— Сделай аборт. Я заплачу.
Ольга подняла взгляд на Дениса. Он сидел напротив, бледный, сжимал салфетку в кулаке. Официантка принесла кофе. Денис не притронулся.
— Нет.
— Ты понимаешь, что делаешь? — голос сорвался на шёпот. — У меня новая жизнь. Кредит за твою долю. Наташа. Я не могу сейчас.
Ольга достала телефон. Убрала в сумку. Застегнула. Встала.
— Я уведомила по закону. На этом всё.
Вышла из кафе, не оборачиваясь. За спиной Денис окликнул, но она не остановилась.
Три месяца назад она нашла переписку в его телефоне. Он забыл ноутбук дома, попросил скинуть файл. Ольга открыла почту. Первое письмо: "Солнышко, вчера было волшебно. Жду сегодня в 20:00. Наташа".
Восемь месяцев переписки. Отель на Тверской. Командировка в Сочи, про которую Денис не рассказывал. Фотография: они вдвоём на набережной.
Ольга закрыла ноутбук. Села на диван. Посмотрела на квартиру.
Стол из ИКЕА, за которым они собирали пазлы по вечерам. Полка с книгами — его детективы, её психология. Свадебная фотография: счастливые, молодые, глупые.
Позвонила сестре.
— Света, можно к тебе приехать?
— Что случилось?
— Денис мне изменяет. Восемь месяцев.
Светлана молчала секунд десять.
— Приезжай. Сейчас же.
Ольга собрала чемодан за час. Денис пришёл в девять вечера, весёлый, с букетом гвоздик.
— Солнце, привет! Как день прошёл?
— Отлично. Собрала вещи.
Он застыл в дверях. Гвоздики выпали на пол.
— Что?
— Я съезжаю. Развод оформим через суд.
— Ты о чём?
Ольга взяла чемодан. Повернулась к нему.
— Наташа из твоей почты передаёт привет. Восемь месяцев, Ден. Отель на Тверской. Сочи в июле, когда ты был якобы на семинаре.
Денис побледнел. Опустил руки.
— Это не то, что ты думаешь.
— Это именно то. Ключи оставлю на тумбочке.
— Оль, подожди! Давай поговорим!
— Говорить не о чем.
Ольга вышла. Дверь закрылась тихо, без хлопка.
Светлана встретила её на пороге. Забрала чемодан. Налила чай. Села рядом.
— Уверена?
— Абсолютно.
Они молчали. Из комнаты вышел племянник Артём, восемь лет, сонный.
— Тётя Оля? А ты теперь с нами будешь жить?
— Пока да, Артёмка.
— Классно! Научишь меня в шахматы?
— Научу.
Мальчик ушёл. Светлана посмотрела на сестру.
— Он три месяца назад спрашивал про алименты. Говорил, что у коллеги жена требует половину зарплаты.
— И что ты ответила?
— Что так и надо. По закону. Денис тогда разозлился. Сказал, что женщины пользуются мужчинами.
Ольга кивнула. Допила чай. Легла спать на раскладушке в Артёмкиной комнате.
На работе клиентка Кира рассказывала про мужа:
— Он изменял три года. Я знала. Но признать — значит разрушить семью. Дочке девять лет. Ради неё терпела.
Тогда Ольга говорила:
— Дочь растёт в атмосфере лжи. Это хуже развода.
Теперь поняла: говорить легко. Жить по этим словам — другое дело.
Развод оформили за два месяца. Денис сопротивался. Утверждал, что квартира на него оформлена. Адвокат Ольги доказала: половина стоимости по закону принадлежит ей.
Денис взял кредит. Заплатил 2 миллиона 800 тысяч. Ольга сняла студию в Марьино. 40 квадратов, старый дом, ремонт не делали лет двадцать.
Зато своя.
В мае месячных не было. Три недели. Потом четыре. Тест показал две полоски.
Ольга сидела на полу в ванной. Тест в руке. Стена холодная, кафель скользкий.
Светлана нашла её через час.
— Оль? Ты там?
Открыла дверь. Присела рядом.
— Что случилось?
— Беременна.
— От Дениса?
— От кого ещё? После него никого не было.
Светлана обняла за плечи.
— Что будешь делать?
— Рожать.
— А Денис?
Ольга посмотрела на сестру.
— По закону обязана сказать.
— Ты уверена?
— В законе? Да.
— Нет. Что хочешь рожать.
Ольга кивнула. Положила тест на раковину.
— Тридцать один год. Психолог. Зарплата 65 тысяч. Своя студия. Справлюсь.
Встречу назначили в кафе возле метро. Денис пришёл с опозданием на двадцать минут. Уставший, костюм мятый.
— Что случилось?
Ольга дождалась, пока он сядет.
— Я беременна. Семь недель.
Денис замер. Кофе застыл в руке на полпути ко рту.
— Это точно?
— Точно.
— И что ты хочешь?
— Рожать.
Он поставил чашку. Резко. Кофе расплескался по блюдцу.
— Ты спятила? Мы развелись! Я плачу кредит за твою долю! У меня новая жизнь!
— У меня тоже новая жизнь. В ней будет ребёнок.
— Я не готов быть отцом.
— Никто не просит.
Денис откинулся на спинку стула. Молчал секунд тридцать. Потом сказал:
— Сделай аборт. Я заплачу.
