Всё хорошее, как известно, имеет свойство заканчиваться внезапно, словно кто-то обрывает тонкую нить счастья одним резким движением. Плохое же, напротив, тянется серой, вязкой лентой, затягивая в свои сети, не давая вырваться. Оно въедается в память, оставляя неизгладимый след, в то время как светлые моменты растворяются в потоке времени, оставляя лишь едва уловимые блики воспоминаний.
Две недели — такой короткий срок, но для Даши они растянулись в прекрасные дни радости и спокойствия. И вот теперь, когда она начала осознавать, что в её жизни наконец-то появилась настоящая подруга, судьба решила иначе.
Новость о срочном вызове в город застала всех врасплох. Рита, обычно такая веселая, но в тоже время собранная, теперь металась по комнате, собирая вещи. Даша стояла в стороне, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
В её душе разрасталась пустота, похожая на чёрную дыру, которая поглощала все светлые чувства и надежды. Она пыталась улыбаться, но губы дрожали, а в глазах стояли слёзы.
Уезжая, Рита всучила ей свою визитку, измятую, тёплую от её пальцев.
—Если что — звони в любое время. Я всегда на связи, — произнесла она, и эти слова повисли в воздухе, словно обещание, которое может и не сбыться.
Их прощание вышло скомканным, торопливым, пропитанным горечью внезапности. Рита стояла у своего видавшего виды автомобиля, багажник которого был забит сумками и пакетами. Её лицо выражало смесь вины и решимости:
— Дела редакционные, — криво улыбнулась она, и в этой улыбке читалась безмолвная просьба о понимании. — Не могу игнорировать начальство вечно. Но я вернусь, обязательно. Мне тут… спокойно.
Даша молча кивнула, хотя внутри у неё всё кричало от боли. В горле рос огромный колючий ком, который мешал дышать, а в груди разливалась пустота. Она понимала разумом, что жизнь Риты принадлежит шумному городу с его спешащими прохожими, мигающими светофорами и гулом трамваев. Но сердце отказывалось принимать эту истину.
За эти короткие, но такие насыщенные недели Даша по-настоящему привязалась к журналистке. Рита стала для неё не просто собеседницей — она стала тем человеком, с которым можно было просто пить чай в тишине, вести душевные беседы, смеяться над шутками, делиться сокровенными мыслями о будущем ребёнке.
Впервые в жизни у Даши появилась настоящая подруга. И теперь, когда она так отчаянно нуждалась в поддержке, судьба отнимала её, возвращая Риту к её городской жизни, редакционным делам и суете мегаполиса.
Даша стояла на крыльце, крепко сжимая в ладони маленькую визитку. Этот простой кусочек картона казался ей сейчас чем-то невероятно важным, словно крошечный портал в другой мир.
— Спасибо тебе за всё, — прошептала она, и её голос дрогнул от нахлынувших чувств. Слова давались с трудом, будто ком в горле мешал говорить.
Рита, стоящая перед ней, улыбнулась — той особенной, понимающей улыбкой, которая так полюбилась Даше за эти короткие дни. Она шагнула вперёд, обняла девушку крепко, по-настоящему, так, как умеют обнимать только друзья.
— Расти свою принцессу, — прошептала Рита ей на ухо. — И помни, что ты не одна.
Даша почувствовала, как слёзы вновь навернулись на глаза. Она кивнула, стараясь удержать их внутри, но они всё равно предательски покатились по щекам.
Машина Риты, недовольно фыркнув глушителем, медленно тронулась с места. За ней потянулось рыжее облако пыли, которое медленно рассеивалось в воздухе. Даша смотрела, как автомобиль, набирая скорость, исчезает за поворотом, за старой изгородью из покосившегося штакетника.
Двор снова погрузился в привычную деревенскую тишину. Тишину, которая теперь казалась оглушительной после звонкого смеха и разговоров последних дней. Только куры продолжали своё бестолковое кудахтанье у забора, словно ничего не произошло. Их хлопанье крыльями и возня в пыли разбавляли эту внезапную тишину.
