Когда Дмитрий решил развлечь своих друзей, выставив меня в смешном свете перед гостями, он понятия не имел, что я давно готова дать ему достойный урок.
— Ребята, хотите посмеяться? — объявил он, когда я выносила на стол салаты. — Моя Светка теперь бизнес-леди!
Друзья переглянулись с любопытством. В гостиной пахло дымом сигарет и дешёвым пивом — аромат мужских посиделок, которые я терпела уже пятнадцать лет.
— Серьёзно? — поддел Алексей. — А чем торгует?
— Вязаными носками через интернет! — захохотал Дима. — Представляете? Сидит целыми днями, щёлкает спицами, как бабушка в деревне.
Смех прокатился по комнате волной. Я поставила тарелку с нарезкой, промолчала. Пусть веселятся.
— И много зарабатывает? — спросил Виктор, утирая слёзы.
— Копейки! — отмахнулся муж. — За месяц столько получает, сколько я за неделю. Но зато важная такая ходит, говорит про «развитие бренда».
— «Развитие бренда»! — передразнил Алексей писклявым голосом. — Носки-то небось как у всех, серые и шерстяные.
— Да нет, она там узоры всякие выдумывает, — продолжал Дмитрий. — Цветочки, листочки. Детский сад, честное слово.
Я вышла на кухню, включила чайник. Руки слегка дрожали от злости, но на лице сохранялось спокойствие. За пятнадцать лет брака научилась держать эмоции при себе.
Из гостиной доносился хохот и новые шутки. Дима вошёл в раж, рассказывая друзьям, как я «строю из себя предпринимательницу».
— А недавно на какую-то встречу предпринимателей поехала, — продолжал он. — Приоделась, макияж навела. Думаете, что там было? Пять таких же домохозяек в подвале кафе сидели, друг другу про «стратегии продвижения» рассказывали.
— Ну и как, стратегии помогли? — поинтересовался Виктор.
— Ещё больше времени стала тратить на эти носки. Раньше хоть ужин нормально готовила, а теперь полуфабрикаты покупает — некогда, видите ли.
Вода в чайнике закипела. Я заварила чай, расставила чашки на поднос. Движения спокойные, размеренные. Никто не должен заподозрить, что внутри кипит буря.
Вернувшись в гостиную, поставила поднос на стол. Друзья Димы смотрели на меня с плохо скрываемым весельем — ждали новых подробностей о моём «смехотворном бизнесе».
— Света, а покажи ребятам свои носки, — предложил муж. — Пусть оценят «дизайнерскую работу».
— Зачем? — тихо спросила я.
— Да так, интересно же. Ты столько про них рассказываешь, а мы ни разу не видели.
— Я не рассказываю. Ты сам спрашиваешь.
— Ну так покажи, — настаивал Дмитрий. — Или стесняешься?
Алексей хмыкнул:
— Наверное, действительно как у всех. Обычные носки за тройную цену.
— Да нет, там узоры, — заступился Виктор. — Может, красивые.
Я прошла в спальню, достала из комода несколько пар носков. Вязала их для себя — образцы новых моделей. Вернулась в гостиную, молча положила на стол.
Друзья наклонились, рассматривая изделия. Смех постепенно стих — носки действительно были необычными. Сложные жаккардовые узоры, яркие цвета, безупречная техника исполнения.
— Хм, — протянул Алексей. — А работа неплохая.
— Неплохая? — удивился Дима. — Да это же носки! Какая там может быть работа?
— Димка, а ты сам такие сможешь связать? — спросил Виктор.
— А зачем мне их вязать? Я на заводе работаю, настоящее дело делаю.
— Ага, болты крутишь, — хмыкнул Алексей. — Тоже мне, менеджер.
— Болты — это основа производства! — возмутился Дмитрий. — А носки — баловство.
Повисла неловкая пауза. Друзья листали телефоны, избегая взглядов. Атмосфера из веселой превратилась в напряжённую.
— Ладно, не будем спорить, — примирительно сказал Виктор. — У каждого своё дело.
— Точно, — поддержал Алексей. — Света, а сколько времени на одну пару уходит?
— По-разному, — ответила я. — От трёх дней до недели.
— И продаёшь по сколько?
— От двух до пяти тысяч за пару.
Воцарилась тишина. Дмитрий поперхнулся пивом, уставился на меня:
— Сколько?!
