Бракоразводный процесс напоминал тяжелую, грязную возню в темном подвале, где Игорь, прекрасно знавший каждую щель в юридической стене, был хозяином положения. Его адвокаты затягивали каждый этап, выдвигали абсурдные встречные иски, требуя то «компенсации морального вреда», то раздела несуществующих долгов. Лиза чувствовала себя загнанной в угол. Ее скромные сбережения таяли, а перспектива застрять в этом болоте на годы пугала больше, чем нищета.
В один из таких вечеров, когда от бессилия хотелось плакать, она снова открыла папку «Невидимки». Она искала утешения в этих лицах, в напоминании, ради чего все это затеяла. И тогда ее взгляд упал на папку «Второстепенные». Лиза открыла ее почти машинально.
И снова тот кадр. Егор-Философ на куске старого бетона, как на троне, кирпичная стена, граффити. Но на этот раз ее внимание, заостренное беспокойством и обидой, зацепилось не за главного героя, а за размытый фон. За угол соседнего разваленного здания, который было видно из разбитного окна. Лиза увеличила изображение. Сердце на секунду замерло, а затем заколотилось с бешеной силой.
На фото были двое. Один — коренастый мужчина в кепке, лицо его было скрыто тенью. А второй... Второй был Игорь. Непривычно сутулый, в простом плаще, без своего обычного лоска. И в его руке был пухлый конверт, который он протягивал своему визави.
У Лизы перехватило дыхание. Она не была наивной. Вид у этой сцены был настолько красноречивым, что не требовал подписей: ничего легального здесь не происходило. Никаких «деловых встреч» не бывает в подворотнях с подозрительными личностями.
Страх зашевелился в животе холодным червяком. Она понимала — это опасно. Это пахло большими деньгами, большими связями и большой бедой для того, кто встанет на пути. Раньше она бы спрятала это фото, удалила, постаралась забыть. Испугалась бы.
Но сейчас она была не та Лиза, что боялась поднять глаза. Она была женщиной, которая прошла через страх одиночества, нищеты и начала жизни с чистого листа. Эта женщина смотрела на экран, и в ее глазах загорался холодный, стрекозиный огонек. Огонек хищника, который устал быть жертвой.
Лиза распечатала фотографию на принтере. Кадр получился зернистым, но узнаваемым. Она положила его в папку, надела свое самое лучшее платье и поехала в офис бывшего мужа.
Его секретарша, знавшая Лизу еще «женой», попыталась было остановить ее, но Лиза прошла мимо с таким видом, что та лишь растерянно раскрыла рот. Лиза вошла в кабинет без стука.
Игорь сидел за своим массивным столом и что-то с раздражением диктовал в телефон. Увидев ее, он нахмурился.
— Ты? Что тебе? Думала, я передумаю? Напрасно. У нас назначена встреча с адвокатами в...
Лиза молча положила распечатанную фотографию перед ним на стол.
Он бросил взгляд, и его лицо изменилось. Исчезла привычная маска высокомерия и раздражения. Его черты застыли, а затем исказились смесью ярости и... страха. Именно страха. Она увидела его впервые. Игорь молчал, уставившись на фото, его пальцы сжали край стола так, что кости побелели.
— Что это за чушь? — наконец выдохнул он, но в его голосе не было прежней уверенности, лишь хриплая попытка атаки.
— Это не чушь, Игорь, — сказала Лиза тихо, но так, что каждое слово прозвучало звеняще четко. — Это улика. Я не знаю, что именно там происходит. И мне, честно говоря, все равно. Но я знаю, что твои друзья из прокураторы или откуда ты их там берешь, очень не любят, когда такие фотографии всплывают в ходе, скажем, бракоразводного процесса. Особенно если их приложить к ходатайству о незаконном затягивании дела.
Он поднял на нее взгляд. В его глазах бушевала буря — ненависть, паника, неверие.
— Ты... Ты угрожаешь мне? — прошипел он.
— Нет, — Лиза улыбнулась. Это была недобрая, стрекозиная улыбка. — Я информирую тебя. Я играю по твоим правилам, Игорь. Ты любишь давление, связи, нечестную игру. Вот я и показываю, что у меня тоже есть чем сыграть. Один звонок моему адвокату, одна копия этой фотографии в нужных инстанциях... и твоя каменная стена рухнет.
Она сделала паузу, давая ему прочувствовать каждое слово.
— Вот мое предложение. Ты прекращаешь этот цирк. Мы проводим развод быстро и тихо. Я не претендую на твои драгоценные активы, мне нужна только моя свобода и то, на что я по закону имею право. Ты подписываешь бумаги, и эта фотография... исчезает. Навсегда.
Игорь смотрел на нее, и она видела, как в его голове идут расчеты. Оцениваются риски. Понимание, что его бывшая тихая жена держит в руках не просто фотографию, а детонатор, способный подорвать его репутацию и, возможно, не только ее.
Он медленно откинулся на спинку кресла, побежденный.
— Хорошо, — прохрипел он. — Убирайся. И забери эту... эту дрянь.
Лиза взяла со стола фотографию, аккуратно сложила ее и положила в сумку.
— Я пришлю тебя своего адвоката с новым пакетом документов. Жду его подписания к концу недели.
Она вышла из кабинета, не оглядываясь. В лифте ее вдруг затрясло — сброс адреналина. Она прислонилась к стене, закрыла глаза. Но внутри не было страха. Была оглушительная, победоносная тишина. Она пошла ва-банк против мастера манипуляций и выиграла!
***
Игорь не собирался так легко сдаваться. Не в его это было стиле. Он не мог позволить себе проиграть бывшей жене, которую двадцать лет считал своей собственностью. Его согласие на быстрый развод, вырванное у него шантажом, быстро сменилось холодной, расчетливой яростью. Если он не может заставить ее вернуться, он сделает так, чтобы ее свобода стала для нее адом.
