— Марина, тебе что, жалко? Денис там в больнице один сидит! Приедь, забери его!
Голос Ольги звучал требовательно, словно она отдавала приказ подчинённому. Марина сжала телефон и посмотрела на часы. Половина третьего ночи. За окном — темнота и тишина спального района.
— Ольга, я тебе ещё в обед говорила: сегодня у меня важная встреча утром. Мне в шесть вставать, — ответила Марина, стараясь говорить спокойно. — У Дениса аппендицит удалили планово, ему ничего не угрожает. Заберёшь его завтра.
— А если ему плохо станет?! Ты понимаешь, что я не могу бросить Максима одного? Ему всего четыре года!
— Ольга, Игорь где?
— При чём тут Игорь?! Он на объекте ночует, там аврал. Ты одна живёшь, тебе что стоит съездить?
Марина молча отключила звук на телефоне. Руки дрожали — не от страха, а от ярости, которую она уже много лет держала в себе. Она легла обратно в кровать, накрылась одеялом и закрыла глаза. Спать не хотелось. В голове пульсировала одна мысль: «Хватит».
Всё началось три года назад, когда Игорь впервые попросил Марину посидеть с племянниками. Тогда это выглядело нормально: брат помогает брату.
— Маринка, выручи. Нам с Ольгой на свадьбу друзей надо. Пару часиков всего, — сказал Игорь в трубку.
Марина согласилась. Пара часиков превратилась в семь. Молодожёны вернулись далеко за полночь, весёлые, слегка подвыпившие. Марина сидела на диване, измученная истериками младшего Максима, который отказывался ложиться спать без мамы.
— Ой, Мариночка, спасибо огромное! Ты нас так выручила! — Ольга чмокнула золовку в щёку, от неё пахло шампанским и дорогими духами.
На следующий день Марина обнаружила, что её телефон стал чем-то вроде экстренной кнопки для Ольги. Звонки посыпались с регулярностью дождя в октябре.
— Марина, забери Дениса из садика. У меня косметолог.
— Марина, посиди с детьми в субботу. Нам с Игорем в кино надо.
— Марина, съезди за продуктами. Мне некогда.
Сначала Марина пыталась отказываться мягко.
— Знаешь, я в субботу планировала отдохнуть...
— Отдохнёшь потом! У тебя же детей нет, чего тебе уставать-то? — отмахивалась Ольга.
Когда Марина пробовала говорить жёстче, в дело вступал Игорь.
— Ну что тебе стоит? Семья же! Ты одна живёшь, времени полно. Нам с детьми тяжело, пойми.
Марина работала бухгалтером в строительной компании. День начинался в восемь утра и заканчивался, когда заканчивался. В сезон отчётности она уходила из офиса в девять вечера, приползала домой без сил, мечтая только о тишине и горячей ванне.
Но вместо этого звонила Ольга.
— Марина, завтра отвези Дениса на футбол. Мне к парикмахеру.
— У меня отчёт горит, я не смогу...
— То есть ты откажешь ребёнку из-за каких-то бумажек? Игорь, ты слышишь, что твоя сестра говорит?!
Игорь вздыхал в трубке.
— Мариночка, ну сделай одолжение. Ольга нервничает, ей нельзя. Ты же понимаешь.
Марина понимала. Понимала, что стала бесплатной няней, шофёром и человеком, который всегда должен быть свободен, потому что у неё «нет своей семьи».
Ольга не стеснялась повторять эту фразу при каждом удобном случае.
— Когда у тебя дети появятся, поймёшь, как это тяжело. А пока что ты свободна, как птичка. Помогай хоть брату.
Марина молчала. Потому что говорить было бесполезно. Любые попытки объяснить, что у неё своя жизнь, разбивались о стену непонимания.
— Я не потому тебе помогаю, что мне нечего делать, — попыталась однажды Марина. — Я помогаю, потому что вы семья. Но это не значит, что я должна бросать всё по первому звонку.
— Ой, хватит драму разводить! — отмахнулась Ольга. — Ты просто эгоистка. Потому и одна до сих пор.
Марина прикусила язык. Потому что если бы начала отвечать, то не смогла бы остановиться.
Она пыталась поговорить с Игорем. Брат всегда был ей близок, они росли вдвоём, поддерживали друг друга. Марина надеялась, что он поймёт.
— Игорь, мне правда тяжело. Я не могу каждую неделю откладывать свои дела. Попроси Ольгу найти няню хотя бы на пару дней.
— Зачем няню? Ты же рядом. К тому же, няня — деньги, а ты бесплатно, — ответил брат так просто, будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся.
— Игорь, ты серьёзно?
— Ну что? Мы тебе платить должны, что ли? Ты же тётя, помогать племянникам — твоя обязанность.
Марина замолчала. В тот момент что-то внутри неё сломалось окончательно. Но она продолжала помогать. Потому что боялась ссоры. Потому что мать, Тамара Ивановна, постоянно повторяла:
— Мариночка, не ругайся с братом. Семья — это святое. Помоги, не жалей времени. Всё вернётся.
Марина помогала. И ничего не возвращалось.
Когда Денису понадобилась операция по удалению аппендицита, Марина сразу предупредила: она не сможет активно участвовать. У неё горели сроки по годовому отчёту, начальство дышало в спину, на носу проверка.
