С самого детства я питала особую слабость к вампирам. Ну а кому, скажите, не льстит идея вечной молодости и бесконечного времени? Возможность хоть сто лет пересматривать фильмы с Козловским и Петровым, заново открывая для себя «величие искусства». (Хотя, честно, если бы Дракуле показали весь этот список «шедевров», он бы, наверное, прикончил себя ещё до того, как прыгнул с башни - но об этом позже.)
И вот, к моей радости, в прокате появляется «шедевр» - «Дракула: История любви». Подчёркиваю - полное название я написала не зря. Скажи просто «Дракула», и воображение рисует готический полумрак, исповедь под орган, свечи, тревожную красоту. А по факту - фильм про необыкновенную любовь (вдохновлённую, видимо, пабликом «Обнуляй».)
История вампира начинается в 1480 году. С первой же сцены нам показывают не “кровавого воителя”, а разгорячённого князя Влада II, которого свита буквально выдирает из супружеских объятий, отправляя на поле битвы сдерживать турецкое нашествие - будто на войну его тащат насильно, а не как человека, который клялся защищать свое княжество. (Удивительно, как турки до сих пор не заняли страну, пока наш князь усердно исполнял долг не перед Родиной, а перед супружеским ложем. Видимо, турки просто стояли вежливо в стороне, как джентльмены: "Заканчивай, Влад, мы подождём".)
Перед битвой он берёт благословение у Святого Отца и молится Богу об одном - сохранить жизнь жене. Молиться за жену - трогательно, но в контексте фильма выглядит так, будто он не столько верит, сколько пишет заказное письмо в небесную канцелярию: “Сохрани жену, а со страной я как-нибудь сам решу".
Тем временем княжну грузят в свадебный комплект «всё включено»: богатые одеяния, драгоценные цацки, километровая фата - и вперёд, верхом, подальше от врага. Гениально! Ведь благодаря километровой фате лошадь, конечно, будет набирать дополнительную скорость. Сценаристы явно считают, что логика - не для вампиров и не для зрителей.
Князь, ведомый стратегией уровня «пусть приходят [враги]», чудесным образом выигрывает битву (смею предположить, что все благодаря молитвам Святого Отца). Более того - князь успевает и «спасти» Элизабетту. Ну, как спасти - практически. Потому что умудряется кинуть во врага, стоящего напротив жены, длинный меч. Не кинжал, не кортик - именно длинный меч, который протыкает обоих. И вот она, завязка: жену убил, а виноват Бог.
В ярости князь идёт к пастырю и вопрошает: «Моя жена мертва! Бог оглох или ты плохо молился?» - и убивает его тарантиновским методом. Так Влад становится проклятым. Признаю, идея интригующая: быть вампиром - буквально Божье проклятие. А можно было бы круто обыграть аутогемофагию как метафору страстей и проклятий, но… нет, зачем?
Дальше - прыжок на 400 лет вперёд. Некая клыкастая «болезнь» набирает обороты. Противостоять проклятию пытаются священник (Кристофер Вальц - пожалуй, единственный здравый персонаж фильма) и доктор Дюмон. Священник, столкнувшись с нулевой пациенткой, без раздумий ставит диагноз: «вампиризм». И вот тут фильм показывает «аристократическую болезнь» так, что хочется закрыть лицо руками: это не вампир, а одержимая из «Очень страшного кино» или, на худой конец, суккуб, но точно не холоднокровная вампириха ( или вампирка, кому как нравится) .
После того, как зрителя предупредили о «пандемии клыков», начинается знакомый сюжет по книге Б. Стокера: Джонатан Харкер, агент по недвижимости, прибывает в мрачный замок, чтобы уговорить хозяина продать имение в Англии. Ничто не способно поколебать его риелторский оптимизм: ни хозяин, похожий на перезревшую игуану, ни сама собой перемещающаяся посуда, ни пафосный страх Влада II перед распятием. Можно подумать, что Джонатан готов подписать договор даже с призраком, лишь бы получить комиссионные.