— От двух до пяти тысяч рублей.
— За носки?! — не поверил Алексей.
— За эксклюзивные носки ручной работы.
Виктор взял в руки одну пару, внимательно осмотрел:
— Действительно, работа филигранная. И покупают?
— Покупают. Особенно в Москве и за границей.
— А сколько пар в месяц продаёшь? — осторожно поинтересовался Дмитрий.
— В среднем двадцать.
Быстрый подсчёт в голове заставил мужа побледнеть. Двадцать пар по три тысячи — шестьдесят тысяч рублей в месяц. Вдвое больше его зарплаты слесаря.
— Этого не может быть, — прошептал он.
— Может, — спокойно ответила я. — Покажешь им свою зарплатную ведомость, а я покажу выписку с банковского счёта?
Друзья переглянулись. Ситуация принимала неожиданный оборот — «домохозяйка с носками» зарабатывала больше всех присутствующих мужчин.
— Света, а ты всерьёз? — спросил Алексей. — Шестьдесят тысяч в месяц?
Я кивнула, убирая носки в коробку. Дмитрий сидел бледный, крутил в руках банку пива. Его друзья смотрели на него с плохо скрываемым любопытством — теперь в смешном положении оказался он сам.
Атмосфера в комнате кардинально изменилась. Вместо снисходительных улыбок — напряжённое молчание. Запах табачного дыма стал казаться удушливым, пиво в банках согрелось и потеряло привлекательность.
Виктор первым нарушил тишину, поднявшись с кресла:
— Нам пора. Жёны ждут.
Алексей тоже встал, натягивая куртку. Прощание получилось скомканным — обычные шутки и подколки остались за порогом вместе с хорошим настроением.
После ухода гостей Дмитрий долго сидел на кухне, уставившись в одну точку. Я мыла посуду, не нарушая его размышлений. Горячая вода смывала жир с тарелок, пар поднимался к потолку, создавая ощущение домашнего уюта — но уют был обманчивым.
— Света, — наконец произнёс он. — А почему ты раньше не говорила, сколько зарабатываешь?
— Ты не спрашивал. Тебе казалось, что это детские игры.
— Но шестьдесят тысяч...
— Иногда больше. В декабре было восемьдесят.
Он встал, прошёлся по кухне. В его движениях читалось смущение человека, который вдруг обнаружил, что не знает собственную жену.
— И куда ты эти деньги деваешь?
— Откладываю. На образование детей, на ремонт, на отпуск.
— А почему я не видел?
— Потому что ты считаешь семейный бюджет своей прерогативой. Я просто не тратила свои деньги, не ставя тебя в известность.
Дмитрий опустился на стул, потёр лицо руками. За пятнадцать лет брака он привык считать себя главным добытчиком семьи. Моя работа казалась ему милым хобби, которое не приносит реального дохода.
Теперь картина мира рушилась. Жена зарабатывала вдвое больше, имела собственные накопления и не нуждалась в его финансовой поддержке.
— Света, а что за встреча предпринимателей была?
— Семинар по развитию малого бизнеса. Полезные лекции, знакомства с коллегами.
— То есть не пять домохозяек в подвале?
— Двести участников в конференц-зале отеля. Среди них владельцы магазинов, кафе, интернет-проектов.
Он промолчал, переваривая информацию. Каждая моя фраза переворачивала его представления о реальности.
Следующие дни прошли в странной атмосфере. Дмитрий избегал разговоров о работе, не шутил над моим вязанием, даже не комментировал количество времени, которое я трачу на заказы.
Зато начал приставать с вопросами о доходах, клиентах, планах развития. Словно пытался наверстать пятнадцать лет невнимания к моим делам.
— А сколько у тебя заказов на следующий месяц?
— Двадцать пять. Очередь расписана до марта.
— И все такие дорогие?
— Разные. Есть простые модели по две тысячи, есть эксклюзив по семь.
— Семь тысяч за носки?!
— За авторскую работу с использованием кашемира и шёлка.
Его удивлению не было предела. Мир, в котором носки стоят дороже его недельной зарплаты, казался фантастическим.
Но настоящий сюрприз ждал Дмитрия впереди. То, что он узнал о моих доходах, было лишь верхушкой айсберга. Основные события должны были развернуться через несколько дней, когда придёт письмо из налоговой инспекции.