Глава первая
Предыдущая глава
6
К тому моменту, как мы вернулись, вокруг было тихо: за считанные часы до рассвета члены гильдии либо добирали последние крохи сна, либо ещё не вернулись с вылазок. Вахн удалился в свой кабинет, плотно затворив за собой дверь. Со мной он больше ничего обсуждать не хотел; это было ясно без слов. Я какое-то время смотрела на его запертую дверь, пытаясь набраться смелости и подойти, постучать в неё кулаком — пусть это и разозлило бы его, зато уж точно привлекло бы внимание. Но секунды утекали прочь в тишине, и в итоге я отвернулась. Мне не стало бы легче от гнева Вахна, и мне было, о чём переживать, кроме него.
Мои ноги сами принесли меня обратно в комнату, где я села на кушетку и попыталась составить план. Идея казалась неплохой; Вахн всё время твердил, что мне нужно больше внимания уделять стратегии, а не просто бросаться в омут с головой, надеясь на лучшее. В свою защиту я могла сказать лишь то, что обычно мне везло. Но мысли в моей голове не желали приходить в порядок, а по спине полз холодок страха, что ничуть не помогало мне сосредоточиться. Я не любила подземелья. Я всегда предпочитала простор крыш и небо над головой; чем больше свободы, тем лучше. Если пробираться через канализацию вместе с Вахном мне было неприятно, то насколько тяжелее мне будет путешествовать по проклятым залам Бессмертных Королей в одиночку?
Когда в мою дверь негромко постучали, я подняла голову и моргнула. Решив, что Вахн пришёл за мной раньше, чем обещал, я пересекла комнату и приоткрыла дверь.
Это был не Вахн.
— Эй, — как-то неуверенно поприветствовал меня Джеран, и почесал затылок с кривоватой улыбкой. — Я видел, как ты вернулась. Рала сказала, что тебя не было всю ночь. Всё хорошо?
— Хм-м… — мой пульс ускорился, а во рту внезапно пересохло. — Да, — выдавила я, делая шаг в сторону и открывая дверь пошире. — Со мной всё в порядке. Вахн… кое-что хотел мне показать. Ты заходишь или нет?
Он переступил порог комнаты, и в животе у меня снова что-то перевернулось. Что со мной творилось? Джеран бывал здесь раньше, в этом не было ничего нового. Так почему я так реагировала на его присутствие? Из-за того момента на крыше? Но ведь он длился всего миг, и ничего особенного тогда не произошло.
Но может быть, что-то произойдёт сейчас.
Тёмные глаза Джерана изучающе скользнули по моему лицу.
— Ты точно в порядке? — спросил он. — Ты выглядишь… напуганной, — он поднял руку и отвёл прядь волос от моей щеки, заставив меня вздрогнуть. — Ничего не хочешь мне сказать?
Сердце гремело в меня в ушах. Он был так близко; его одежда пахла пылью и пряным вином, которое он так часто заказывал в баре. Его пальцы соскользнули с моих волос к краю моего капюшона и начали медленно его отодвигать.
Мою шею закололо от страха при мысли о том, что он беспрепятственно увидит моё лицо. Я отступила прочь, чтобы он не мог притронуться ни ко мне, ни к капюшону. Я не могла беспокоиться ещё и об этом, мне и так было, о чём подумать. Отвлечься в моём положении было не просто нельзя, а смертельно опасно.
— Ничего, — сказала я, и Джеран опустил руку. — Ещё одна работа, только и всего.
— Ещё одна? От самого мастера гильдии? — Джеран покачал головой, выражение его лица тут же переменилось. — Здорово, наверное, — пробормотал он. — Я годы здесь провёл, делал всё, что он просил, ни разу не пожаловался, ни разу ни напортачил, и всё равно… Может, нужно быть девчонкой, чтобы он хоть какое-то внимание обратил.
— Джеран… — вздохнула я. У меня не было настроения ругаться, и слушать его завистливые стенания мне тоже было не хотелось. — Поверь мне, — сказала я ему, — я тоже от этого нового проекта не в восторге. Если бы я могла, я бы с радостью переложила его на твои плечи.
— Так что тебе мешает? — спросил он. Я моргнула, а он пожал плечами. — Передай работу мне. Мы даже скажем, что сделали всё вместе.
