Шофёр Чумаев
В вечернем воздухе уже не вилась мошкара. Наступала осень. По лесной свеже проложенной дороге грохотал трактор. Плотный настил из срубленных ёлок проминался под массивными гусеницами и из глубоких следов с чавканьем поступала коричневая болотная вода. Временами по обочинам дороги с резким воем взлетали фонтаны грязи, лохмотья вырванных корневищ и комки мха. Со свистом разлетались осколки.
Шофёр Чумаев в который раз доставлял под артиллерийским обстрелом противника боеприпасы на огневые позиции. Он мог уже с закрытыми глазами провести могучий, немного медлительный от тяжелого груза, трактор по всем извилинам лесной дороги, туда, где пряталась его батарея.
Вот трактор, вынырнув из леса, ступил на каменистую гряду, которая совсем неожиданно появилась из болотных глубин. Здесь было открытое место, и красноармеец Чумаев прибавил газа, чтобы поскорее проскочить и вступить опять под защиту деревьев. Он озабоченно оглядывался на длинные неподвижные ящики, которыми была нагружена его машина, и с силой орудовал рычагами, обходя красноватые гранитные валуны. С его лица, несмотря на пронзительную сентябрьскую погоду, стекал пот.
Уже будучи у цели, Чумаев внезапно остановил трактор. Из-за раскидистых широколапых елей со звоном вылетели три штурмовых самолета. Чёрные кресты на крыльях и свастика, на хвосте!
Чумаев соображал мгновенно. Продолжать путь - это значит выдать расположение батареи. Съехать с дороги к деревьям - это утонуть в трясине. Значит нужно оставаться на месте! И он хладнокровно лёг около трактора, подле его забрызганных грязью и оплетенных травой гусениц. Он слышал треск вражеских пулеметов, он чувствовал резкую боль в своем теле, но продолжал оставаться на месте. Он напряженно следил только за одним, чтобы не вспыхнули в тракторе синеватые язычки огня. Это его больше всего тревожило. И это случилось. Самолёты зашли на цель в третий раз. Свистящая очередь зажигательных пуль ударила по мотору. Вспыхнуло пламя. Чумаев, не раздумывая, вскочил. Он тотчас застонал, выругался и, хромая, засуетился у мотора. Он схватил брезент и, не обращая внимания на летающего врага, принялся гасить пламя. К счастью, фашистские летчики, заметив на машине огонь, улетели, удовлетворенные своим налётом.
Чумаев потушил пожар. Он нашел в себе силы привести в порядок трактор. Боеприпасы были целы, и шофер, как ни в чем не бывало, привез их на батарею. Артиллеристы в пылу боя не заметили, что их шофёр ранен. На ходу они поблагодарили его добрым словом и радостной улыбкой и опять принялись за стрельбу. А он смолчал. И только санитары спустя некоторое время заметили, что Чумаев совсем ослабел. Они доставили его на медицинский пункт, и там на теле шофёра обнаружили восемь ранений.
Санитар Левачев
По камням ползти очень трудно. Колени бьются об острые выступы. Рвётся материя, ранится тело. Руки тоже натыкаются на предательские острия. Нажим - и кожа сдирается с локтей. Очень плохо также ползти и по болотам. Мутная ржавая жижа в земляных впадинах проникает к телу даже сквозь шинель. Но ползти нужно. Ждут раненые. И санитар Левачев ползет. Он застывает на мгновенье, когда сбоку или прямо перед глазами вспыхивают чёрные облачка снарядных разрывов. Лицо его прижимается к гнилой земле. Затем он ползёт дальше. Пули не пугают его. Он слишком плотно приник к болоту и они пролетают над ним, не задевая.
Левачев, наконец, видит раненого. Тот беспомощно лежит у кустов. Еще несколько движений, и Левачев подползает к ногам бойца. Одна из них обмотана обрывком бинта и носовым платком. Левачев принимается за работу. Он дает раненому пить. Накладывает чистую повязку. Успокаивает бойца, поглаживая его по щеке шероховатой, натертой о камни ладонью.
- Ничего, ничего. Всё будет отлично,- говорит он, и потом быстро оглядывает снаряжение бойца.
Тот лежит, прикрывая телом ручной пулемет.
- Это у тебя всё? - спрашивает Левачев, показывая глазами на оружие. - Ничего не забыл?
Раненый понимает и кивает на кусты:
- Там... диски..., не успел, товарищ... не смог,- шепчет он.
Левачев ползет и раздвигает кусты. Пулеметные диски лежат в окопчике, там же валяется и каска раненого и его ранец. Левачев ползет. Глухо щелкают финские автоматы. Пули сбивают с гребня окопчика несколько комков грязи. Левачев добирается до дисков. Он захватывает с собой все. Выбирается из окопчика.
Они ползут теперь уже вместе. Санитар нагружен до отказа. Он волочит ранец, пулемёт, погромыхивают о камни каска и коробка с магазинами. Он выбирает для бойца дорогу поудобнее, помягче.
Через триста метров Левачев останавливается и говорит раненому, указывая на небольшую воронку.
- А ну-ка, отдохни. Здесь не так суматошно. А я сейчас. Там в ельнике стонет кто-то.
И он возвращается, чтобы спасти ещё одного раненого. И ещё, и ещё...
Только за три дня упорных боев санитар Левачев вынес под огнём с поля боя 18 человек, сохранив всё их оружие и снаряжение.
Красноармейская смётка
Разведывательная группа финнов прошла лесом к высоте Н. и, обойдя её, окопалась на вершине. Этот маневр заметили советские разведчики. Не теряя
времени, они решили перехитрить врага. Младший лейтенант Сахаров приказал выдвинуть к подножью горы один станковый пулемёт. Затем вместе с политруком Кивенко, замполитруком Матвеенко и двумя бойцами он зашел в тыл к финским разведчикам.
Они остановились у подножья небольшой сопки. Было очень тихо. День оказался на редкость безветренным. Недвижимо стояли ели и тонкоствольные невысокие сосны. Советские разведчики огдяделись и, рассыпавшись, цепью пошли к вершине. Младший лейтенант Сахаров хитро посмотрел на товарищей и скомандовал громко:
- Первый взвод справа! Второй взвод слева! Вперёд!
Финны, дав несколько выстрелов, стали поспешно спускаться с высоты.
Но и советские пулеметчики не дремали, они встретили врага хлесткими очередями. Оказавшись между двух огней, финны попрятались в окопы, открыв оглушительную трескотню из автоматов.
Младший лейтенант Сахаров оказался раненым. Тогда вперёд выдвинулся замполитрука Матвеенко и крикнул:
- Рота за мной, в атаку! Ура!
И пять храбрецов бросились в гору на противника.
Недолго была схватка в окопах. Финская разведка была полностью уничтожена.
Так боевая смётка советских воинов помогла нашим разведчикам в короткий срок разбить более сильного противника.
Вл. Курочкин
Карельский фронт. Красноармейская газета «В БОЙ ЗА РОДИНУ», №28 от 21 сентября 1941 года.
Подпишитесь 👍 — вдохновите нас на новые архивные поиски!
© РУДН ПОИСК
При копировании статьи, ставить ссылку на канал "Строки фронтовые"
Партнер проекта: Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО)