«Мария Остерман сидела в тёмной холодной камере и, обхватив себя за плечи, раскачивалась из стороны в сторону, негромко напевая немецкую песенку, которую они пели когда-то вместе с принцессой Элизабет.
Сколько она себя помнила, Мария всегда была подле принцессы. С самого детства девочка росла во дворце короля Карла. У неё не было родителей. Только нянюшки, а когда ей исполнилось двенадцать, нянюшек убрали, и юная Мэри сама стала нянюшкой, подружкой и самым близким человеком для принцессы Элизабет, которая была младше неё на два года.
Ох и повеселились они в то славное время ...
Величественный дворец короля Карла поражал своей роскошью и размахом. Его залы были постоянно наполнены звуками музыки, шёпотом придворных дам и звоном их драгоценностей. Здесь, среди позолоченных стен и роскошных гобеленов, разворачивалась настоящая драма человеческих страстей, интриги, любовь и измены.
Красивые леди порой плакали в углублениях ниш в стене дворца, горько, с надрывом. А потом, как ни в чём не бывало, снова наряжались в свои красивые платья, наносили на лицо толстые слои пудры, надевали парики с высокими причёсками и выплывали из своих комнат на очередной королевский праздник.
Мэри и Элизабет всегда подсматривали за ними, втайне мечтая стать такими же красивыми. Но обе по происхождению были немками, поэтому красотой с детства не блистали. Если Элизабет была абсолютно светловолосой, то волосы Мэри горели ярким огненным пламенем, а зелёные глаза напоминали водоёмы во дворцовых садах, да ещё крупные веснушки по всему лицу.
Поэтому куда им до этих красивых придворных дам, которые боролись за внимание уже не очень молодого монарха, используя все доступные и недоступные методы, начиная от колдовства. Обе девочки были отпрысками монаршей семьи. Только Элизабет законнорожденная, а Мэри — бастард. Об этом последняя узнала, став ещё чуть старше.
Она — дочь самого короля! Пусть и внебрачная, от какой-то немки, также прислуживавшей матери Элизабет. Королева знала о существовании Мэри и всячески презирала её, даже была против того, чтобы девчонка находилась всё время рядом с принцессой. Но Карл настоятельно приказал поселить девочку во дворце после смерти её матери.
Девочки в монарших семьях никому не были нужны. Их использовали лишь тогда, когда нужно было устроить взаимовыгодный союз. И перед тем, как уйти в мир иной, Карл успел договориться с русским царём о свадьбе его младшей дочери Элизабет. Так обе девушки спустя несколько месяцев ведения переговоров между двумя государствами отправились в далёкую и негостеприимную Россию.
Мэри раскачивалась всё сильнее. Её глаза, горящие зелёным огнём, смотрели прямо в темноту. В детстве её сердце горело любовью. Ко всем. А душа была чистой, словно у ангела. И ей было известно, что король Карл прочит ей в мужья герцога Эдинбургского, заявив, что его внебрачная дочь, в которой течёт его монаршья кровь, не может выйти замуж за простолюдина и обязана послужить своему королю-отцу весьма выгодным замужеством.
Мэри тайком видела герцога. Он был молод, красив и очень умён. Придворные дамы увивались за ним, и каждая из них мечтала втайне, чтобы именно на неё он обратил свой прекрасный мужественный взор. Во всей Франции было не сыскать такого красавца, и поэтому каково было негодование, гнев и бессильная злоба, когда королева, прознав о намерениях короля по поводу дочери бастарда, тайком отправила девушку вместе с принцессой Элизабет в Россию.
Мэри не оставили выбора. Ночью. В её постели. Прижав её хрупкое тело к холодной простыням и чуть ли не насильно влив ей в рот горькое зелье. Либо смерть, либо жизнь. И никакой свадьбы с герцогом. Мэри выбрала жизнь.
Но с тех пор в её сердце поселился всепоглощающий огонь ненависти. Ко всем. Она ненавидела мужчин, ненавидела женщин. Впрочем, легко играя свою роль высокомерной и холодной красавицы, близкой фрейлины принцессы Элизабет, крещённой в православную веру с именем Софья.
Ни один дворянин не смог подобрать ключ к ледяному сердцу Мэри-Марии. Она беспощадно топтала их чувства, издеваясь и насмехаясь над слабыми попытками завоевать её расположение.
И только лишь граф Трубецкой смог расточить своими речами, журчащими, будто горный чистый родник, каменное сердце Марии Остерман...