Я поморщилась.
— Не могу.
— То есть, не хочешь, — в голосе Джерана вновь зазвучало уныние. — Потому что тебе нравится везде вылезать вперёд. Нравится быть любимицей мастера.
— Да что ты так одержим Вахном? — оборвала его я. — Он тут даже не при чём. Работа вообще не от него.
Ой. А этого, наверное, не стоило говорить. Мне оставалось только надеяться, что Джеран смутится и сменит тему, но его глаза загорелись, когда он услышал мои слова.
— Стоп. Если не от Вахна, то от кого? Он же Мастер Гильдии. Он отдает прик…
Джеран был сообразителен. Или во всяком случае, наблюдателен в том, что касалось иерархии гильдии. Я видела по его лицу, как он складывает вместе два и два, догадываясь таким образом о личности таинственного клиента. Его лицо помрачнело, а в глазах заблестел лёд.
— Джеран, — начала я, он отвёл взгляд в сторону и отступил назад.
— Понимаю, — он говорил со мной так, словно мы были едва знакомы. — Даже они тебя теперь отмечают. Мои поздравления, — я заметила, что он не назвал Круг вслух; даже кипя от злости, он не настолько забылся. — Так держать, карабкайся дальше. Не забывай и про нас, мелких воришек, когда разбогатеешь.
Я стиснула зубы, меня так и подмывало сказать, что работа на Круг была не так престижна и заманчива, как он считал. Что это было пугающе и невероятно опасно, и что я многое бы отдала за то, чтобы отказаться от этой их великой миссии. Но я не могла ничем с ним поделиться, да и разговор этот мои слова бы не спасли, поэтому я просто проговорила:
— Тебе лучше уйти, Джеран.
— Это верно.
На миг по его лицу проскользнуло что-то, похожее не то на сожаление, не то на стыд. Сделав ещё один шаг назад, он помедлил, словно хотел сказать что-то ещё. Но потом он наклонил голову, развернулся и закрыл за собой дверь.
Растерянная и огорчённая, я снова опустилась на кровать и потёрла лицо рукой. Джеран всегда дразнил меня из-за того, что я была «любимым ребенком» Вахна, но мы никогда всерьёз не ссорились по этому поводу, хотя некоторые его уколы были больнее, чем я того заслуживала. Но сегодня он звучал не просто раздражённо; в его голосе была горечь и обида, словно он действительно меня презирал.
Лёжа на кровати, я смотрела в потолок, а мои мысли вертелись по кругу в бесцельном, хаотичном полёте. В конце концов, я сама от этого устала и решила наведаться в таверну, надеясь, что по пути мне не встретится ни Вахн, ни Джеран.
— Рановато ты, воробушек, — сказала Рала, с улыбкой пододвигая в мою сторону кружку. Я влила в себя половину напитка, даже не ощущая вкуса, и почувствовала, как он камнем упал на дно моего желудка. Утопить страх, поселившийся там, у меня не получилось.
Поставив недопитую кружку на стойку, я увидела беспокойство на лице Ралы. Мягкий взгляд её карих глаз скользнул по мне и по моей потрёпанной одежде.
— На дело идёшь? — предположила она.
Я кивнула.
— Для Вахна?
— Что-то вроде того.
Она побарабанила ногтями по стойке.
— Джеран заходил чуть раньше, пытался залить беды д’вевринным элем. С такой кислой миной, что даже Дахвиин удивился. Из-за этого, надо думать?
Я снова кивнула, и во мне вновь всколыхнулось только что угасшее возмущение.
Рала вздохнула.
— Спарроу, – сказала она и замолчала на миг, словно сомневаясь, стоит ли ей продолжать. — Джеран, он… ну, ты же знаешь, что он от тебя без ума, да?
Я фыркнула.
— Ерунда. Я его целую вечность знаю. И он никогда ничего не говорил.
— Конечно же, нет, – сказала Рала. — Он ведь парень. Очень запутавшийся в собственных мотивах парень, который пытается примирить свои чувства к тебе с желанием быть лучшим в гильдии. Он так старается, чтобы его кто-то заметил, хоть кто-то похвалил. Но к сожалению, на его пути кое-кто стоит.
— Я, — подтвердила я мрачно.
Рала рассмеялась.
— Сама скромность, милая моя, — протянула она, качая головой. — Но ты права. Ты — его муза, и ты же играешь роль его главной соперницы. И каждый раз, когда тебе что-то удаётся, он остро чувствует, как ты вырываешься вперёд, оставляя его позади.
— И что мне с этим делать? — пробормотала я.
— Ничего, — Рала погладила меня по руке. — Делай то, что у тебя получается лучше всего, воробушек. И не переживай из-за Джерана. Ты не сможешь перебороть его неуверенность в себе. Если Судьбе будет угодно, он сам с этим справится. Если нет… — она пожала плечами. — Тогда его амбиции доведут его до безумия, и это уже будет не твоя проблема.
Она сказала это в шутку, но я всё равно поморщилась.
— Спасибо тебе, Рала. Мне сразу полегчало.
— Для тебя — всё, что угодно, — она подмигнула, и на душе у меня стало пусть чуточку, но легче. — Чем тебе ещё помочь?
Не подскажешь, как мне добыть камень памяти из древнего города, полного ловушек и проклятий?
Я вздохнула.
— Ничего больше на ум не приходит.
***
Вахн пришёл ко мне под конец Часа Демона.
— Готова? — спросил он, когда я открыла дверь в ответ на его короткий стук. Я кивнула, и он окинул оценивающим взглядом всё, что у меня было с собой: рабочие перчатки, веревка с крюком и сумка, в которую я сложила пару дополнительных вещиц, вроде фляги и ткани для перевязок. — Взяла всё, что нужно?
Я пожала плечами.
— Скоро узнаем. Я меня не осталось времени на то, чтобы сбегать в порт и купить у Наббы пару защитных амулетов, но…
На этот раз Вахн не одёрнул меня, хотя по его глазам я видела, что ему очень хотелось. Наббу в гильдии терпели из последний сил; он был похож на хорька и занимался тем, что продавал талисманы от сглаза и порчи путешественникам, едва успевшим сойти со страйдеров. Они отводили от владельцев зло примерно так же успешно, как гнилые фрукты отпугивали мух.
Я выдавила из себя улыбку.
— Я готова. Насколько это возможно.
— Тогда идём, — тихо сказал Вахн. — Нужный нам вход находится недалеко.
Мы покинули здание склада и шагнули на улицы Портового Квартала прямо в объятья пыли и мелкого песка. Люди понемногу возвращались к работе; грузчики и моряки толкались мимо нас, направляясь на пристань и двигаясь медленнее обычного из-за удушающей жары. Я натянула капюшон пониже, а шарф — повыше, и мы отправились вперёд по запылённым дорогам.
Вахн привёл меня в безлюдную часть квартала, где за разваливающейся стеной начиналось Пыльное море. Под заброшенным, разломанным причалом из стены торчала толстая каменная труба. Из нее медленно вытекал ручеёк зеленоватой воды, который тут же поглощали массивные песчаные волны.
— Решётка открыта, — сказал Вахн, держась чуть поодаль. Всего в шести футах под нами Песчаное море вздымалось бесконечными волнами, разбивавшимися от стену, и от одних его колыханий у меня саднило горло. — Труба приведёт тебя в канализационную систему. Вход в древний город отмечен на карте, ты его не пропустишь. Когда окажешься среди руин, не сворачивай с указанного пути. Это не то место, где можно позволить себе заблудиться. Вопросы есть?
Вопросов у меня было много, но ни на один из них он был не ответил. Я пожевала губу, размышляя.
— Что мне делать, когда камень памяти будет у меня в руках?
— Возвращайся в гильдию, — ответил Вахн. — Нигде не останавливайся, ни с кем не говори. Не показывай его никому, кроме меня.
— Ладно.
Свет солнц, полыхавших над нашими головами, только подчёркивал тени на его лице, и когда он встретил мой взгляд, его глаза казались впалыми и безжизненными.
— Ты справишься, — сказал он, и я никогда ещё не слышала такой мягкости в его тоне. — Справишься, я знаю. Никто не смог, но ты сможешь, — его ладони сжали мои плечи, и на секунду я почувствовала силу его рук. — Ты справишься, — повторил он, как заклинание. — И вернешься к нам. Я верю в тебя, Спарроу. Пообещай мне, что не оступишься.
