— Света, ты же понимаешь, что это наш последний шанс? — голос брата дрожал от волнения.
— Какой шанс, Вадим? — Светлана сжала телефон покрепче. — Ты уже третий раз за год просишь денег!
— Но это другое! Мне нужно всего сто пятьдесят тысяч на первый взнос. Квартиру беру в ипотеку, понимаешь? Наконец-то с Леной заживём нормально!
Светлана опустилась на диван. Устала. От работы, от бесконечных просьб, от того, что все вокруг считают её обязанной.
— У меня нет таких денег, — сказала она тихо.
— Как нет? — брат возмутился. — Ты же получаешь хорошо! Мама говорила, что тебе зарплату подняли!
Вот и всё. Мама, конечно же. Мама всем рассказывает про её зарплату, про премии, про то, что Света может себе позволить отдохнуть на море раз в год.
— Вадим, я только кредит за машину выплатила. Два года платила по тридцать тысяч ежемесячно. У меня на счету двести тысяч — это всё, что я накопила.
— Ну так дай эти двести! Я потом верну!
— Когда потом? — Светлана почувствовала, как внутри всё закипает. — Как в прошлый раз, когда ты брал пятьдесят тысяч на ремонт и до сих пор не вернул?
— Я же объяснял! У нас с Леной расходы! Ребёнок растёт!
— У меня тоже дочь растёт, между прочим!
Повисла тишина. Потом брат тяжело вздохнул.
— Знаешь, Светка, ты совсем жадная стала. Раньше не такая была.
Он бросил трубку. Светлана сидела и смотрела в одну точку.
Жадная. Вот как теперь называют того, кто не хочет раздавать свои деньги направо и налево.
****
Всё началось три года назад, когда Светлана наконец-то получила повышение. Она работала бухгалтером в строительной компании, вкалывала с утра до ночи, брала переработки. И вот — начальник отдела. Зарплата восемьдесят тысяч рублей.
Мама узнала первой. Обрадовалась так, будто сама выиграла в лотерею.
— Светочка, теперь ты сможешь помочь Вадиму! Он так мучается в той однушке с женой и ребёнком!
— Мам, у меня самой ипотека за двухкомнатную квартиру. Сорок пять тысяч каждый месяц.
— Ну и что? У тебя же теперь хорошо получается! Ты же старшая, должна помогать младшему!
Старшая. Вечное это слово. Старшая значит должна. Старшая значит обязана. Старшая значит у неё всё есть, а у младшего — бедняга такой.
Первый раз Светлана дала брату тридцать тысяч. На ремонт в ванной, сказал. Обещал вернуть через три месяца. Прошёл год — денег как не было.
Второй раз — пятьдесят тысяч. Машина сломалась, срочно нужен ремонт. Опять обещал вернуть. Опять тишина.
А мама всё говорила: "Он же брат твой! Семья должна помогать друг другу!"
Но когда Светлане самой понадобились деньги на операцию дочери год назад, брат сказал, что у него сейчас сложный период. И мама тоже развела руками: "Ну ты же понимаешь, у него ребёнок маленький!"
Тогда Светлана взяла кредит под двадцать процентов годовых. Выплачивала девять месяцев. Затянула пояс так, что еле дышала.
****
На следующий день позвонила мама.
— Света, ты чего вчера с Вадимом так разговаривала?
— Мам, я просто устала давать деньги, которые никто не возвращает.
— Как не возвращает? Он же обещал!
— Мам, он уже два года как обещает. Восемьдесят тысяч он мне должен. Восемьдесят!
— Ну дак он же в ипотеку залез! Откуда у него деньги?
Светлана прикрыла глаза. Вот именно. Откуда у него деньги, если он сам в ипотеку залез? А у неё, значит, есть?
— Мам, я тоже в ипотеке. И дочь у меня в девятый класс пошла, ей на репетиторов нужно. На экзамены готовиться.
— Ну так ты же больше получаешь!
