Андрюша плакал долго, беззвучно, всеми силами стараясь быть взрослым, но не в силах справиться с детским отчаянием. Павел гладил его по спине, по голове, сжимал его маленькую ладонь и чувствовал себя самым беспомощным человеком на свете.
Предыдущая глава:
https://dzen.ru/a/aOvgGUKIuHvdWApd
Наконец, рыдания стихли. Мальчик высвободился из объятий, вытер лицо рукавом и спросил осипшим голосом:
— Мама меня больше не любит?
— Нет! — это вырвалось у Павла с такой силой, что Андрюша даже вздрогнул. — Нет, сынок, это не так. Мама тебя любит. Просто… просто её жизнь теперь там, в другом городе. А наша — здесь. И мы с тобой должны держаться вместе. Мы — команда. Правда?
Андрюша молча кивнул, не в силах вымолвить ни слова.
Вечером, уложив сына спать и долго сидя у его кровати, пока дыхание не стало ровным и глубоким, Павел вышел на лестничную клетку. Город сиял холодными огнями, и боль сжала сердце ещё сильнее. Павел не мог вернуть Андрюше мать, но он мог сделать их с сыном жизнь счастливой – всё было в его руках.
Павел набрал номер матери.
— Мам, я всё рассказал Андрюше. Так вышло. Я не мог больше таить от него правду, Андрюша стал обо всём догадываться.
- Как он?
- Плакал. Долго и горько, - ответил Павел, сам с трудом сдерживая слёзы. – А сейчас он спит.
- Бедный мой внучек…
- Мам, завтра мы приедем. Я ещё не говорил Андрюше про планируемую поездку к тебе – как-то не до этого было, но, думаю, он не откажется.
- Если не захочет ехать, насильно его не тяни, бедный ребёнок и так настрадался из-за своей непутёвой мамки.
- Да, конечно, мам, если Андрюша ехать не захочет, я позвоню тебе, предупрежу, чтобы ты нас не ждала.
На следующее утро Андрюша проснулся рано, он долго лежал в кровати, молча глядя в потолок.
- Сынок, ты хочешь поехать к бабушке? – тихо спросил Павел. - Будем гулять в лесу, есть её пироги и оладушки. Хочешь?
- А воздушных змеев мы будем там запускать?
- Да, конечно, сынок. Там, за посёлком, есть старый карьер, думаю, это отличное место для запуска змеев.
В глазах Андрюши вдруг мелькнул не призрачный, а живой интерес.
— Правда?
— Ага. И знаешь, я подумал… Может, мы с тобой огромного змея сделаем? Такого большого, какого у нас с тобой ещё не было.
- Давай сделаем, пап, - ответил мальчик, но уже без особого интереса. Видимо, его мысли вновь вернулись к уехавшей от него мамы.
Дорога до посёлка пролетела в молчаливых размышлениях. Нина Николаевна встретила их на пороге с распахнутыми объятиями. Она не засыпала вопросами, просто обняла внука так крепко, как будто хотела забрать всю его боль, и прижала к себе сына, прошептав: «Всё наладится, Пашенька, я чувствую».
Прошло несколько дней. Размеренная загородная жизнь, свежий воздух и бесконечная бабушкина забота делали своё дело. Андрюша стал улыбаться, помогал по хозяйству, а вечерами они с отцом мастерили того самого огромного воздушного змея. Боль ушла не до конца, она пряталась где-то глубоко внутри, но с каждым днём становилось легче.
Ещё через день Павел засобирался в Москву, планируя заняться поисками работы, а Андрюшу хотел оставить с бабушкой.
- Паша, останься хотя бы ещё на денёк, - попросила мать.
- Нет, мам, я хотел завтра с утра заняться своим трудоустройством. Сколько же я буду без работы сидеть?
- Один день ничего не решит. Оставайся, сынок, Андрюше с тобой гораздо спокойнее. А я обещаю приготовить на ужин твоё любимое блюдо!
- Какое из них? – улыбнулся Павел. – Все блюда, которые ты готовишь – мои любимые.
- Ты только скажи, сынок! Что захочешь – то и приготовлю!
Перед таким предложением Павел устоять не смог и остался ещё на день. Он сделал немного мелкой работы по дому, конечно, не без помощи Андрюши, который становился менее апатичным и стал ко многому проявлять интерес.
- Пашенька, может, тебе поближе ко мне переехать? – вкрадчиво спросила мать перед его отъездом. –Что тебя держит в этой Москве? Раньше семья была, работа… А теперь?
- Не знаю, мам, хоть и не слишком я люблю Москву, но привык я уже там жить.
- Ты подумай, сынок. Я не молодею, здоровье меня иногда подводит. Случись что со мной, окажусь снова в больнице, опять будешь ко мне в такую даль ездить?
- Я подумаю, мам. Может, ты и права. Меня в Москве и правда больше ничего не держит. Я как-то уже думал над этим…
- Так может и не стоит искать там работу?
