— Вы семь лет на съёме жили! Думал, хоть немного сэкономить? Нет! — Вера Павловна гневно стукнула ладонью по кухонному столу. — Помощи от вас никакой! Только о себе и думаете.
— Мама! Ну что ты такое говоришь? — возмутилась Анна. — Разве мы тебе не помогаем?
— Хоть бы Оленька быстрее замуж вышла. Вот второй зять, похоже, у меня не такой будет. А этот... Тьфу, примак!
Дмитрий, до этого молчаливо сносивший упрёки, побледнел. Он молча поднялся из-за стола и быстрым шагом вышел из кухни, а затем и из квартиры. Входная дверь хлопнула так, что зазвенела посуда в серванте, а со старого шкафа в прихожей что-то с глухим стуком упало на пол.
— Моя шляпка!!! — взвизгнула Вера Павловна и кинулась поднимать с пола раритет. Это была старинная шляпка, украшенная выцветшими от времени цветами и лентами, — память о её давно ушедшей подруге. — Чтобы духу его здесь не было! Слышишь, Анна?! Пусть выметается! Мужлан!.. Куда ты?!
— Я ухожу вместе с ним, — тихо, но твёрдо сказала Анна. — Он мой муж. И я его люблю. И вообще-то он для нас старается, и для меня, в частности. Он хочет, чтобы я поскорее стала хозяйкой своего дома.
— Ах вот как ты заговорила?! Мать тебе не указ! Муженёк дороже стал? — Вера Павловна угрожающе нависла над дочерью, которая, сидя на полу, уже пыталась застегнуть большую спортивную сумку, набитую их с Дмитрием вещами. — Выметайся тогда и ты!
Анна вышла из подъезда и увидела мужа. Он сидел на лавочке, сгорбившись, и смотрел куда-то в пустоту.
— Ань, ну почему нам так не везёт с тобой, а? — не оборачиваясь, спросил он, услышав шаги жены.
Она села рядом и прижалась к его плечу.
— Всё наладится! Вот увидишь, — сказала она, хотя у самой на душе скребли кошки.
Эту ночь они провели на вокзале, в неуютном зале ожидания, под пристальными взглядами таких же неприкаянных людей. Утром, словно ничего не случилось, отправились на работу.
В редкие свободные минуты Анна и Дмитрий лихорадочно просматривали объявления о сдаваемых квартирах. После работы они встретились и, почти не надеясь на удачу, отправились смотреть один из вариантов.
Спустя два часа, уставшие, но довольные, они забрали свои вещи из камеры хранения вокзала и поехали в новое, пусть и временное, жильё.
Начиналось всё восемь лет назад. Анна и Дмитрий встретились, полюбили друг друга и расписались, мечтая о своём уютном гнёздышке. Жить у родителей Дмитрия было невозможно. В их крохотной двушке, кроме них самих, ютилась старенькая, неходячая бабушка, которую забрали из деревни дохаживать, и почти круглосуточно находилась сиделка.
Молодые нашли очень дешёвую квартиру в ужасном состоянии и сняли её. Хозяин, которому она была не нужна, разрешил делать всё что угодно и обещал, что жить там можно будет долго, лишь бы платили вовремя.
За семь лет Анна и Дмитрий своими силами превратили эту «убитую» квартиру в настоящую конфетку. Потихоньку откладывали деньги, и до покупки собственного жилья оставалось накопить совсем немного.
Но однажды хозяин поставил их перед фактом.
— Через месяц продавать буду, — без обиняков заявил он. — Деньги нужны.
— Конечно, — с горечью сказал потом Дмитрий жене. — Мы из его дыры конфетку сделали. Теперь можно и продавать.
— Ещё бы годочек, — расстроенно вздохнула Анна. — Мы почти накопили.
Найти что-то по такой же цене оказалось нереально. Время поджимало, через неделю нужно было съезжать, а подходящих вариантов всё не было. Они были в отчаянии.
И тут, как спасение, раздался звонок от матери. Вера Павловна, которая никогда не просила их о помощи, вдруг позвала на дачу.
Отношения у Анны с матерью всегда были прохладными. Вера Павловна не скрывала, что больше любит младшую дочь, Ольгу.
Анна была папиной дочкой, и после его ранней смерти совсем оказалась не у дел. Вышла замуж и съехала, и с тех пор они с матерью общались редко, в основном по телефону.
