Агата Игнатьевна Морозова, женщина с душой авантюристки и неиссякаемым запасом энергии, обожала две вещи: вязаные носки с оленями и запутанные детективные истории. Первое она производила в промышленных масштабах, второе – находила себе сама, с упорством бульдога, что никак не мешало ей считать себя тайным агентом на пенсии, который просто временно залёг на дно.
В этот раз судьба, в лице её лучшей подруги, Зинаиды Петровны, подкинула Агате Игнатьевне задачку, от которой у той загорелись глаза.
– Агатка, милая, беда! – Зинаида Петровна, дама с прической а-ля «взрыв на макаронной фабрике» и голосом, пробивающим даже стены, ворвалась в квартиру Агаты Игнатьевны, едва та успела довязать пятку очередного носка.
– Зин, ну что случилось? У тебя опять замок заело? – Агата Игнатьевна отложила спицы и внимательно посмотрела на подругу. Зинаида Петровна выглядела взбудораженной.
– Хуже, Агатка, гораздо хуже! У моей троюродной тетки, Клавы, украли бриллианты! Целое состояние!
Клава, полное имя Клавдия Ивановна, была дамой преклонных лет и весьма своеобразного характера. В молодости, по слухам, она крутила романы с дипломатами и контрабандистами, а сейчас доживала свой век в старинном особняке на окраине города, окруженная слугами и легендами о своем бурном прошлом.
– Бриллианты, говоришь? Интересно… – Агата Игнатьевна потерла руки, предвкушая увлекательное расследование. – А что там с полицией?
– Ой, Агатка, полиция эта твоя только плечами пожимает! Говорят, мол, сама старушка просклерозничала и забыла, куда их дела. А я точно знаю, что эти бриллианты для Клавы – святое! Она ими гордилась больше, чем собственной жизнью.
Агата Игнатьевна, недолго думая, решила взять дело в свои руки. Уже на следующее утро она, вооружившись своей верной сумкой-авоськой и лупой, отправилась в особняк Клавдии Ивановны.
Особняк, обнесенный кованой оградой, производил впечатление застывшего во времени памятника эпохе модерна. Тяжелые портьеры на окнах, скрипучие половицы, запах нафталина и старины – все здесь дышало историей.
Клавдия Ивановна, несмотря на преклонный возраст, держалась с достоинством королевы. Высокая, худая, с седыми волосами, собранными в строгий пучок, она восседала в кресле-качалке, словно на троне.
– Зинаида Петровна мне все рассказала, – сухо произнесла Клавдия Ивановна, едва Агата Игнатьевна переступила порог кабинета. – Я слышала о ваших… увлечениях. Не знаю, поможет ли это, но хуже уже точно не будет. Полиция – бестолковые люди.
Агата Игнатьевна внимательно осмотрела кабинет. Массивный письменный стол, книжный шкаф, забитый старинными фолиантами, камин, украшенный лепниной – все говорило о былом богатстве и аристократическом вкусе.
– Расскажите мне все, Клавдия Ивановна, – попросила Агата Игнатьевна. – Когда вы последний раз видели бриллианты? Где они хранились? Кто имел доступ в эту комнату?
Клавдия Ивановна начала свой рассказ. Бриллианты, по ее словам, хранились в потайном сейфе, замаскированном под книжной полкой. Открыть его могла только она сама, используя хитрый механизм. Последний раз она видела бриллианты неделю назад, когда решила полюбоваться ими перед сном. В кабинет, кроме нее самой, имели доступ слуги: горничная Маша, повар Иван и садовник Петр. Все они работали на Клавдию Ивановну уже много лет и, казалось, были преданны ей всей душой.
Агата Игнатьевна приступила к осмотру места преступления. Она внимательно изучила книжную полку, за которой находился сейф. Никаких следов взлома или постороннего вмешательства. Затем она опросила слуг.
Маша, молодая девушка с испуганными глазами, клялась и божилась, что ни о каких бриллиантах не знает и в кабинет Клавдии Ивановны заходит только для уборки. Иван, колоритный мужчина с красным лицом и запахом чеснока, утверждал, что все свое время проводит на кухне и дальше порога кабинета носа не высовывает. Петр, молчаливый и угрюмый старик, выращивающий розы в саду, тоже отрицал свою причастность к краже.