- Нет, мам, я всё же попытаю счастья. Если через пару недель ничего не найду, буду думать о переезде в наш областной центр, всё к тебе ближе буду. Ты с внуком сможешь чаще видеться.
- Вот было бы здорово! А если бы вы с Андрейкой и вовсе ко мне переехали – это предел мечтаний…
- Мам, ты же понимаешь…
- Знаю, знаю, сынок, в нашем посёлке с работой действительно туго.
- Если бы в нашем посёлке нашлась работа по моей специальности, я бы не раздумывая остался здесь. Мне тут проще, спокойнее, чем в огромном и чужом городе.
- Нет здесь для тебя работы, сынок, - вздохнула мать. – Да и не для кого её тут нет – многие ездят работать в райцентр.
На следующий день Павел уехал рано утром. По дороге он думал о том, что мать права, не нужно цепляться за Москву, нужно распрощаться с ним. С другой стороны, с этим городом были связаны одни из самых лучших его воспоминаний: здесь он познакомился с Любой и влюбился в неё до беспамятства, здесь он сыграл счастливую свадьбу, здесь родился его единственный сын, который был для Павла дороже всех на свете, здесь Андрюша сказал своё первое слово и сделал свой первый шаг…
Немного отдохнув дома после дальней дороги, Павел отправился оформляться на работу водителем такси. Его финансовые запасы подходили к концу, ещё неделя промедления – и пришлось бы одалживать деньги у матери.
«Нет, - твёрдо решил он. – Руки-ноги у меня есть. Я хоть куда пойду: пусть даже дворником или чернорабочим на стройку, но деньги у матери просить не стану».
Уже через день Павел вышел на работу в ночную смену. Заработал он неплохо и остался вполне доволен. Матери о том, что он работает таксистом, да ещё и по ночам, Павел решил не говорить, чтобы не заставлять её волноваться лишний раз.
- Паша, ну, как у тебя дела с работой? Ничего не нашёл? – спрашивала постоянно мать.
- Нет, мам, пока не нашёл, - отвечал Павел. – Ничего, Москва – город большой, обязательно что-нибудь найдётся для меня.
Конец июня выдался не слишком тёплым, но детвору это не останавливало. В посёлке Андрюша весь день проводил на улице, играя с местными ребятишками. Местный друг Андрюши, с которым он познакомился ещё два года назад, недавно вместе с родителями переехал в город. Это обстоятельство расстроило Андрюшу, но грустил он недолго, ведь другие ребятишки радушно приняли его в свою компанию.
Но больше всего Андрюша ждал приезда отца, чтобы доделать с ним их огромного воздушного змея. Наконец, спустя неделю, Павел приехал в посёлок. Работа закипела в маленьком сарайчике, пахло деревом, клеем и краской. Павел, вспоминая навыки, полученные в школьном кружке, выпиливал лобзиком лёгкий каркас, а Андрюша, сосредоточенно высунув язык, помогал натягивать и приклеивать прочную яркую ткань, оставшуюся от старой палатки.
— Пап, а он и правда взлетит? — снова и снова спрашивал мальчик, поглаживая узор из красных и синих треугольников.
— Обязательно. Мы же всё рассчитали, — уверенно отвечал Павел, хотя в душе и сам немного сомневался в громоздкой конструкции.
Наконец, на следующий день змей был готов. Он лежал во дворе, огромный и величественный, вызывая восторг не только у Андрюши, но и у собравшейся соседской ребятни. День выдался на редкость ветреным, и компания торжественно двинулась к старому карьеру.
Поначалу ничего не выходило. Громоздкий змей бился о землю, кувыркался и не желал подчиняться. Андрюша со слезами на глазах бегал за ним, пытаясь поднять его на руки, а Павел, вспотевший и раздражённый, ругал себя за затею. Казалось, сама судьба смеётся над их попыткой запустить в небо такое чудо.
- Пап, ничего не выходит… - почти отчаялся Андрюша.
Павел в который раз вздохнул и снова объяснил сыну, как ловить поток ветра, как отбегать и чувствовать момент. Они сделали новую попытку. Вместе. Разбежались вдвоём, почувствовали, как ветер с силой потянул полотно, и отпустили леер.
И случилось чудо.
Огромный змей, качнувшись, рванул вверх. Он набрал высоту, замер на секунду в потоках воздуха, а затем мощно и плавно продолжил свой путь в небо. Он парил, как живой, его красные и синие крылья ярко сияли на фоне хмурых облаков.
Андрюша замер, не в силах вымолвить ни слова. Он просто смотрел вверх, а по его щекам текли слезы. Но это были уже не слезы отчаяния, а слезы восторга, гордости и какого-то нового, непонятного ему самому чувства лёгкости и парения над землёй.
— Папа, смотри! — крикнул мальчик, и в его голосе прозвучала позабытая радость. — Он летит! Наш с тобой змей летит!