Причина внезапного звонка оказалась проста. Жених Ольги, Кирилл, который всегда был у будущей тёщи на подхвате, не мог приехать — сломалась машина. А на даче, как водится весной, было полно работы. Узнав о проблемах Анны с жильём, Вера Павловна великодушно предложила:
— Оленька-то съехала, у Кирилла живёт. Скоро свадьба. А мне тут сразу скучно стало, одной-то. Так что приезжайте, живите. Вот и поможете мне заодно.
— Хорошо, Аня. Так мы с тобой ещё быстрее накопим, — обрадовался Дмитрий. — Чуточку осталось. Спасибо твоей маме! Поможем мы ей, конечно, не вопрос.
Но всё оказалось не так просто. Буквально через неделю Дмитрия на работе перевели на другой график: два через два по двенадцать часов. Зарплата значительно выросла, но дорога из дома тёщи занимала почти два часа в одну сторону.
В свои выходные Дмитрий просто падал с ног от усталости, ему было не до грядок и не до дачи.
Вера Павловна поджимала губы, обижалась и постоянно выговаривала Анне.
— Только о своей работе и думает! Эгоист! Я на вас так рассчитывала! — жаловалась она. — У Кирилла сначала машина сломалась, а теперь и сам в больницу с аппендицитом попал. Золотой зять, а толку? И от твоего никакой помощи!
— Мама, он никакой от усталости! — пыталась защитить мужа Анна, напоминая, что сама-то она помогает. Но мать лишь отмахивалась.
Последней каплей стало её требование, чтобы Дмитрий поехал сажать картошку в свой рабочий день. Он, разумеется, отказался. Это и привело к той самой ссоре, закончившейся криком «Выметайтесь!».
Прошло два года. Ужавшись в расходах, экономя на всём, Анна и Дмитрий всё-таки купили собственную небольшую, но свою квартиру.
С Верой Павловной они почти не общались — так, редкие дежурные звонки по праздникам. И вдруг раздался звонок.
— Анечка, — слабым, едва слышным голосом прошептала в трубку Вера Павловна. — Я, кажется, совсем расклеилась. Заболела сильно. Сил нет даже в магазин сходить.
Несмотря на все обиды, сердце у Анны сжалось. Она тут же сорвалась с места, по дороге лихорадочно соображая: а где же любимая дочь Ольга? Почему не она помогает матери?
Приехав, Анна застала Веру Павловну в постели, бледную и слабую. Оказалось, что Ольга, узнав о болезни, тут же уехала, испугавшись заразить своего маленького ребёнка. А позже, когда мать попросила её хотя бы купить хлеба, соврала, что уехала из города.
Анна осталась ухаживать за матерью. Она готовила, убирала, бегала по аптекам и магазинам.
Вера Павловна впала в депрессию, плакала и даже просила выкинуть ту самую шляпку, которая стала символом их разрыва. Анна, конечно, не выкинула.
В один из дней она набрала номер сестры.
— Оля, как ты могла? Маме так плохо!
— А что я? — беззаботно ответила Ольга. — Мы с Кириллом в речном круизе, давно планировали. А малышку свекрови оставили. У меня своя жизнь!
Анну поразила эта наглость. Она молча повесила трубку.
Через неделю Вера Павловна полностью поправилась. Она позвонила Анне сама, бодрым, окрепшим голосом.
— Анечка, спасибо тебе! Я уже бегаю, всё хорошо! Тут Оленька опять внучку привезла, просила посидеть.
— Мам, а ты не устала? Тебе же отдыхать надо, — осторожно спросила Анна.
— Ну а что делать? — вздохнула Вера Павловна. И добавила фразу, от которой у Анны всё похолодело внутри: — Не скажу же я им «выметайтесь!»?
Анна молча положила трубку. Слёзы сами хлынули из глаз. Для матери ничего не изменилось.
Любимой Ольге и её семье можно было всё — бросать, пренебрегать, использовать. А для неё, Анны, и её мужа — только упрёки и требования.
Дмитрий подошёл и крепко обнял её.
— Тише, родная, тише. Не плачь. Главное, что мы есть друг у друга. А остальное... остальное неважно.
И Анна, уткнувшись ему в плечо, поняла, что он прав. Её семья — это он. А там, в прошлой жизни, ничего уже не исправить. И не нужно.
Ставьте 👍, если дочитали.
✅ Подписывайтесь на канал, чтобы читать еще больше историй!