— Это не значит, что я должна всех содержать!
Мама обиделась. Сказала, что Света совсем забыла про семью. Что раньше добрая была, а теперь чёрствая стала.
Светлана положила трубку и заплакала. От бессилия. От несправедливости. От того, что никто не понимает, как тяжело одной тянуть всё.
Она развелась с мужем четыре года назад. Алексей оказался тем ещё экземпляром — пил, работать не хотел, только обещаниями кормил. Ушла сама, забрав дочь.
С тех пор тянула в одиночку. Работа, дом, ребёнок. Ипотека, кредиты, бесконечные расходы. Но она справлялась. Без нытья, без просьб о помощи.
А теперь её называют жадной. За то, что не хочет раздавать последнее.
****
Вечером пришла с работы Ксюша, дочь. Увидела заплаканные глаза матери и сразу насторожилась.
— Мам, что случилось?
— Да так, ерунда. Дядя Вадим опять денег просит.
Ксюша скривилась. Она никогда не любила этого дядю. Особенно после того случая на её день рождения два года назад.
Светлана тогда испекла торт, накрыла стол. Пригласила родню. Вадим пришёл с пустыми руками.
— А подарок? — спросила Ксюша, тогда ещё наивная тринадцатилетка.
— Подарок — это я тебя поздравил, — ухмыльнулся дядя. — У меня самого денег нет, а твоя мама богатая, сама себе всё купит и тебе.
Ксюша тогда расплакалась и убежала в комнату. Светлана выгнала брата. Но мама встала на его защиту: "Ну что ты хочешь от него? У человека и так проблемы!"
— Мам, не давай ему больше ничего, — твёрдо сказала сейчас Ксюша. — Он никогда не вернёт. Он просто пользуется тобой.
— Я и не собираюсь давать.
— А бабушка что говорит?
— Говорит, что я чёрствая стала.
Ксюша обняла мать.
— Ты не чёрствая. Ты просто умная. Наконец-то.
****
Но семья не оставила её в покое. Через два дня приехала мама. С полными сумками продуктов, с борщом в кастрюле, с этим своим "заботливым" видом.
— Светочка, я тебе борща привезла. Знаю, что ты устаёшь, не успеваешь готовить.
— Спасибо, мам.
Они сели пить чай. Мама долго молчала, потом вздохнула.
— Слушай, дочка, ну нельзя же так с братом. Он же родной!
— Мам, мы уже это обсуждали.
— Ну дай ему хоть сто тысяч! У тебя же есть!
— Мам, это мои накопления. Я их год собирала. Это всё, что у меня есть на чёрный день.
— А у Вадима как раз чёрный день!
Светлана поставила чашку на стол.
— Мам, ты знаешь, сколько он мне должен?
— Ну, он же вернёт когда-нибудь!
— Когда? Когда я на пенсию выйду?
Мама нахмурилась.
— Ты совсем про семью забыла. У тебя деньги есть, а ты жадничаешь. Он же младший, ему помогать надо!
— А кто мне помогал, когда я одна с ребёнком осталась? Когда мне на операцию дочери деньги понадобились?
— Ну так у него тогда не было!
— А сейчас у меня нет!
Мама резко встала.
— Знаешь что, Светлана? Я тебя такой не знала. Ты прям вся в отца пошла — такая же жадная.
Она схватила сумку и ушла, хлопнув дверью.
Светлана осталась сидеть на кухне. Руки тряслись. В груди горел комок обиды.
Жадная. Опять это слово.
Значит, если ты не раздаёшь всем подряд свои деньги — ты жадная. Если ты думаешь о своём будущем — ты эгоистка. Если ты хочешь жить нормально — ты про семью забыла.
****
На следующей неделе случилось то, что окончательно переполнило чашу терпения.
Светлана зашла в магазин за продуктами. И встретила там Лену, жену брата. Та стояла у витрины с сырами, выбирала что-то дорогое.