***
Первым ударом для Лизы стал звонок от Олега, юриста.
— Лиза, ситуация осложнилась. Игорь подал встречный иск. Он оспаривает раздел твоей скромной доли, утверждая, что все нажито исключительно его трудом, а твои доходы — «несущественны». Более того, — Олег помолчал, — он собирается ходатайствовать о проведении психиатрической экспертизы. У него есть «свидетели», готовые подтвердить твою «неадекватность», «бредовые идеи» и «склонность к спонтанным, опасным для окружающих поступкам», вроде ухода из дома и занятия «сомнительной деятельностью и общением с асоциальными личностями».
Лиза слушала, и по спине бежали мурашки. Это было грязно. Это било по самому больному — по ее здравомыслию, по ее праву быть собой.
— Олег, это же абсурд!
—Я знаю. Но такие процессы — грязные. Они выматывают. Игорь надеется, что ты сломаешься и согласишься на его условия просто ради того, чтобы это прекратилось. Он напуган, но испуганный зверь ведет себя агрессивно…
А потом случилось нечто более страшное. Возвращаясь поздно вечером из студии Сергея, Лиза почувствовала, что за ней следят. Она ускорила шаг, свернула в свой двор. Из тени вышли двое. Коренастые, в капюшонах.
—Сумку, — бросил один из них, не глядя ей в лицо. — И телефон.
Они были явно не за деньгами. Они были за камерой и ноутбуком. Лиза, сердце которой колотилось как сумасшедшее, отшатнулась, прижимая сумку к груди. В голове пронеслось: «Фото. Они ищут фото».
И тут она вспомнила о фонарике, который носила с собой на случай позднего возвращения домой. В этом фонарике была тайная функция «шокер». Не настоящий, а только стрекот и синее мигание диодов. Куда только исчез страх. Мелькнула злая мысль: «Сволочи! Вы, на меня!» Лиза выхватила из бокового кармана сумки фонарик и включила тайную кнопку. В темноте вспыхнул «шокер», который она смело наставила на амбалов.
— Пошли вон! — крикнула она, и ее голос, к ее удивлению, прозвучал громко и властно, как когда-то у Маргариты Павловны.
Это сработало. Нападавшие замешкались на секунду. И этой секунды хватило, чтобы из подъезда вышел пожилой мужчина с собакой. Увидев группу людей, он громко спросил: «Лизавета, вам помочь?» И грозный рык овчарки прозвучал как вызов.
Громилы, бормоча что-то, мгновенно растворились в темноте. Лиза, вся дрожа, добежала до своей двери, запираясь на все замки.
Она сидела на полу в своей комнате-крепости, обняв колени, и тряслась. Страх был физическим, противным, как железо во рту. Этот страх, змеёй заполз в голову: «Они знали, где я живу. Они могут вернуться».
Первым, кому она позвонила, был Артем. Он примчался через десять минут, бледный, с расширенными от ужаса глазами.
— Боже, Лиза... Ты в порядке? — он обнял ее, и его объятия были крепкими, надежными. Он гладил её по голове, успокаивая, как маленькую и отпаивал горячим чаем. А она дрожала в его руках, оттаивая. Приходя в себя.
Потом она позвонила Сергею. Тот, выслушав, спросил сухо:
— Резервные копии есть?
— Да, в облаке.
—Молодец. Камеру и ноут завтра приноси ко мне в студию. Будут лежать в сейфе. И, Лиза... ни шагу из дома одна, пока это не утрясется. Поняла?
Олег, узнав о нападении, перешел в режим боевого юриста.
— Это уже не просто бракоразводный процесс, Лиза. Это запугивание. Я подготовлю заявление в полицию. И я сделаю пару звонков своим знакомым в правоохранительных органах. Пусть Игорь знает, что у тебя тоже есть «связи», пусть и не такие грязные.
Их поддержка стала для Лизы щитом, о который разбивались атаки Игоря. Артем стал ее тенью, провожая и встречая с работы. Он предлагал ей переехать к нему, но она не хотела такого быстрого сближения. И еще, она хотела перестать бояться! Хватит!
Сергей не только спрятал ее технику, но и нашел для нее срочный заказ на ретушь, чтобы отвлечь. Олег оперировал юридическими терминами и стратегиями, написал вместе с ней заявление в полицию и предоставил показания свидетели. Этим он возвращал лизе чувство контроля над ситуацией.
Однажды вечером, сидя с Артемом на ее потертом диване, Лиза сказала:
— Я думала, я уже сильная. А сейчас... я снова как испуганный муравей.
Артем взял ее руку.
— Нет. Муравей бы спрятался в норку и умер там от страха. А ты не растерялась, позвонила мне и друзьям. Ты приняла помощь, и в этом твоя сила. Ведь сильная — не значит оставаться одной, Лиза. Сильная — значит знать, когда и к кому можно прислониться, чтобы перевести дух перед новым броском.
И она поняла, что он прав. Раньше она искала каменную стену в браке. Но теперь эта стена в лице Игоря, которая стала её тюрьмой, рухнула, а на ее месте выросли живые, человеческие опоры — дружба, любовь, профессиональная солидарность. Игорь пытался задавить ее страхом, но просчитался. Сейчас Лиза была не одна. И это делало ее по-настоящему неуязвимой. Ее стрекоза, пережившая первую настоящую бурю, лишь расправила крылья, готовясь к новому, еще более дерзкому полету.
Это десятая глава моего нового романа "Стрекоза" начало смотрите здесь
Каждый день новая глава. Все опубликованные главы с ссылками смотрите здесь
Как купить и прочитать мои книги целиком, не дожидаясь новой главы, смотрите здесь