– Ты тоже получил сообщение от мамы? – тревожно спросила Маргарита, позвонив брату. – Я ей звоню, а она абонент не абонент.
– Я тоже не дозвонился. Может, она в больницы с папой и отключила телефон. Поедешь со мной в больницу? – спросил Пётр. Услышав ответ, добавил:
– Всё, я выхожу, сейчас заеду за тобой.
Пётр мчал по городу, а в голове крутилось: «Лишь бы с ними всё было хорошо».
А автомобиль петлял среди улиц города, будто пытаясь убежать от мрачных мыслей.
Наконец, они добрались до приёмного покоя больницы. Здесь царил привычный больничный запах лекарств и антисептика.
В больнице мамы не было, отец с инсультом лежал под капельницами. Вид отца заставил обоих содрогнуться: бледный, неподвижный, подключённый к аппаратам, поддерживающим жизнь.
Врач сказал, состояние тяжёлое, остаётся надеяться, на то, что отец справится с болезнью.
Матери в больнице не было. На всякий случай спросили у дежурной медсестры, не видела ли она их матери.
– Не знаю, отца вашего привезла скорая. Сопровождающих не было. Кстати, надо оформить документы, – медсестра разложила бумаги, в которых нужно было расписаться и оставить свой номер телефона. Пока Маргарита заполняла бумаги, Пётр пытался дозвониться до матери, но её телефон был отключён.
Из больницы брат с сестрой поехали к маме. Ехали молча, чтобы не озвучивать тревожные мысли о том, что могло случиться с мамой.
Из квартиры звучала громкая музыка, звук дверного звонка терялся в этой музыке. Звонить было бесполезно, поэтому Пётр забарабанил что есть силы. Затявкала мамина маленькая собачонка. Музыка стихла. Через мгновение дверь распахнулась. Перед ними предстала мама в фартуке и хозяйственных перчатках, держащая грязную влажную тряпку в руке. Лицо выглядело свежим и спокойным, почти весёлым.
– Мама, что происходит? – удивлённо спросила Маргарита.
– А что происходит? Я затеяла генеральную уборку. Вы зачем примчались? Помогать? – улыбнулась мама.
– Мама, что с тобой? Отец в больнице, ты телефон отключила, невозможно дозвониться, – мы же беспокоимся о тебе, а у тебя уборка под музыку, – возмутился Пётр.
– Я же вам написала, что отца с подозрением на инсульт увезли в больницу. Всё! Про себя не написала, значит, со мной всё в порядке, значит, не стоит беспокоиться. У отца были? Как он? – спросила равнодушно мама, словно речь шла о незнакомом человеке. – Чай пить будете? У меня пирог вкусный есть.
Пётр с Маргаритой переглянулись, ничего не понимая, и согласились на пирог.
За столом дети попытались вновь заговорить об отце, но мать перебила их:
– Не надо за едой говорить о ваших переживаниях. А насчёт отца я так скажу: он ваш отец, значит, и заботиться о нём вам.
– Он твой муж, вы почти тридцать лет прожили вместе. Как ты можешь так говорить? – почти прокричала Маргарита.
– Муж? Вот именно, вот именно, – криво усмехнулась мама и посмотрела так, что дети больше не смели заводить этот разговор. Её голос зазвучал твёрдо и неумолимо, точно приговор. Дети замолчали, поражённые жестокостью сказанного. До сих пор они считали свою мать нежной, отзывчивой женщиной, готовой поддержать любого члена семьи в трудную минуту. Теперь оказалось, что за внешней мягкостью скрывается глубокая усталость и разочарование.
Вернувшись домой, Маргарита погрузилась в воспоминания детства. Вспоминалось тепло солнечных лучей, смех брата, прогулки с отцом. Когда-то давно, сидя на отцовских плечах, она ощущала себя счастливой и защищённой. Он придумывал увлекательные истории, устраивал игры и соревнования, превращая обычные дни в незабываемые приключения.
Отец всегда находил время поиграть с детьми, даже когда был занят работой. Любимым наказанием родителей становилось лишение прогулок с папой. После каждого проступка ребята отчаянно старались исправиться, чтобы снова отправиться с ним на велосипедную прогулку или рыбалку.
Именно отец привил детям любовь к спорту и активному отдыху. Благодаря ему Маргарита впервые почувствовала радость движения, радости победы над собой. Без его поддержки вряд ли она смогла бы научиться уверенно стоять на льду, ловить рыбу и преодолевать страх воды.
Сейчас, когда пришло время отплатить добром за добро, когда отец нуждался в помощи и поддержке, мысль о материнском равнодушии мучительно ранила Маргариту. Она никак не могла понять, как женщина, посвятившая мужу десятки лет жизни, способна внезапно отказаться от ответственности за его судьбу.
Маргарита знала одно: они с братом не оставят отца без заботы и любви.
Отца выписали из больницы. Домой его привезли Маргарита с братом, на реабилитацию возили тоже они. Весь уход на них, мать к отцу даже не притронулась. Пришлось по переменке брать отгулы на работе. Маргарита с Петром не понимали матери, бесились, ругались с ней, тогда она просто уходила из дома.
Отец стал поправляться быстрее, благодаря усилиям дочери и сына. Однажды отец произнёс тихим голосом, наполненным грустью и покоем:
– Я понимаю вашу мать. Я сам виноват в наших проблемах. Много раз обижал её в молодости, считая, что имею полное право поступать так, как считаю нужным.
Одним вечером, когда дом погрузился в уютный полумрак, Маргарита подошла к матери и нежно обняла её. Тихо проговорила:
– Мамочка, мы тебя любим очень, очень. И твоё отношение к отцу нам непонятно. Он же тоже любит тебя.
– Любит, говоришь? – мать усмехнулась. – Ну ладно, расскажу. Ты уже взрослая, поймёшь меня. Когда вы были маленькими, отец ваш загулял, нашёл себе подружку, да не одну. Думаешь, мне приятно было слышать от знакомых о его похождениях? Конечно, сейчас легко обсуждать это. А мне тогда некуда было уйти с двумя детьми. Отца у меня никогда не было, а мать сказала, чтобы даже не показывалась с детьми на её пороге. Куда мне было бежать? А вас отец любил. Ты же помнишь своё детство. Вот это меня тоже держало. Кто вас ещё так будет любить? Я тогда спрятала свою гордость и не подала на развод. Позже отец ваш нагулялся, остепенился, и мы стали «нормальной» семьёй, только вот я его так и не простила, и не прощу. Он это знает.
Последние слова прозвучали жёстким приговором, полным боли и отчаяния, веками копившихся в сердце женщины.
Маргарита прижалась ближе к матери, почувствовав тепло её тела сквозь тонкий свитер. Наконец-то стало понятно, откуда исходит холодное отношение матери к отцу, поняв глубину тех испытаний, через которые прошла самая дорогая женщина в её жизни.
Так и сидели долго, тесно обнявшись, каждая думая о своём.
Спустя некоторое время отец негромко позвал дочь, нарушая хрупкое равновесие момента. Маргарита поднялась, аккуратно освободившись из объятий матери, и пошла к нему, сохраняя в сердце теплоту близости и понимание той глубокой тайны женской судьбы, раскрывшейся в тот особенный вечер.