Без раздумий агент спокойно ужинает с мрачным хозяином и остаётся на ночь. Правда перед сном наш милый агент исследует замок и натыкается на гроб с табличкой: «Без шрёдингизма! Князь внутри!». Внутри - о, чудо- Дракула. «Зря вы вышли из своей комнаты…» - сообщает князь, а после начинает "готовить" Джонатана, как рождественскую утку: подвешивает за ноги, чтобы кровь прилила к голове, маринует угнетением и страхом.
И тут же, без лишних слов, князь великодушно предлагает «последнее желание». И что просит бедный риелтор? Конечно же, услышать историю жизни бледного князя! Тут-то нарцисс и расцветает в Дракуле во всей красе - наконец, кто-то готов выслушать трагедию всей жизни. Ведь внимание - это всё, что нужно истинному самовлюблённому бессмертному.
И вот нам преподносят безусловную и страдальческую любовь проклятого Дракулы, который веками искал свою «чистую душу» в виде Элизабетты. Забавно, что эту «чистоту» нам почему-то не показали - только бесконечные игрища в постели и похоть милой княжны. Но ладно, верим на слово: чиста душой, так чиста. Он, как истинный страдалец, годы напролёт лежит на надгробии, посыпает голову снегом и мерзнет с прахом любимой. Вся эта «любовь» напоминает не взрослые чувства, а скорее душещипательную историю про шлем и мотоцикл: парень драматично погибает, спасая девушку тем, что отдаёт ей шлем, хотя по логике было достаточно просто не давить на газ - мотоцикл сам бы остановился. ( для тех, кто не в теме : https://pikabu.ru/story/devushka_i_paren_ekhali_na_mototsikle_parodiya_8275700) Только тут наоборот: он бессмертен, она умерла ( не выдержав его привычки размахивать своими «длинными символами власти»), а страдает всё равно он. Не любовь - сплошной нарциссический марафон: я страдаю, значит, я велик.
Невольно при просмотре возникает образ усталого психотерапевта, который, сидя в кресле, смотрит на Дракулу и мягко, но безнадежно говорит: « Нет, ваша любовь, построенная на романтизации историй из пабликов "Обнуляй" не является здоровой привязанностью».
Первые несколько десятков лет князь не может свыкнуться со смертью жены. Он снова и снова взбирается на башню, чтобы эффектно сброситься вниз, пафосно твердя: «Я хотел бы, чтобы надежда убивала». Звучит красиво, но выглядит как чистая манипуляция и театр одного актёра. Он ведь прекрасно понимает: убить его может только Бог, с которым он якобы ведёт свою личную, вечную войну.
И тут возникает вопрос: зачем подниматься на башню в десятый раз, чтобы снова упасть и не умереть? Для чего этот цирк с повторяющимися прыжками, если существуют куда более действенные методы? Облейся святой водой - и , привет, финал. Возьми в руки распятие - и до свидания. Заколи себя колом - и curtain call
После этих исповедей наш агент упоминает о своей любви - Мине. И - о чудо! - Мина оказывается реинкарнацией той самой Элизабетты. Как всё удобно устроено: совпадение, достойное сюжета на распечатке сценариста с нехилым чувством юмора. Великодушно милуя Джонатана, бледный нарцисс готовится к великой встрече и принимает мудрейшее решение: напиться крови - в Божьем доме. Теперь он внезапно не боится ни распятий, ни храмов. Логика? Какой там, логика - это для людей, а не для великого страдальца.
Перед этим он купается - то есть обливается - «особым парфюмом», который, по сценарию, заставляет людей поддаваться его воле. (Привет, «Парфюмер: История одного убийцы», ты пришёл и ушёл - ,оставив позорное эхо). Честно, я не понимаю, зачем ему этот парфюм, если он, чёрт побери, вампир с гипнозом и телекинезом. Это всё равно, что покупать очки для чтения, когда у тебя уже зрение супергероя.
Возвращаясь к сюжету, его "парфюм" совращает монахинь и те любезно дают напиться своей крови (видать, "святая" кровь более органическая и целебная), а после Дракула изображает благоговейную сцену поклонения из вышесказанного фильма. Но вместо молодого гениального парфюмера у нас здесь какая‑то шершавая ящерица‑князь.