Граф был интересен Марии вплоть до того момента, пока она не стала его законной женой. Её начало всё бесить. Слуги, поместье. Этот старый особняк, в котором по её приказу были обустроены глубокие подземные ходы в отсутствие графа. В последние годы своей жизни Трубецкой не мог находиться рядом со своей молодой супругой. Она кричала и на него, испепеляя огнём своих зелёных глаз.
Всему этому было одно объяснение — страх. Из Версаля была тайно вывезена сокровищница короля Карла. Сундуки с золотом, драгоценности, картины. Внезапная смерть монарха поразила смуту в государстве. Приемника он не оставил, ибо зачинал одних лишь дочерей. Вдовствующая королева срочно собрала совет глубокой ночью и за закрытыми дверьми.
В этот момент и была совершена кража века. Оскар Устерман, трудившийся в мастерских герцога Эдинбургского. Это был заговор. Заговор, обсуждавшийся через тайных переписчиков много месяцев. Став богатой дамой из высшего общества, Мария обрела необходимую ей власть и связи. Гонцы не жалели коней и золота, пока сокровищница короля Карла не оказалась в особняке Трубецких.
Мария, словно коршун, охраняла свои богатства, денно и нощно следя за каждым слугой, перемещавшимся по дому. По ночам она спускалась в тёмные недра каменного подвала и с горящими странным безумием глазами смотрела на сверкающие камни и золото. Это всё её. Это ей принадлежит. Она забрала себе по праву то, что она получила бы, если бы была законнорожденной. А так она отомстила вдовствующей королеве, лишив её большей половины богатств из запасов королевского двора Франции.
Оскар Устерман был ей не просто предан, он её любил. Страстно, беззаветно. И этой его любовью Мария Остерман упивалась, наслаждалась. Но она и подумать не могла, что её собственная дочь влюбится в страстного художника и ляжет с ним в постель! Да ещё и понесёт от него! Бесстыжее отродье!
Мария избила девчонку чуть ли не до полусмерти. Её вовремя остановил граф, неожиданно вернувшийся домой. В страшном ужасе он стал с гневом спрашивать, что произошло. И Марии ничего более другого и коварного не пришло в голову, как сообщить о тайной и порочной связи между братом и сестрой.
Трубецкой слёг. Для него было страшным ударом узнать, что его дети ... Что его сын и его дочь ... Решение он принял спустя две недели. Юный Трубецкой был отправлен в царскую армию, а дочь ... Девушку заперли в монастыре, где она тяжело разродилась крупной девочкой и умерла, вложив медальон, в котором была та самая тайна, сокрытая в нём от любопытных глаз на долгие-долгие годы в два столетия...
Что потом случилось с внучкой Марии Остерман, не знал никто. Монастырь сгорел, оставив после себя лишь пепел.
В царской армии в пьяной драке погиб молодой Трубецкой. Смерти сына и дочери сердце графа не выдержало, и он скончался следом. Род Трубецких прервался навсегда, а вот род Остерман продолжился дальше. Только раскачивающаяся из стороны в сторону в тюремной камере Мария о том не подозревала.
После всех событий она ещё сильнее ожесточилась. Слуг уже не просто била, а душила своими руками, хохоча при этом, будто обезумев. Ключ от подвала с сокровищами был надёжно спрятан в глубине дома. Любовник Оскар Устерман бесследно исчез, оставив после себя картину молодой красивой девушки которой когда-то была Мария Остерман. Чистой, доброй и цветущей словно нежная роза в садах Версаля.
Глядя на эту картину, Мария испытывала сильнейшую злобу, которая сжирала её изнутри. Сжирала до тех пор, пока из столицы не пришёл приказ о её аресте местному уездному воеводе.
На рассвете туманным утром октября 198 ***-го года графиню Марию Остерман-Трубецкую доставили на допрос. Женщина выглядела безумной и не понимала, что от неё хотят. Какие избиения крепостных? Какие убийства? Нет у неё никакого золота и быть не может.
Мария смеялась и смеялась, как сумасшедшая, над всеми обвинениями, которые ей предъявляли. Указом Петра графиню заточили в тюрьму, лишив подаренных ей с замужеством титулов, и даже принцесса София ничем не смогла помочь когда-то своей самой близкой фрейлине ...
Спустя шесть месяцев Марию Остерман нашли повешенной. Расследовать не стали. Бумаги все уничтожили, тело закопали, а проклятый особняк, обагренный кровью невинных, заколотили».