— Кто такая Алина?!
Валентина швырнула телефон на кухонный стол так, что тот подпрыгнул и со звоном ударился о край сахарницы.
Игорь обернулся от плиты, где жарил яичницу, и замер с лопаткой в руке.
— Какая Алина?
— Вот какая! — Валентина ткнула пальцем в экран. — "Почему ты не ответил? Я ждала твоего звонка весь вечер!" Знакомая фраза?
Лицо мужа побелело. Он опустил лопатку, выключил конфорку.
— Валя, это не то, что ты думаешь...
— Ах, не то?! — голос её сорвался на крик. — Я случайно взяла твой телефон, перепутала с моим, и вот на тебе! Может, ещё скажешь, что это твоя сестра пишет?!
— Дай я объясню...
— Объясни? Хорошо, объясни мне вот это!
Валентина с яростью начала пролистывать сообщения, её пальцы дрожали.
— "Не звони после шести, жена дома". Это ты написал? Да или нет?!
Игорь молчал, глядя в пол.
— Игорь, я с тобой разговариваю! — она подошла ближе, вглядываясь в его лицо. — Тридцать пять лет! Тридцать пять лет я была твоей женой! И ты... ты...
— Валентина, пожалуйста, успокойся...
— Успокоюсь?! — она захохотала, но смех вышел истерическим. — Знаешь, я полгода думала, что схожу с ума! Ты стал другим, молчишь постоянно, задерживаешься на работе, по вечерам на балкон выходишь с телефоном!
— Я могу всё объяснить, но не сейчас...
— Не сейчас?! А когда? Когда ты соберёшься чемодан и уйдёшь к своей Алинке?
Валентина продолжала читать переписку вслух, её голос становился всё более надломленным:
— "Встретимся в обычном месте?" В обычном! Значит, у вас есть обычное место! — она повернулась к нему. — Где? В каком кафе? Или, может, у неё дома?!
— Это не то, что ты думаешь! — Игорь наконец повысил голос.
— Тогда что это?! Объясни мне, что это, если не измена?!
— Я... я не могу... не сейчас...
— Не можешь или не хочешь?! — Валентина схватила со стола кружку и на мгновение показалось, что она её швырнёт. Но вместо этого она опустила руку, кружка выскользнула из пальцев и разбилась о пол.
Осколки разлетелись в разные стороны. Ни один из них не пошевелился.
— Ты хоть понимаешь, — тихо произнесла Валентина, — как я себя чувствую? Словно меня окатили ледяной водой. Всё, во что я верила, всё, ради чего жила...
— Валь...
— Не смей! Не смей называть меня так! — она отступила на шаг. — Ты потерял это право!
Игорь стоял, сжав кулаки, явно борясь с собой.
— Мне нужно выйти, — наконец выдавил он. — Остыть. Подумать.
— Конечно, беги! — Валентина смахнула слезы тыльной стороной ладони. — Беги к своей Алине, раз уж она для тебя важнее!
— Это не так...
— Тогда останься! Останься и объясни мне, что происходит!
Но Игорь уже направился к прихожей. Валентина услышала, как он надевает куртку, как хлопает дверь.
Тишина обрушилась на кухню, тяжёлая и звенящая. Валентина опустилась на стул, уронила голову на руки. На столе продолжал светиться экран телефона с перепиской.
— Тридцать пять лет, — прошептала она в пустоту. — Тридцать пять лет...
Яичница на сковороде давно остыла. Осколки кружки лежали на полу, как осколки её жизни. А в телефоне всё так же висело непрочитанное сообщение от Алины: "Спасибо за вчерашний вечер, мне стало легче".
Валентина схватила телефон и швырнула его в дальний угол кухни. Он ударился о стену и с глухим стуком упал за холодильник.
Она сидела одна на кухне, и впервые за тридцать пять лет брака не знала, что будет дальше.
Валентина сидела на кухне, глядя в окно. За стеклом моросил дождь, капли медленно стекали вниз, словно слёзы.
Когда всё началось? Наверное, полгода назад. Да, точно полгода — в марте Игорь вернулся с работы каким-то потерянным. Села тогда с ним за стол, спросила:
— Что случилось?
— Ничего, — ответил он, не поднимая глаз. — Устал просто.
Но это было не просто усталостью. С того дня он будто отгородился от неё невидимой стеной. По вечерам молчал, уставившись в телевизор, хотя раньше всегда рассказывал про завод, про начальство, про Петровича из третьего цеха.
А потом начались задержки на работе.
— Валь, я сегодня попозже приду, аврал на производстве.
— Валь, не готовь ужин, поем на работе.
— Валь, не жди меня, совещание затянулось.
