Долго сидела Вадома опустив голову. Трубка ее давно потухла. Робкий утренний рассвет заглядывал в окна. Но старая ведьма его не замечала. Слишком тяжелые у нее были думы. Вадома знала, если колдун переплетет две судьбы в одну, назад возврата уже нет.
-- Что же ты натворил, проклятый Мануш? Что натворил? Мою судьбу сломал, а теперь и до внучки добрался... Что же делать, что делать? -- шептала старая ведьма...
То, что сказал ей проклятый Мануш, ранило ее в самое сердце.
-- Как спасти внучку? Как?!
Лачи лежала в шатре на своей подстилке и прислушивалась к звукам, которые доносились с улицы. Василь еще не ложился. Теперь он редко находился со своей женой. Он боялся Лачи. Неизвестно, что ждать от сумасшедшей женщины. Так, прислушиваясь к звукам в таборе, Лачи не заметила, как уснула. Во сне она брела одна по незнакомой дороге, солнце ярко светило в лицо. Лачи во все глаза смотрела по сторонам и не узнавала местность.
-- Я заблудилась, -- испугалась женщина и стала звать на помощь.
Вдруг из зарослей, что росли по обеим сторонам дороги, вышла женщина. Она несла в руках корзину с травой.
-- Чего кричишь? Заблудилась? -- спросила незнакомка.
-- И заблудилась, и сына потеряла, -- сказала Лачи и заплакала.
Незнакомая женщина подошла к страдающей матери и взяла ее за руку. -- Пойдем, я приведу тебя к сыну, -- сказала она. -- Он живет в деревне Пешково.
-- Как же зовут тебя, добрая женщина? -- спросила цыганка.
-- Серафима, так и зови меня, -- ответила незнакомка.
Лачи еще хотела у нее спросить о сыне, но сон ее прервался из-за грохота. Василь, изрядно напившись, не удержался на ногах и свалился возле стола, зацепив кастрюли и чашки.
-- Будь ты проклят, и тут не дал о сыне узнать, -- прошептала цыганка.
-- Бабушка, вы что, так и не ложились? -- спросила Рубина.
Она только что проснулась.
-- Не получилось, чаюри, не получилось. Всю ночь с духами разговаривала.
-- Ой, бабушка, вы зеркало разбили, -- девушка кинулась собирать осколки.
-- Брось, брось сейчас же, не бери в руки, нельзя, -- закричала Вадома.
Рубина тут же бросила осколки и с испугом посмотрела на свои руки.
-- Что там, бабушка?
-- Не что там, внучка, а кто там, -- ответила старая цыганка.
-- А, кто там? -- повторила вопрос Рубина.
-- Мануш там, детка. Проклятый Мануш. Пойди, милая, посмотри на больного, как он там?
-- Бабушка, я ничего не понимаю, -- сказала девушка.
-- Иди, чаюри, посмотри на больного, а потом мы с тобой попьем чаю, и я тебе все расскажу.
Рубина послушно встала и пошла к больному. Парень лежал с закрытыми глазами. Девушка наклонилась и прислушалась к дыханию. Он спокойно спал.
-- По-моему он идет на поправку. Дышит спокойно, -- сказала Рубина.
-- Ну и слава Богу. -- Теперь больной -- это твоя забота, -- сказала старуха. -- Пора тебе, детка, применить во благо свои знания, чему я тебя научила.
-- А вы куда? -- испугалась Рубина.
-- Не пугайся, я с тобой, только лечить его теперь будешь ты.
Табор затих, в кострище слабо тлели угли, слегка освещая шатер. Лачи тихо поднялась, прислушалась. Только громкий храп Василя раздавался в шатре. Цыганка достала свой узел, который она собрала еще днем, и тихо покинула шатер. Собаки, лежавшие рядом с кострищем, подняли головы и проводили ее долгим взглядом. Лачи быстро шла по ночной дороге, стараясь как можно дальше уйти от табора. Она верила, что найдет своего сына сама. Материнская любовь приведет ее к нему. А еще она поверила в сон и теперь знала, куда ей идти. Если правду сказала женщина из сна, то Лачи знала название деревни.
Речка Мокрая Чумбурка с достоинством несла свои воды, чтобы потом отдать их в Таганрогский залив Азовского моря. Утренняя зорька выкрасила небо в розовый цвет и, отражаясь в воде, окрасила реку. Лачи далеко отошла от табора. Она боялась, если Василь проснется, то обязательно отправит за ней погоню. Бедная женщина торопилась отыскать своего дорогого сыночка. К рассвету она подошла к реке и залюбовалась. Вода, окрашенная в розовый цвет, тихо текла, переливаясь в первых предутренних лучах восходящего солнца.
-- Господи, красота-то какая, -- воскликнула цыганка и остановилась, залюбовавшись великолепием, которое предстало перед ней. Налюбовавшись, Лачи пошла по берегу в надежде найти укромное место, чтобы присесть немного отдохнуть. Вдруг она увидела на берегу реки одинокого рыбака. Он сидел, уставившись на поплавок, не замечая ничего вокруг. Цыганка сначала хотела спрятаться, а потом, передумав, подошла к рыбаку. Им оказался старенький дед, одетый в стеганку и потрепанный картуз на голове.
-- Здравствуйте, дедушка, -- поздоровалась Лачи.
Старик от неожиданного появления гостьи вздрогнул и проворчал.
-- Откуль ты такая выскочила? Либо от табора своего отбилась?
-- Нет, дедушка, я сыночка своего ищу. Не подскажете, деревня Пешково далеко будет?
Лачи затаила дыхание.