— О, привет, Света! — Лена улыбнулась фальшиво. — Ты на сыр тоже смотришь? Я вот беру этот итальянский, двенадцать тысяч за килограмм. Вадик обожает!
Светлана молча кивнула. Её взгляд упал на тележку Лены. Там лежали устрицы, красная икра, дорогое вино, французские сыры.
— Праздник какой-то? — не выдержала она.
— Да нет, так, ужин обычный. Мы же теперь в новую квартиру въезжаем, хочу устроить семейный вечер.
— В новую квартиру?
— Ну да! Мы же первый взнос внесли! Вадик говорил, что ты не смогла помочь, но мы всё равно справились!
Светлана почувствовала, как кровь отливает от лица.
— Справились? А откуда деньги?
— А что такого? Родители Вадика помогли. Ну, то есть твоя мама.
Мама. Конечно же.
— Сколько она дала?
— Сто пятьдесят тысяч. Сказала, что это её накопления с пенсии. Вот молодец какая! А ты жалко было.
Лена улыбнулась ещё шире и покатила тележку к кассе.
Светлана стояла как громом поражённая. Мама отдала брату сто пятьдесят тысяч. Сто пятьдесят! А её, родную дочь, назвала жадной.
Она вышла из магазина, забыв про продукты. Села в машину. Достала телефон и набрала мамин номер.
— Алло?
— Мам, это правда, что ты дала Вадиму сто пятьдесят тысяч?
Молчание.
— Мам, я спрашиваю!
— Света, ну он же мой сын! Я не могла отказать!
— А я что, не дочь?!
— Ты же получаешь хорошо! А у него семья, ребёнок!
— У меня тоже семья! У меня тоже ребёнок! И у меня тоже не бесконечный кошелёк!
— Светка, не кричи на меня!
— Я буду кричать! Ты меня жадной назвала! А сама взяла и отдала ему всё! Эти деньги тебе я три года назад подарила, когда ты на операцию собиралась! Я тебе их ПОДАРИЛА, понимаешь?!
Мама замолчала. Потом тихо сказала:
— Это мои деньги. Я их куда хочу, туда и трачу.
— Да, мам. Твои деньги. И мои — тоже мои. Запомни это.
Светлана бросила трубку.
У неё перехватило дыхание. В глазах потемнело от гнева и обиды.
Три года назад мама жаловалась, что нужна операция на глазах. Катаракта, зрение падает. Говорила, что пенсии не хватает. Светлана тогда отдала ей двести тысяч. Последние накопления. Сказала: "Мам, это тебе. На операцию и на восстановление."
А мама взяла эти деньги и отдала брату. Не операцию делала. Просто копила и отдала любимому сыночку.
И ещё смеет её жадной называть.
****
Вечером Светлана сидела в своей квартире и думала. О семье. О долгах. О том, что значит слово "должна".
Всю жизнь она была "старшей". Всю жизнь от неё ждали помощи. Всю жизнь она тянула на себе всех — брата, маму, даже бывшего мужа когда-то.
А что получила взамен? Обвинения в жадности.
Ксюша села рядом.
— Мам, ты чего такая мрачная?
Светлана обняла дочь.
— Ксюш, я решила. Больше никому ничего не дам. Хватит. Пусть считают меня жадной. Мне всё равно.
— Правильно, мам.
— Эти деньги я откладываю на твоё образование. Ты в следующем году в институт пойдёшь. Тебе на учёбу нужно, на общежитие. Вот на что я буду копить.
Ксюша прижалась к матери.
— Я тебя люблю, мам. И никогда не попрошу больше, чем ты можешь дать.
Светлана улыбнулась сквозь слёзы.
Наконец-то кто-то понял.
Но история на этом не закончилась. Потому что через три дня произошло событие, которое заставило Светлану действовать.
Конец 1 части, завершение читайте сегодня в 21:00, чтобы не пропустить, просто жмите ПОДПИСАТЬСЯ 😉