Моё горло стиснула невидимая сила, и я резко выдохнула, ответив ему дрожащей улыбкой.
— Оступиться? — переспросила я. — А что это такое? Не подскажешь? Потому что со мной такое было только однажды или… Ой, нет. Никогда. Со мной такого не было никогда.
Вахн не улыбнулся. Я вздохнула и положила руки поверх его рук, глядя на него чуть более серьезным взором.
— Я знаю, что делаю, — сказала я. — Всё будет хорошо, Вахн. Ну когда у меня что-то было иначе?
Это его не успокоило. Он стиснул мои плечи лишь сильнее, и мне показалось, что он вот-вот обнимет меня. Он никогда не обнимал меня прежде. Ни разу, даже когда я была совсем маленькой. Иногда он трепал меня по руке или проводил несколько раз по голове, но не более того. Слёзы в гильдии не приветствовались, считались признаком слабости, и я с малых лет научилась их скрывать. На моей памяти меня обнимали лишь однажды, когда Рала нашла меня под барной стойкой, свернувшейся в клубочек и хныкающей из-за чего-то, что я уже не могла вспомнить. Она тогда опустилась передо мной на колени и обняла крепко-крепко, и я хорошо запомнила тот шок, который я испытала от её внезапной близости. Секунду спустя я сама прижалась к ней так сильно, словно никогда не хотела её отпускать.
Мне тогда было около пяти. В последующие годы я порой жалела, что Рала нашла меня в слезах тем вечером. Если бы я никогда не узнала, каково это — быть утешенной и пригретой, я бы не тосковала по этому чувству. Я бы не задерживала дыхание каждый раз, когда Вахн приближался ко мне, не надеялась бы, что его идеальный самоконтроль наконец даст трещину. До этого дня трещин в нём не наблюдалось.
И сегодня мне было не суждено это увидеть. Вахн опустил руки и кивнул, отводя глаза в сторону. Во мне закипело гневное разочарование, но я постаралась не подать виду.
— Тебе ясна твоя задача, — сказал он. — Увидимся в гильдии. Да пребудет с тобой Судьба.
Я не ответила, и на миг мне показалось, что он хотел сказать что-то ещё, что-то личное, только для меня. Может быть, что он гордился мной. Что он во мне никогда не сомневался. Но он только отвернулся и ушёл прочь, а через какое-то время и вовсе исчез за поворотом. Так ни разу и не обернувшись.
Я сжала руку в кулак и сглотнула комок, застрявший у меня в горле. С этого момента я, как и всегда, была одна.
Я зацепила пальцами решётку, закрывавшую отверстие трубы, и потянула. Она распахнулась с характерным скрипом ржавого, несмазанного железа, открывая проход в тёмный туннель. В последний раз проверив весь набор инструментов, который я взяла с собой, я шагнула внутрь и закрыла за собой решётку, покидая свет близнецов и ныряя во тьму подземных ходов.
В канализации воняло: неудивительно, особенно после Часа Демона. Я спрятала нос в шарф, — это помогало не только от пыли, но и от неприятных запахов, — и развернула свиток, который вручил мне Круг. Первая часть карты представляла собой лишь короткую инструкцию: «От трубы на север до пересечения, оттуда только на запад, не сворачивая. Нужную дверь будет легко узнать».
— Как загадочно, — пробормотала я. — Но хотя бы не запутаюсь.
Путь был простым, но малоприятным. Я прижималась к стенке туннеля, избегая потока, который полз по самому дну в его центре. Я уже видела тот зловонный ручей, которым он становился на выходе, вытекая из трубы прямиком в волны Пыльного моря, где он быстро терялся среди песков. Над моей головой жизнь в Ковассе шла своим чередом, звуки дневной суеты спускались по водостоку и отдавались эхом в каменных туннелях. Продавцы зазывали покупателей, прохожие болтали, стражники топтали мостовую, и тяжелые удары их сапогов звоном отдавались вокруг. Никто и не подозревал, что я шебуршалась под ними, как маленькая пылевая крыска.
Мне это не нравилось. Мне хотелось синевы неба над головой; здесь на меня давили стены, и я подпрыгивала от каждого шороха. А ещё здесь очень, очень сильно воняло.
