сообщил Артём. — Там всё-таки попроще как-то.
К вечеру следующего дня квартира опустела. Последним уехал Гена, прихватив с собой «на дорожку» остатки сыра и колбасы.
— Лёш, ты уж не обижайся, но в таких обстоятельствах каждый за себя, — сказал он, похлопав Алексея по плечу.
Когда дверь за последним гостем закрылась, Анфиса прислонилась к ней и облегчённо выдохнула.
— Всё, отмучились.
Алексей подошёл и обнял её.
— Ты гений.
— Я просто знаю твою родню, — усмехнулась Анфиса. — Стоило упомянуть деньги и проблемы — и все как ветром сдуло. Альтруизм закончился на первом же намёке на то, что и от них могут чего-то требовать.
Они стояли посреди разгромленной квартиры, и Алексей понимал, что теперь им предстоит минимум неделя генеральной уборки. Но зато — вдвоём. И больше никаких незваных гостей.