Валентина терпела. Думала, пройдёт. Но не прошло. Игорь купил новую рубашку — голубую, в мелкую клетку. За двадцать лет брака он ни разу сам себе одежду не покупал! Всегда она выбирала, стирала, гладила.
— Красивая, — сказала она тогда, разглядывая покупку. — Я бы тебе такую же взяла.
— Да так, увидел в магазине, — буркнул он и быстро убрал рубашку в шкаф.
А потом стал выходить на балкон с телефоном. Просто стоял там, курил, разговаривал вполголоса. Когда она подходила, он быстро заканчивал разговор:
— Всё, перезвоню позже.
Валентина больше не выдержала. Схватила свой телефон, набрала номер подруги.
— Людка, можно к тебе приехать? Срочно.
— Валька, что случилось? Голос у тебя...
— Потом объясню. Я через полчаса буду.
Людмила открыла дверь, одним взглядом оценила состояние подруги и молча провела на кухню.
— Рассказывай.
— У меня муж завёл любовницу.
Людмила поперхнулась чаем.
— Ты это серьёзно? Игорь-то твой? Да он же... ну, он такой...
— Такой что? Надёжный? Порядочный? — Валентина достала телефон, показала скриншоты. — Вот, смотри сама.
Людмила пробежала глазами по строчкам, присвистнула.
— "Не звони после шести, жена дома"... Вот гад! А я-то думала, он весь такой правильный!
— Что мне делать?
— Да выгнать его к чёртовой матери! Сразу и без разговоров!
— Людк, тридцать пять лет...
— И что с того? Тридцать пять лет он тебя дурой держал, а теперь ещё и изменяет! Вали, ты детектива нанять хочешь или сама разбираться будешь?
— Детектива? — Валентина задумалась. — Нет. Я сама хочу увидеть. Своими глазами.
— Ну смотри. Только потом не реви, когда увидишь их вместе.
— Не буду, — Валентина сжала кулаки. — Я должна знать правду. Всю правду.
Она вернулась домой поздно вечером. Игорь сидел на диване, смотрел какую-то передачу. Обернулся, когда она вошла:
— Где ты была?
— У Людки, — коротко ответила Валентина. — А тебе-то что?
Он промолчал, снова уставился в экран.
Валентина прошла в спальню, закрыла дверь. Села на кровать, достала телефон. Завтра она начнёт следить за мужем. Как бы унизительно это ни звучало.
Она должна увидеть эту женщину.
Первый день слежки Валентина чувствовала себя последней дурой. Стояла у подъезда завода, натянув капюшон, пряталась за углом, как в дешёвом детективе.
Игорь вышел ровно в шесть. Не пошёл к автобусной остановке, а свернул в сторону центра. Валентина поплелась следом, держась на расстоянии.
Он зашёл в кафе "Встреча" — небольшое заведение на первом этаже жилого дома. Валентина подождала минуту, потом осторожно заглянула в окно.
И увидела её.
Молодая, лет тридцати пяти, тёмные волосы, аккуратная стрижка. Сидела за столиком у окна, что-то записывала в блокнот. Игорь подсел к ней, они заговорили.
Валентина достала телефон, сфотографировала. Руки тряслись так, что пришлось сделать несколько снимков.
Час они просидели в кафе. Разговаривали, та женщина кивала, записывала. Игорь выглядел... усталым. Измученным даже.
Когда они вышли, Валентина нырнула за угол. Игорь пошёл на остановку, женщина — в противоположную сторону.
Дома Валентина заперлась в ванной и проревела полчаса.
Второй день был хуже. Опять кафе, опять они вдвоём. На этот раз Валентина зашла внутрь, села за дальний столик, заказала чай.
Слышала обрывки их разговора:
— ...не могу больше так...
— ...нужно время...
— ...она не поймёт...
"Она не поймёт!" Валентина едва не задохнулась от обиды. Кто не поймёт? Она, что ли? Жена, которая тридцать пять лет...
Выскочила из кафе, чуть не опрокинув стул. В туалете соседнего магазина стояла, прислонившись к стене, пытаясь отдышаться.
На третий день она решила действовать иначе. Нашла эту женщину в соцсетях — по фото было легко. Алина Соколова, тридцать пять лет, город Москва. Профессия: психолог-консультант.
Психолог?!
Валентина пролистала её страницу. Посты про работу, про семинары, фотографии с клиентами. Ничего личного, никаких намёков.
— Психолог, — пробормотала она вслух. — Зачем ему психолог?
Позвонила Людмиле. Та схватила трубку на первом гудке:
— Ну что, выследила?
— Людк, она психолог!
— И что? — подруга фыркнула. — Может, это прикрытие такое. Или специализация: "психолог для женатых козлов".