Вот тут Ольга поняла. Окончательно. Безвозвратно.
Этот человек ей чужой.
— Нет.
Вышла из кафе. Села в машину Светланы. Сестра ждала на парковке.
— Ну?
— Предложил заплатить за аборт.
— Сволочь.
— Да уже всё равно.
Светлана завела двигатель. Они ехали молча. Потом сестра спросила:
— Алименты требовать будешь?
Ольга посмотрела в окно. Мимо проплывали дома, люди, чужие жизни.
— Нет.
— Почему? По закону положено.
— Не хочу быть связанной. Он будет требовать встреч. Права на ребёнка. Лезть в жизнь. Проще одной.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
Через неделю Денис позвонил. Ольга не взяла трубку. Он написал в мессенджер:
"Мы должны обсудить ребёнка. Я отец. Имею право знать".
Ольга ответила:
"Обсуждать нечего. Рожаю. Один раз уведомила, как положено по закону. Больше связываться не планирую".
"Ты не имеешь права! Я буду требовать встреч!"
"Требуй. В суде. Удачи".
Заблокировала номер.
Светлана сидела на кухне. Резала овощи для салата.
— Он писал?
— Угрожал судом.
— И что ты?
— Заблокировала.
— Умница.
Артём вбежал в кухню. Размахивал тетрадкой.
— Тётя Оль! Смотри! По математике пять!
— Молодец, Артёмка.
— А ты правда будешь с нами жить? Насовсем?
— Нет. Скоро переберусь в свою квартиру.
— А можно я буду приходить в гости?
— Конечно можно.
Мальчик убежал. Светлана посмотрела на сестру.
— Страшно?
— Сначала было. Сейчас нормально.
— А вдруг он через суд полезет? За родительские права?
Ольга пожала плечами.
— Пусть. Докажет, что готов быть отцом. Тогда поговорим.
Но Денис не полез через суд. Ольга узнала от общих знакомых: он женился на Наташе. В сентябре. Скромно, без банкета.
Хорошо.
Декабрь. Ольге тридцать два. Живот большой, неудобный. До родов три недели.
Она сидит у окна в своей студии. За окном снег. Светлана привезла продукты. Артём принёс рисунок: "Тёте Оле и малышу".
— Повесишь?
— Обязательно повешу.
Племянник ушёл. Светлана села рядом.
— Не жалеешь?
— О чём?
— Что не потребовала алименты. Деньги бы пригодились.
Ольга посмотрела на сестру. Потом на живот.
— Деньги пригодятся всегда. Но свобода дороже. Он бы лез в жизнь. Требовал права. Манипулировал. Проще одной.
— А ребёнку? Не жалко, что без отца?
— Лучше без отца, чем с таким.
Светлана кивнула. Налила чай. Они сидели молча. За окном падал снег.
Через три недели родилась дочь. 3 килограмма 400 граммов. Здоровая. Кричит громко.
Ольгу навестила Светлана. Принесла фрукты, воду, сменную одежду.
— Как она?
— Спит.
— Имя придумала?
— Вера.
— Красивое.
Ольга посмотрела на дочь. Маленькая, красная, сопит во сне.
— Справимся, — сказала она тихо. — Обязательно справимся.
Светлана обняла сестру. Они сидели молча. В палате пахло антисептиком и молоком. Из коридора доносились голоса медсестёр.
Обычный январский день. Обычная больница. Обычная новая жизнь.
Только теперь не одна.
Три года спустя.
Вера говорит предложениями. Ходит в садик. Любит рисовать кошек.
Ольга работает психологом. Зарплата выросла до 85 тысяч. Переехали в двушку. Не центр, зато свое.
Денис так и не появился. Ни звонков, ни писем. Хорошо.
Вера спрашивает иногда:
— Мам, а где папа?
— Далеко.
— Он придёт?
— Не знаю, солнышко.
— А мне не очень-то и надо. У нас же есть дядя Артём!
Артём уже одиннадцать. Высокий, серьёзный. Приходит помогать с мебелью. Играет с Верой в конструктор.
Светлана тоже приходит. По субботам. Приносит пирог с яблоками.
— Как дела?
— Нормально. Работы много. Вера в садике подралась.
— Из-за чего?
— Мальчик дразнил, что у неё нет папы. Она ему в глаз.
Светлана засмеялась.
— Характер в мать.
— Боюсь, что да.
Они пьют чай. Вера рисует кошку. Артём собирает замок из конструктора.
За окном весна. Солнце светит. Где-то внизу играют дети.
Обычный субботний вечер. Обычная семья. Только другая.
Но своя.
Ольга смотрит на дочь. Вера сосредоточенно выводит усы кошке.
— Мам, а это красиво?
— Очень красиво.
— Тогда тебе подарю!
Вера протягивает рисунок. Ольга вешает его на холодильник. Рядом с другими.
Стена почти полностью закрыта детскими рисунками. Кошки, дома, цветы, солнце.
Целая галерея.
Ольга обнимает дочь. Вера прижимается, тёплая, родная.
— Люблю тебя, мам.
— И я тебя люблю, солнышко.
Светлана смотрит на них. Улыбается.
— Справились, сестрёнка.
— Справились.
За окном садится солнце. На кухне пахнет яблочным пирогом и чаем.
Жизнь продолжается.
Другая. Но счастливая.
Своя.