Из распахнутой двери дома доносился приглушённый голос бабушки — спокойный, размеренный, такой родной. Он словно возвращал Дашу в привычную реальность, где каждый звук и шорох были знакомы до мелочей.
Даша медленно повернулась к дому. В её душе боролись противоречивые чувства: грусть от расставания и надежда, которую оставила Рита.
Надежда, что всё будет хорошо, что она справится, что у неё есть силы идти дальше.
Даша осторожно расправила визитку, разглядывая каждый изгиб, каждый залом на глянцевой поверхности. Чёрные буквы имени и фамилии Риты словно оживали под её внимательным взглядом. Телефонный номер, адрес электронной почты — всё это теперь имело особое значение. Не просто набор символов, а связь с человеком, который поверил в неё, который увидел в ней то, чего она сама в себе не замечала.
«Ты сильная», — прозвучали в памяти слова Риты. Эти простые слова, сказанные с такой искренней верой, перевернули всё внутри. Они были весомее всех насмешек и осуждений, которые Даша слышала раньше. Они были ценнее любого признания.
Несмотря на тяжесть в сердце и тоску по Рите, она знала — дела не ждут. Нужно было двигаться вперёд, и работа всегда помогала отвлечься от грустных мыслей.
Первым делом девушка взялась за уборку. В доме, где каждая вещь хранила тепло присутствия Риты, особенно остро чувствовалась её отсутствие. Даша методично протирала пыль с полок, где стояли книги и старые фотографии, старательно оттирая каждый уголок.
Она начала с кухни — вымыла окна, сквозь которые теперь по-новому заиграли солнечные лучи. Протёрла до блеска столешницу, расставила посуду в строгом порядке. Бабушкины чашки с голубым узором, которые так любила использовать Рита, заняли почётное место на полке.
Перейдя в зал, Даша взялась за вытирание пыли с бабушкиных вышивок. Её пальцы скользили по узорам, а мысли возвращались к последним дням с Ритой. Но девушка не позволяла себе долго тонуть в воспоминаниях — работа требовала внимания.
Когда дом засиял чистотой, Даша решила приготовить ужин. Она достала из погреба свежие овощи, выбрала самую большую курицу. В воздухе разлился аромат специй, когда она принялась готовить. Нарезая овощи, Даша вспоминала, как они с Ритой вместе готовили на этой кухне. Как смеялись, обсуждая разные истории, как делились секретами. Но сейчас эти воспоминания не причиняли боли — они придавали сил.
К вечеру на столе красовалась румяная курица, тушёные овощи, свежие пышки, дышащие жаром. Даша зажгла свечи, и кухня наполнилась мягким, уютным светом. Устроившись за столом, девушка положила руку на живот. Её малышка, словно чувствуя настроение мамы, начала тихонько толкаться. Даша улыбнулась — они справятся.
Вечером, когда первые звёзды начали загораться на небе, Даша легла в кровать. Её рука нежно гладила округлившийся живот, где тихо и мирно спал её ребёнок. Она ждала, затаив дыхание, и вот — маленькое тельце пошевелилось, отвечая на её прикосновение.
— У нас есть друг, — прошептала Даша в темноту, улыбаясь. — Настоящий друг. Пусть Рита далеко, но она с нами. Она верит в нас.
Эти слова согревали её сердце, наполняли душу теплом и надеждой. Мысли о Рите не давали ей уснуть. Она представляла, как подруга живёт в большом городе, работает в редакции, но при этом не забывает о ней. Как она верит в её силы, в её способность преодолеть все трудности.
В темноте комнаты Даша чувствовала, как внутри неё растёт уверенность. Рита показала ей, что она может быть сильной, что она достойна счастья. И теперь, с этой верой в сердце, она была готова встретить любые испытания, которые приготовила ей судьба.