— Хорошо, хорошо, — согласилась Ольга удивительно быстро.
Марина насторожилась, но решила, что, возможно, невестка наконец поняла.
Операцию назначили на утро. Всё прошло хорошо. Вечером Игорь написал Марине, что Денис в порядке, лежит в палате, завтра его выпишут.
А в половине третьего ночи позвонила Ольга.
Марина лежала в темноте и думала. О том, сколько раз она отменяла встречи с подругами, потому что Ольга просила посидеть с детьми. О том, как однажды сорвала важное собеседование на новую должность, потому что Игорь умолял забрать Дениса из садика — у мальчика поднялась температура, а родители были заняты.
О том, как Ольга в прошлом месяце попросила одолжить двадцать тысяч рублей на новый телефон Максиму.
— Зачем четырёхлетнему ребёнку телефон за двадцать тысяч? — удивилась Марина.
— Это тебя не касается. Дашь в долг или нет?
Марина дала. Деньги до сих пор не вернули.
Утром телефон взорвался сообщениями от Ольги.
«Ты вообще в своём уме? Бросить ребёнка в больнице!»
«Мы тебя больше ни о чём просить не будем!»
«Эгоистка! Думаешь только о себе!»
Марина читала и усмехалась. Потом написала одно сообщение:
«Ольга, я не бросала ребёнка. Денису ничего не угрожало, он под присмотром врачей. Я предупреждала, что не смогу помочь. У Дениса есть родители, которые несут за него ответственность. И это не я. Больше не звони мне по ночам с требованиями».
Ответ пришёл через минуту.
«Всё ясно. Ты показала своё истинное лицо. Игорь сейчас всё узнает».
Игорь позвонил через час.
— Ты совсем озверела?! — заорал он с первых секунд. — Племянник в больнице, а тебе плевать!
— Игорь, у Дениса плановая операция. Его утром выписывают. Я предупреждала, что у меня важная встреча.
— Какая встреча?! Ты придумываешь отговорки!
— Я не обязана отчитываться перед тобой. И не обязана ехать в три часа ночи, потому что Ольге так захотелось.
— Ты обязана! Ты тётя!
— Я тётя. Но не нанятая сиделка. У Дениса есть отец. Это ты, если забыл.
Игорь замолчал. Потом выдал ледяным тоном:
— Знаешь что? Больше можешь не приходить. К нам, к детям, вообще. Раз тебе всё равно.
— Хорошо, — ответила Марина и отключилась.
Она не плакала. Странно, но внутри было спокойно. Будто тяжёлый груз, который она тащила три года, наконец рухнул с плеч.
Вечером позвонила мать.
— Мариночка, что случилось? Игорь звонил, такой расстроенный. Говорит, ты отказалась помогать.
— Мам, я не отказалась помогать. Я отказалась быть бесплатной прислугой.
— Но он же брат! Семья!
— Семья — это когда просят, а не требуют. Когда благодарят, а не обвиняют. Игорь давно перестал быть братом. Он стал потребителем. А Ольга вообще считает, что я им должна просто по факту родства.
Тамара Ивановна вздохнула.
— Ты права. Но мне тяжело видеть, как вы ссоритесь.
— Мам, я не ссорюсь. Я просто говорю «нет». И буду говорить, пока они не поймут, что я — не запасной вариант.
Марина положила трубку и посмотрела в окно. Было раннее утро, город просыпался. Где-то гудели машины, хлопали двери подъездов, люди спешили на работу.
Она налила себе кофе, открыла ноутбук и начала готовиться к встрече. Той самой, из-за которой отказалась ехать ночью в больницу. Встрече, которая могла изменить её карьеру.
Марина знала: сегодня она не поедет забирать Дениса. Завтра — тоже. Она больше не будет отменять свои планы, потому что Ольге захотелось к парикмахеру. Не будет сидеть с племянниками вместо того, чтобы отдыхать после рабочей недели.
Она больше не будет удобной.
Игорь не звонил неделю. Потом написал:
«Ольга сказала, что ты извинишься. Тогда мы забудем эту ситуацию».
Марина прочитала и усмехнулась. Потом ответила:
«Игорь, я не буду извиняться за то, что имею свою жизнь. Когда будете готовы просить, а не требовать, — позвоните. Я помогу. Но на моих условиях».
Ответа не было.
Прошёл месяц. Марина ждала, что будет тяжело, что захочется вернуть всё назад. Но было легко. Удивительно легко.
Она снова встречалась с подругами по выходным. Ходила в театр. Записалась на курсы английского, о которых давно мечтала. Жила.
Однажды вечером позвонила мать.
— Мариночка, Игорь просил передать... Денис спрашивает, почему тётя Марина не приходит.
Марина молчала.
— Скажи ему, что тётя Марина занята своей жизнью. Но если Денис захочет встретиться, я с радостью приеду. В удобное для меня время.
Тамара Ивановна вздохнула.
— Ты стала жёстче.
— Нет, мам. Я просто перестала быть удобной.
Марина положила трубку, взяла книгу, которую не могла дочитать три месяца, и устроилась на диване. В квартире было тихо, спокойно, уютно.
Никто не звонил с требованиями. Никто не обвинял в эгоизме.
Впервые за три года Марина была по-настоящему свободна.