— Людка, не смеши меня! Я серьёзно! Зачем Игорю психолог?
— А я откуда знаю? Может, крыша поехала у него. Или проблемы какие на работе.
— Но почему он мне не сказал?
— Потому что козёл он, вот почему! — Людмила не сдавалась. — Вали, ты что, поверила в эту сказку про психолога? Да они все так говорят! "Мы просто друзья", "Она мне помогает разобраться в себе"...
— Не знаю, Людк... Что-то тут не так...
— Конечно, не так! Он тебе изменяет, вот что не так! Устрой ему разбор полётов, сегодня же! Положи все карты на стол!
Валентина повесила трубку. Села за компьютер, распечатала фотографии. Четыре штуки — где они сидят в кафе, где выходят из него, где прощаются на улице.
Скриншоты переписки тоже распечатала. Аккуратно сложила всё в папку.
Сегодня вечером всё закончится. Так или иначе.
Игорь пришёл в восемь. Усталый, понурый, бросил куртку на вешалку.
— Валь, я есть не хочу, просто чай...
— Садись, — перебила его Валентина. — Нам нужно поговорить.
Она достала папку, раскрыла на столе. Фотографии веером легли перед ним.
Игорь замер, глядя на них. Лицо стало серым.
— Валя...
— Заткнись.
— Заткнись, — повторила Валентина, когда Игорь попытался что-то сказать. — Тридцать пять лет. Тридцать пять лет я была твоей женой. Стирала твои носки, готовила твой любимый борщ, гладила эти чёртовы рубашки. А ты...
Она ткнула пальцем в фотографии.
— Ты водишь её в кафе! У вас "обычное место"! Ты пишешь ей, что жена дома! Ты хоть понимаешь, как это звучит?!
Игорь молчал, глядя на стол. Руки его лежали неподвижно, сжатые в кулаки.
— Смотри на меня! — крикнула Валентина. — Смотри мне в глаза и скажи, что это неправда!
Он поднял голову. Лицо его было измученным, под глазами тёмные круги.
— Это не то, что ты думаешь...
— Не то?! — она захохотала истерически. — Тогда что это, Игорь? Просветиты меня, дуру! Может, вы вместе кроссворды разгадываете?!
— Валя, пожалуйста...
— Не смей! — она отшатнулась, когда он потянулся к ней. — Не смей меня трогать! Эти руки... эти руки обнимали другую!
— Нет! — впервые за весь разговор Игорь повысил голос. — Нет, не обнимали!
— Лжец! Я три дня за вами следила! Три дня, понимаешь?! Стояла под дождём, пряталась по углам, как последняя идиотка!
— Я могу всё объяснить, но мне нужно время...
— Время?! У тебя было полгода! Полгода ты врал мне, изворачивался, прятался!
Валентина схватила скриншот переписки, потрясла им перед его носом:
— "Спасибо за вчерашний вечер, мне стало легче"! О каком вечере речь, Игорь?! Что вы там делали?!
Он закрыл лицо руками. Плечи его задрожали.
— Валь, я... я не могу...
— Не можешь или не хочешь?! Скажи правду! Ты её любишь?!
— Нет! — он резко откинулся на спинку стула. — Господи, нет!
— Тогда что?! Объясни мне! Я имею право знать!
Несколько секунд стояла тишина. Только часы на стене отмеряли время, тик-так, тик-так.
— Полгода назад, — наконец заговорил Игорь тихо, глядя в пол, — на медосмотре... мне сказали...
Валентина замерла.
— Что сказали? — прошептала она.
— Что мне нужно обследоваться. Серьёзно обследоваться. Сердце, давление, анализы какие-то... — он сглотнул. — Врач так посмотрел на меня... знаешь, как смотрят, когда всё плохо.
— Господи... — Валентина опустилась на стул.
— Я испугался, Валь. Впервые в жизни по-настоящему испугался. Мне шестьдесят, понимаешь? Шестьдесят лет, а я боюсь, как мальчишка.
— Почему... почему ты мне не сказал?
Он поднял на неё глаза, и она увидела в них боль.
— Как я мог? Ты бы начала переживать, суетиться, водить меня по врачам... Я не хотел тебя пугать.
— Идиот! — у Валентины навернулись слёзы. — Ты идиот, Игорь! А я-то что, игрушка? Кукла, которой не больно?!
— Я думал, справлюсь сам. Мужчина же, должен быть сильным...
— Сильным?! — она вскочила. — Ты думаешь, сильный мужчина — это тот, кто всё держит в себе?! Кто врёт жене и прячется?!
— Я не врал...
— Врал! Каждый день врал! "Задержусь на работе", "Совещание", "Аврал"!
Игорь опустил голову.