А вдруг такой деревни и в помине нет? Ведь это только сон. Бедная мать стала уже сомневаться в его правдивости.
-- Так далече будет, топать тебе и топать. Верст этак пятнадцать еще пройти надо, -- ответил старик.
-- Спасибо вам, добрый человек, -- Лачи поклонилась рыбаку и отправилась дальше.
Она передумала отдыхать. Пятнадцать верст -- это не так уж много.
Рубина не понимала, что произошло с Вадомой. Старая цыганка сама лечила больного, а теперь за все утро ни разу не подошла.
-- Бабушка, что произошло? Что вам сказали духи, и почему вы разбили зеркало?
Девушка задавала вопросы и не получала ответов. Старая шувани сидела задумчивая. Рубина взяла со стола свежую мазь, которую приготовила бабушка и подошла к больному. Она потихоньку сняла тонкую ткань, которой была прикрыта большая и глубокая рана на спине.
-- Как рана у него? -- спросила Вадома.
-- На вид подживает, -- ответила Рубина.
-- Понюхай, не воняет?
Девушка наклонилась над раной и принюхалась.
-- Нет, бабушка, ничем не воняет.
-- Ну и хорошо, вот тебе отвар, возьми, он с чистотелом, промой рану, и на лице не забудь, а потом смажешь мазью.
-- Бабушка, а почему вы сами не посмотрите его раны?
-- Теперь это твоя забота, внучка, -- печально ответила старуха.
-- Да, что случилось, вы можете мне ответить? -- вскрикнула девушка.
-- Терпение, чаюри, всему свое время, -- ответила Вадома. -- Сначала окажи помощь этому человеку, а потом будем с тобой разговоры вести.
Василь проснулся от головной боли. Руки и ноги занемели от неудобной позы. Он кое-как поднялся и огляделся. Посуда и казанки валялись на полу.
-- Что здесь произошло? -- подумал он. -- Лачи, Лачи, ты где, отзовись?! Посмотрел на лежанку, где обычно спала его жена.
-- Куда она запропастилась?
Василь подошел к ведру с водой, стоящему у стола на лавке. Хотел зачерпнуть ковшом, но ведро оказалось пустым.
-- Да что такое? Женщина, почему у тебя ведра пустые? Давно ты у меня кнута не получала, -- крикнул он.
Но ответом ему была тишина. Василь, превозмогая головную боль, вышел из шатра. Яркое солнце ударило по глазам. Он прикрыл их рукой. Табор уже встал и жил своей обычной жизнью.
-- Ты Лачи не видела? -- спросил он проходившую мимо цыганку.
-- Нет, баро, не видела со вчерашнего дня. А что случилось? -- поинтересовалась та.
-- Да ладно, ничего, иди, куда шла -- махнул он рукой и вернулся в шатер.
Голова болела все сильнее с каждой минутой.
-- Куда запропастилась эта проклятая женщина, -- со злостью проворчал он.
Оглядевшись в шатре, он подошел к сундуку своей жены, где она хранила свои золотые монисты и нарядные юбки с кофтами. Самой дорогой вещью в этом сундуке была шаль, вот ее и не находил Василь. Исчезли и золотые украшения с некоторой одеждой.
-- Сбежала?! Господи, женщина, ты сведешь меня с ума, -- прошептал Василь. -- Куда ж ты ушла, и когда? Нужно срочно послать людей, и найти беглянку. Ну, когда найдется, я ее точно высеку кнутом, -- со злостью пообещал разъяренный муж.
Лачи прошла довольно большое расстояние. Она увидела вдалеке побеленные хаты, хаотично разбросанные у самой реки. Цыганка подошла к первой избе и постучала по забору. Собачка, сидевшая на цепи, звонко залаяла.
-- Давай, собачка, громче, зови своих хозяев, -- сказала Лачи, заглядывая в щели забора.
-- Хозяева! Есть кто дома?!
Собачка залаяла еще громче и стала кидаться на забор. Из хаты вышла старуха и шугнула псинку.
-- Тихо ты, Жулька! Чего расходилась?
-- Бабушка, можно вас на минутку, -- крикнула из-за забора Лачи.
-- Кого там еще черти принесли, -- проговорила старуха, подойдя к калитке.
Жулька, натянув цепь, лаяла не переставая.
-- Та цыть ты, окаянная!
Бабка дрожащей рукой открыла калитку и вышла за двор. За забором стояла цыганка с узлом.
-- Ты чего тут шастаешь? -- спросила она.
-- Не бойтесь, бабушка, я иду в Пешково. Вот остановилась подле вас водички попить да передохнуть маленько.
-- А ты чего, девка, дажно от табора отбилась? Чи как?
-- Нет, бабушка, я сыночка своего ищу, пропал он у меня.
-- Как так пропал? -- спросила старуха.
-- Вот так и пропал, я утром встала, а его нет, -- расплакалась Лачи.
-- Ладно, девка, заходи во двор, только сразу скажу тебе, гадать мне не нужно. Я и сама кому хошь погадаю, -- ответила бабка.
-- Спасибо, бабушка, да я и не умею гадать, -- ответила цыганка.
-- Ладно, девка, заходи, сейчас чай пить будем со вкусностями всякими. Давай, проходи, -- старуха шире открыла калитку. -- Ты не умеешь, хоть и цыганка, а я ведьма, и гадаю хорошо. Да ты меня не бойся, -- сказала старуха, увидев как дернулась цыганка.
-- Давай, проходи, сейчас за чаем ты мне все и расскажешь, -- сказала ведьма....
Продолжение следует...
Спасибо что дочитали главу до конца. Кому понравилось Пишите комментарии Ставьте лайки Подписывайтесь на канал