Агата Игнатьевна чувствовала, что кто-то из них лжет. Но кто? И почему?
В течение нескольких дней Агата Игнатьевна, словно опытный сыщик, копалась в прошлом Клавдии Ивановны, опрашивала соседей, изучала старые фотографии. Она узнала о ее бурной молодости, о романах с влиятельными мужчинами, о контрабандных операциях и тайных сделках. Казалось, у Клавдии Ивановны было достаточно врагов, которые могли желать ей зла.
Однажды, копаясь в архиве старых газет, Агата Игнатьевна наткнулась на заметку о загадочном исчезновении бриллиантового колье, принадлежавшего известной светской львице. В статье упоминалось имя Клавдии Ивановны, которая в то время была близкой подругой этой самой светской львицы. Агата Игнатьевна задумалась. Неужели кража бриллиантов – это месть за старые грехи?
Внезапно в голове Агаты Игнатьевны мелькнула мысль. Она вспомнила, что Клавдия Ивановна говорила о хитром механизме открывания сейфа. И тут ее осенило!
Агата Игнатьевна вернулась в особняк и попросила Клавдию Ивановну показать ей, как открывается сейф. Старушка неохотно согласилась. Она подошла к книжной полке, нажала на определенную книгу и потянула ее на себя. Книга отъехала в сторону, открывая потайную дверь в сейф.
– Видите, – гордо произнесла Клавдия Ивановна, – только я знаю этот секрет.
Агата Игнатьевна внимательно осмотрела механизм. И тут она заметила едва заметную царапину на одной из книг. Царапина была очень маленькой, но ее было достаточно, чтобы доказать правоту Агаты Игнатьевны.
– Клавдия Ивановна, – спокойно сказала Агата Игнатьевна, – вы лжете. Вы не единственная, кто знает, как открыть сейф. Кто-то еще нажимал на эту книгу.
Клавдия Ивановна побледнела.
– Что вы имеете в виду?
– Я имею в виду, что у вора был сообщник. Кто-то, кто знал о секрете сейфа. И этим сообщником были вы сами!
Клавдия Ивановна попыталась возразить, но Агата Игнатьевна не дала ей и слова сказать.
– Не отрицайте, Клавдия Ивановна. Я знаю, что у вас были финансовые проблемы. Вы задолжали крупную сумму денег. И вы решили инсценировать кражу бриллиантов, чтобы получить страховку.
Клавдия Ивановна замолчала. Слезы потекли по ее морщинистому лицу.
– Вы правы, – прошептала она. – Я была в отчаянии. Я не знала, что делать.
Агата Игнатьевна вздохнула. Ей было жаль старушку. Но закон есть закон.
– Где бриллианты, Клавдия Ивановна?
Клавдия Ивановна указала на тайник в камине. Агата Игнатьевна достала оттуда небольшой бархатный мешочек, набитый сверкающими камнями.
Дело было раскрыто.
Клавдия Ивановна была вынуждена признаться в своем преступлении. Бриллианты были возвращены. Агата Игнатьевна, довольная собой, вернулась домой, где ее уже ждали недовязанные носки и чашка горячего чая с лимоном.
Зинаида Петровна, узнав о раскрытии преступления, прибежала к Агате Игнатьевне с благодарностью.
– Агатка, ты гений! Ты спасла мою тетку от неприятностей с властями и страховщиками! Ведь если бы полиция и страховая догадались какую она авантюру она затеяла, то был бы большой скандал! Да и наказания бы не удалось избежать. Как я могу тебя отблагодарить?
– Не надо благодарностей, Зинаида Петровна, – улыбнулась Агата Игнатьевна. – Лучше свяжи мне носки. У меня олени на носках никак не хотят вырисовываться.
Агата Игнатьевна откинулась на спинку кресла и довольно вздохнула. Еще одно дело раскрыто. Еще одна победа над преступностью. И еще одна пара носков с оленями на подходе. Жизнь удалась!
А за окном, в сумраке вечера, уже плелись новые интриги и заговоры, которые, без сомнения, рано или поздно приведут Агату Игнатьевну к новым приключениям и новым запутанным делам. Ведь такова уж судьба детектива-любителя с душой авантюристки и неиссякаемым запасом энергии.