И ещё: при создании своего «волшебного парфюма» он проверял его эффективность на окружающих. Благодаря этому он мог собирать толпы людей в одном месте, чтобы увеличить шанс найти свою Элизабетту ( а точнее - ее реинкарнацию). И вот, среди миллионов восхищённых поклонниц, он сталкивается с мимолётным отказом от француженки, которая издали напомнила ему Элизабетту. И что делает наш морально непреклонный герой? Правильно, заявляет: «Мир опошлён и развратен, тут нет чистой любви!» Забавно: человек, чья первоначальная «любовь» держалась исключительно на похоти и постельных играх, внезапно превращается в моралиста и философа.
В середине фильма, Дракула становится неким Печориным с клыками: величественный комплекс нарциссизма и инфантилизма в дорогой упаковке, но по сути тот же тщеславный бывший, который не может отпустить и простить факт ухода любимой (а тут-то она уходила скорее вынужденно - от длинного меча любимого мужа). И давайте будем честными: если бы князь любил по-настоящему, он бы отпустил её. Он не любит Мину - он любит свой собственный фантом Элизабетты. Любит ностальгию о собственной молодости и времени, когда мог чувствовать и быть теплым. А сейчас он скорее любит собственное мучение.
А про тот длинный меч, который он когда-то бросил в возлюбленную… Конечно, это всё ещё «вина Бога». Видимо, единственная вина Всевышнего - в том, что такой идиот вообще остался жив после сражения. Меч-то, по логике, должен был решить все вопросы, а вместо этого стал символом глупости князя.
Вскоре случается долгожданная встреча наших "возлюбленных". Мина говорит, что любит свою тихую загородную рутину. Природу. Князь Влад слушает и думает: «Потрясающе, пусть полюбит и меня, нежить гниющую. А заодно и мёртвой станет». Ведь наш нарцисс не умеет отпускать прошлое. Фейерверк чувств, страсть, похоть - и вот Мина уже не помнит свою жизнь, становясь Элизабеттой.
Помните, почему я говорила, что священник - самый здравый человек? Потому что именно он говорит нашему князю: «Элизабетта для тебя - спасение, но ты для нее - проклятие. Всё это время ты боролся не с Богом, а с собой». Браво! Ведь именно князь виноват в смерти жены, а не Высшие Силы.
После этой беседы, каясь и осознавая собственную глупость, князь Влад II решает умереть, оставив Мину с разбитым сердцем. Он вошёл в её жизнь, перевернул всё с ног на голову, как архетипичный бывший, и просто… решил покаяться. Он оставляет ее совсем одну, ведь её муж понимает, что она его никогда не любила. Прекрасно! В конце мы также узнаём, что наш милый Дракула любит детский, рабский труд, но это уже другая история.
Итог: вместо ожидаемой готической трагедии мы получаем нарцисса с комплексом Печорина, который сам всё сломал, а теперь жалуется, будто Бог самолично лишил его княжны. А Бог, между прочим, и знать не знает, что этот «великий стратег» сам же метнул длинный меч прямо в собственную жену, после чего устроил драму уровня «Всемогущий, почему со мной так несправедливо?!». Логика фильма, мягко говоря, летит в окно: вместо трагедии о власти, страхе и бессмертии мы наблюдаем вечные страдания самовлюблённого нарцисса, которому нужна не любовь, не кровь, а лишь постоянное подтверждение собственного величия.
«Дракула» (2025) - это не Стокер и уж точно не Коппола. Это странный гибрид «Очень страшного кино», «Парфюмера» и паблика «Обнуляй», где трагедия превращена в карикатуру. Фильм вроде и старается быть глубокомысленным, но по сути превращает Дракулу в бессмертного Печорина с вечным кризисом, для которого главное - созависимая любовь.
Моя оценка: 🦇🦇 / 5. Слишком много ящериц, слишком мало крови.
P.S. Аплодисменты - это, конечно, приятно, но цифры на карте ещё красноречивее 😉. Карта для добровольных оваций: 2204 3201 6561 5503 (ozon банк)