Спустя, кажется, целую вечность, я добралась до пересечения, упомянутого в инструкции, и повернула на запад. Туннель всё бежал и бежал вперёд, и казалось, что ему не будет конца. Я искала глазами «нужную дверь», но не видела ничего похожего, и уже начала беспокоиться по этому поводу. Что если я потерялась? Если я её пропустила? Пока я не видела ни опознавательных знаков, ни вообще каких-либо дверей, нужных или не нужных.
Туннель тем временем сужался, становясь всё темнее. Я уже собиралась развернуться, уверенная в том, что пропустила вход, как услышала что-то ещё дальше, в мрачной глубине впереди меня.
Замерев на месте, я задержала дыхание и прислушалась. Кто-то тихо шёл в моём направлении. Кто-то приближался. Или что-то…
Я обхватила пальцами один из кинжалов и прижалась к самому краю. Я не ожидала встретить здесь никого, кроме крыс и жуков, но среди горожан ходило много страшилок про других обителей подземелий — от безумцев, поедавших людей заживо, до гигантских тараканов, мутировавших из-за гнили и отходов. Я, конечно же, не верила в такую ерунду, но всё равно это звучало неприятно.
Я была в шаге от того, чтобы отступить. Я могла бы нырнуть в соседний проход и избежать встречи с неизвестностью. Но я боялась, что если начну петлять, то уже не смогу найти дорогу туда, куда мне было нужно попасть. Я могла так легко запутаться в лабиринте проходов, где каждый туннель был неотличим от всех остальных. И тогда мне придётся вернуться к Вахну с пустыми руками или начать всё с начала. Ни то, ни другое меня не устраивало.
Я прислонилась спиной к неровному камню и принялась ждать.
Шаги становились всё громче, и вместе с ними до меня донеслось тихое и сосредоточенное бормотание, слишком невнятное, чтобы различить отдельные слова. Обычный человек, заплутавший в паутине труб? Или каннибал, потерявший остатки рассудка от голода и болезней? С сердцем, готовым выпрыгнуть из груди, я стиснула рукоятку кинжала изо всех сил. Может, я паниковала и зря, но по моему опыту, лучше было перестраховаться.
Я дождалась, пока он дойдет до угла, и выскочила ему навстречу. В полутьме я увидела испуганное лицо, выгоревшие на солнце волосы и широко раскрытые синие глаза, и мне потребовалось несколько секунд на то, чтобы осознать, что я знала его. Или, по крайней мере, уже видела раньше.
— Ой! — незнакомец отпрыгнул в сторону, подальше от моего лезвия. У него была хорошая реакция; даже если бы я не застыла, я бы всё равно не успела опустить клинок. — Стой-стой-стой, не трогай меня, — сказал он, пятясь с поднятыми руками. — У меня нет с собой ничего ценного, клянусь.
— Снова ты! — воскликнула я, опуская кинжал. Парнишка с крыши моргнул, столь же удивлённый этой встречей, как и я. — Что ты тут делаешь?
— Что я здесь делаю? — он пожал плечами, и я знала, что в тот момент он тоже меня узнал, потому что по его лицу расползлась уже знакомая мне улыбка. — Иду, куда Судьба ведёт, разумеется.
— Судьба привела тебя в канализацию?
— Ну, как сказать. Я сам привёл себя в канализацию, — он переплёл пальцы у себя за спиной, выглядя как-то чересчур расслабленным, учитывая обстоятельства. — Но при этом я шёл туда, куда меня вела Судьба. Я ведь Гончий Судьбы. Мы только этим и занимаемся.
Я покачала головой. Гончие Судьбы были загадкой для всех, без исключения. Они метались из королевства в королевство в погоне за своей судьбой. Что бы это ни означало. Как можно гнаться за своей судьбой? Я этого не понимала, но спрашивать у него не собиралась. Все знали, что задавать Гончему вопросы о Судьбе было всё равно, что биться головой об стенку.
— И что ты здесь хотел найти? — вместо этого спросила я его.
— Понятия не имею, — засмеялся он, совершенно этого не стесняясь. — Просто утром меня охватило такое странное чувство, словно здесь меня что-то ждёт. Но сейчас ответ мне очевиден, — он наклонил голову и окинул меня любопытным взором. — Мне было суждено встретиться с тобой. Другого варианта быть не может. Ведь вот мы, здесь.
