Если ты не смотришь дуроскоп, это не значит, что дуроскоп перестал смотреть в тебя. Его сигнал давно распался на мелкие, легко усваиваемые части единого, но большого нарратива и разлетелся по окружающей среде - в мемах и пересказах через школьные чаты, разговоры на кухне и экспертные реплики
Повестка больше не живёт в прямом эфире и не транслируется в кору больших полушарий - она сама генерируется в головах людей, которые для тебя значимы, и в алгоритмах, которые для тебя незаметны
Власти научились действовать не в лоб, а использовать в качестве медиа совсем не медиа. Секта я не смотрю телевизор существует, но это не значит, что её члены вне информационного пространства. Они просто заменили одно медиа - другими. В окне браузера всплывёт видео, где шутка комика повторит вчерашний тезис из прайм-тайма. В рабочем чате пройдёт ссылка, где заголовок уже задаёт обсуждение. За семейным столом дети перескажут как им объяснили умные люди, учителя или одноклассники. Позвонит подруга. Незаметно ты начинаешь обсуждать не то, что выбрали сам, а то, что тебе поставили в повестку. Или умело подвели
Включаются тихие механики. После установки повестки дня: вам подскажут, о чём думать в первую очередь, а о чём - во вторую и чем можно пренебречь. Следом - кадрирование: одна и та же новость обрамляется так, что у неё появляются герои, жертвы, злодеи и простые решения. На основании верований, отношений и ценностей (чьих?) незаметно выстраиваются подсказки, которые дают удобную линейку, по которой вы волей или не волей уже меряете политику, экономику или войну
Всё это похоже на инфракрасное тепло: его не видно, пока не замрёшь и не прислушаешься, но температура разговора уже изменилась
На длинной дистанции работает культивация - не разовое внушение, а медленное изменение картины мира. Годы тяжёлого просмотра и бесконечного скроллинга формируют синдром злого мира: кажется, что опасности повсюду, что они сильнее нас, что без жёсткой и уверенной руки - никак. Ленты подхватывают и усиливают это ощущение: не столь важно, откуда пришёл импульс - из эфира, клипа или шортов, важно, что он повторяется, превращая исключение в мейнстрим, что резонирует с общим состоянием. И человек уже не белая ворона
Включается социальное научение. С экрана мы перенимаем не только аргументы, но и манеры: интонации, мимику, способы злиться или ставить на место. Как поступать в той или иной ситуации. И почему. Вознаграждения и наказания видны невооружённым: правильная реакция получает вознаграждение, неправильная - наказание. Поведенческие репертуары сегодня приходят не столько от телеведущих, сколько от опосредованного окружения и/или людей, которых ты знаешь только по чату на 50 человек. Они оценивают, осуждают, задают фрейм
Давление круга и спираль молчания заставляет прятать несогласие, когда кажется, что все уже решили, а уложенная алгоритмами лента новостей лишь закрепляет это ощущение. Рядом живёт эффект третьего лица: мы уверены, что пропаганда воздействует на других, простых, а на нас - нет.Именно эта наивная вера делает нас терпимее к манипуляциям. И хотя аудитория действительно активна, но каждый приходит за своим: расслабиться, снизить тревогу, почувствовать причастность, - выбор всё равно происходит внутри заранее опреджелённой картины/рамки. Он органичен и ограничен. Мы охотно тянемся к подтверждающему, но подтверждать есть из чего лишь потому, что ассортимент тем и палитра оценок готова к употреблению
Визуальный язык стал ярче и сильнее одновременно. Крупные планы эмоций, монтаж, музыка, которые когда-то строили полнометражное кино, теперь работают в коротких роликах с танцами и кривляниями. Там, где раньше стояли буквы и долгие затянутые крупные планы, сегодня - карусель весёлых сториз и тщательно подобранная нарезка фактов, мягко подталкивающая к нужному выводу. Можно не смотреть сериал, но его драматургия всё равно определяет роли по которым и разворачивается действие вокруг. Скрипт работает
Дуроскоп умеет ждать