— Я ходил к психологу. К Алине. Потому что не мог справиться со страхом. Просыпался по ночам, думал... думал, что умру. Что оставлю тебя одну.
Валентина замерла, слёзы катились по её щекам.
— А "не звони после шести"... — он усмехнулся горько. — Я боялся, что ты услышишь. Что телефон зазвонит, ты возьмёшь, а там она... Психолог. И ты всё узнаешь.
— Ты боялся, что я узнаю, что ты болен?
— Да.
— Но не боялся, что я подумаю, будто ты изменяешь?!
Игорь вздрогнул, словно его ударили.
— Я не думал... Господи, Валь, я не думал, что ты так подумаешь...
— А как я должна была думать?! — она била кулаками по столу. — Ты хоть представляешь, что я пережила?! Я думала, ты меня разлюбил! Что нашёл молодую, красивую! Что я тебе больше не нужна!
— Ты моя жизнь, — хрипло сказал Игорь. — Ты вся моя жизнь, Валентина. Без тебя я ничто.
Она стояла, обхватив себя за плечи, качаясь взад-вперёд. Внутри всё клокотало — гнев, обида, жалость, любовь. Всё смешалось в один комок.
— Мы же семья, — прошептала она. — Тридцать пять лет вместе. И ты... ты решил пройти через это один?
— Прости меня.
Валентина смотрела на него — на этого шестидесятилетнего мужчину, который плакал у неё на кухне. Её мужа. Отца её детей.
Идиота, которого она любила больше жизни.
Они сидели на кухне в тишине. Часы показывали половину одиннадцатого. За окном давно стемнело.
Валентина встала, налила два стакана воды. Поставила один перед Игорем.
— Пей.
Он послушно выпил. Она села напротив, смотрела на него долгим взглядом.
— Какие обследования ты прошёл?
— Кардиограмму, УЗИ, кровь сдавал...
— И что врачи говорят?
— Пока не знают. Ждут результатов. Через неделю повторный приём.
Валентина кивнула, сжала губы.
— Я поеду с тобой.
— Валь...
— Молчи. Я твоя жена. Или ты забыл? В горе и в радости, в болезни и здравии. Помнишь эти слова?
Игорь опустил голову.
— Помню.
— Значит, едем вместе, — она взяла его телефон, полежавший на столе. — И звонить будем вместе. Этой Алине твоей.
— Зачем?
— Поблагодарить, — Валентина нашла номер в контактах, нажала вызов. Включила громкую связь.
Трубку сняли на третьем гудке.
— Игорь Михайлович, добрый вечер.
— Здравствуйте, Алина, — сказала Валентина. — Это жена Игоря. Валентина.
Небольшая пауза.
— Очень приятно, Валентина. Я рада, что Игорь Михайлович наконец с вами поговорил.
— Да уж, поговорили, — Валентина криво усмехнулась. — Спасибо вам. За то, что помогали моему мужу. Он без меня вообще с ума бы сошёл.
— Я просто делала свою работу.
— Тем не менее. Мы хотели бы прийти к вам вместе. На консультацию. Если можно.
— Конечно. Я только за. Когда вам удобно?
— Завтра. После обеда.
— Договорились. Записываю вас на три часа.
Валентина положила трубку. Посмотрела на Игоря:
— Видишь? Всё решается.
— Ты не злишься?
— Злюсь, — она вздохнула. — Ещё как злюсь. Но ты мой муж, идиот ты мой любимый. Куда я от тебя денусь?
Игорь протянул руку через стол, она вложила свою ладонь в его. Пальцы сомкнулись.
— Обещай мне, — тихо сказала Валентина, — больше никаких тайн. Никаких. Что бы ни случилось.
— Обещаю.
— И больше никаких "не звони после шести".
Она взяла его телефон, открыла переписку с Алиной. Долго смотрела на сообщение, которое так её напугало. Потом удалила его. Набрала новое:
"Алина, это Валентина. Теперь можете звонить в любое время. Я в курсе. Спасибо за помощь. Завтра придём вдвоём."
Отправила. Положила телефон на стол.
— Знаешь, — сказала она, глядя Игорю в глаза, — можешь звонить хоть после шести, хоть после полуночи. Мне всё равно. Главное, чтобы ты был жив и здоров. Главное, чтобы ты был рядом.
Игорь сжал её руку сильнее.
— Я никуда не денусь.
— И я никуда от тебя не уйду, — Валентина улыбнулась сквозь слёзы. — Даже если ты будешь снова покупать себе рубашки без меня.
Он засмеялся — впервые за весь вечер.
А на столе между ними лежали фотографии, скриншоты переписки, осколки их недоверия. Завтра она всё это выбросит.
Потому что завтра они начнут сначала. Вместе.