— Ты здесь, — согласилась я и отступила на шаг назад. У меня на эту ерунду не было времени, что бы это ни была за ерунда. — А я пошла туда. Так что можешь начинать искать ближайшую лестницу на поверхность. Тут небезопасно.
— На поверхность? — он казался искренне удивленным. — Нет, мне нельзя. Я же только тебя нашёл. Нам суждено было встретиться.
— Что?
— Тогда на крыше? Это было не совпадение. А теперь я снова с тобой столкнулся, да ещё и в таком месте? — он с улыбкой покачал головой. — Со мной случайностей не бывает. Наши судьбы пересеклись, пути переплелись, и теперь нам нужно проследовать по ним до самого конца. Всему есть причина, и нашей встрече тоже.
— Нет никакой причины, — отмахнулась я от него. Я не могла позволить ему увязаться за мной в город Бессмертных Королей. Если для меня это был риск, то для него — точно самоубийство. — Тебе со мной нельзя, — сказала я. — Уходи.
— Извини, — он развёл руками. — Я не спорю с Судьбой. Единственный способ от меня отделаться — это оставить меня здесь бездыханным.
Я нахмурилась. Я не хотела ему навредить, но если его не отпугнуть, то в лучшем случае он погибнет сам, а в худшем — и меня за собой утащит. Гончий или нет, вряд ли он к такому привык. Он не похож был на кого-то, кто мог себя защитить. Или остаться незамеченным. Хотя… кто знает? О Гончих Судьбы мне было известно мало, но это не имело значения. Я не могла вернуться к Вахну ни с чем. А значит, у меня не было времени присматривать за кем-то вроде этого парня. И вытаскивать его за шиворот из каждой ловушки я не могла. Хоть компания мне бы и не повредила.
Его нужно было как-то отвадить, несмотря на то, что он мне даже нравился. Иначе он сведёт в могилу нас обоих. Я снова подняла кинжал и с силой прижала кончик лезвия к его груди — ещё немного, и закапала бы кровь.
— Можно и так, — сказала я, и он напрягся. — Мёртвым ты за мной не поплетёшься.
Наши взгляды схлестнулись, но в его глазах не было страха, а в улыбке мелькнуло странное смирение. Он снова поднял руки, показывая мне пустые ладони.
— Если мне судьба умереть здесь сегодня, то так и быть, — сказал он с поразительным спокойствием. — Не тот славный конец, на который я надеялся, но красота моего палача будет мне утешением.
Мои щёки запылали. Он, конечно, говорил не всерьёз; люди и не такое говорили с ножом у горла. Но смерти он, похоже, и впрямь не боялся.
Проклятье. Теперь, когда он знал, что я блефовала, я больше не могла ему угрожать. Да не очень-то мне и хотелось, особенно когда он смотрел на меня этим доверчивым щенячьим взором, в котором не было ни капли страха. Я со вздохом опустила кинжал и смерила его недовольным взглядом.
— Ну и ладно, — сказала я. — Делай, что хочешь. Но учти: здесь каждый сам за себя. Не жди, что я буду тебя спасать.
Он отвесил мне поклон, и когда он выпрямился, на его лицо вновь вернулась улыбка.
— Ты не пожалеешь об этом, — пообещал он. — Гончий Халек сегодня на твоей стороне, а значит, и удача с нами, ведь она улыбается мне чаще, чем другим. Посмотрим же, что нам уготовила Судьба, леди…
Несмотря ни на что, мои губы дрогнули в улыбке, но я быстро стёрла её с лица. Гончий Халек вряд ли продержится так долго, как ему бы хотелось.
— Не леди, — сказала я ему. — Можешь звать меня Спарроу.
— Спарроу, — повторил он и решительно кивнул. — Приятно познакомиться, большая честь. Я последую за тобой, пока Судьба не решит иначе.
— Хорошо, — сказала я и отвернулась. — Тогда не отставай.
Смысла говорить ему, что мы оба можем не выбраться оттуда живыми, я не видела.
Следующая глава
Любительские переводы публикуются исключительно в ознакомительных целях, авторские права принадлежат авторам и агентствам. При поступлении жалоб от заинтересованных лиц перевод может быть удален.