Конец XVI века в Московском государстве характеризовался глубоким кризисом, вызванным последствиями опричнины и неудач в Ливонии. Эта эпоха ознаменовалась кардинальной трансформацией боярского класса, ставшего ареной ожесточенной борьбы за власть в условиях ослабления династии.
Трансформация боярской аристократии после опричнины
Опричнина, направленная против родовой знати, корневым образом потрясла общественный строй и разбила не только класс княжат, но и весь общественный строй центральных областей. Старая родовая, княжеская знать видела в Борисе Годунове продолжателя политики Грозного и его опричнины, поскольку он систематически водворял на верхах московского управления людей незнатных.
Княжеская аристократия, которая ранее управляла своими землями по частям и единолично, после собирания земель Москвой превратилась в «служилого человека, холопа великого государя Московского». Даже те, кто сохранил свои удельные вотчины, превращались в простое льготное владение. Князья, владевшие землями (вотчинами), стали объектом постоянного недоверия и подозрения со стороны московской власти. Опричнина, по сути, была испытанием, искоренявшим местный сепаратизм и направленным против княжат-бояр. К началу XVII века остатки княжеской знати представляли собой плотный, однородный и сплоченный круг.
На фоне упадка старой знати, нетитулованное московское боярство, включая роды Морозовых, Сабуровых, Годуновых, Плещеевых и других, смогло удержаться на верху, вытесняя княжеские роды со служебных ступеней. Возвышению нетитулованной знати способствовали браки Грозного и его сыновей с некняжескими семьями московского боярства, что укрепило родство этих семей с царской династией.
Борьба за регентство (1584–1587 гг.)
После смерти Ивана Грозного (март 1584 г.) и вступления на престол его сына Федора Ивановича, власть была распределена между несколькими высшими сановниками. Есть разные мнения по поводу состава, по одной из версий современники называли определенное число важнейших бояр, допущенных к управлению государством, формальной боярской «пентархией», в которую входили князья И. Ф. Мстиславский и И. П. Шуйский, бояре Н. Р. Юрьев и Б. Ф. Годунов, а также Богдан Бельский.
Борьба за превосходство началась немедленно.
1. Устранение Бельского: В апреле 1584 года Богдан Бельский попытался захватить Кремль и удержать царя Федора, а также сохранить опричнину. Это вызвало прямое междоусобие, когда народ собрался штурмовать Кремль. Земским боярам удалось освободить царя Федора, и в результате Бельский был сослан. В этом столкновении Борис Годунов ни выиграл, ни проиграл, но опричнина с Бельским официально ушла из дворца.
2. Союз Юрьева и Годунова: На первый план вышла семья Юрьевых, к которым принадлежал Никита Романович Юрьев (дядя царя Федора по матери). Он передал попечительство над царем своему племяннику Федору Романову. Борис Годунов, как царский шурин, занял место царского опекуна и правителя. Никита Романович «вверил Борису соблюдение о чадах своих», что фактически стало «завещательным союзом дружбы» между двумя виднейшими семьями.
3. Выступление Шуйских (1586 г.): Главным оппонентом объединенной группировки Годуновых-Юрьевых стала семья князей Шуйских. В конце 1586 или в первой половине 1587 года Шуйские возбудили против Бориса московскую площадную толпу, спровоцировав уличный беспорядок. Шуйские и их сторонники просили царя развестись с неплодной царицей Ириной (сестрой Бориса) и отпустить ее в монастырь «царской ради чадородия». Они надеялись, что вместе с удалением царицы падет и ее брат Борис.
4. Разгром оппозиции: Расчет Шуйских оказался несостоятельным, так как царица Ирина была благочестива и верна Борису. Шуйские были признаны главными виновниками беспорядка и сосланы. Митрополит Дионисий, поддержавший Шуйских, был низложен и сослан в монастырь. Иван Федорович Мстиславский, служивший при дворе с 1541 года, также был сослан и пострижен в монахи.
Упрочение положения Бориса Годунова
После устранения всех главных соперников, Борис торжествовал победу и принял ряд мер, чтобы оформить и узаконить свое положение. Он добился формального признания своего регентства при неспособном к делам государе.
Борис использовал пышный и выразительный титул. Официально его стали называть: «государю великому шурин и правитель, слуга и конюший боярин и дворовый воевода и содержатель великих государств…». В дипломатических переговорах с иностранными державами, Борис был «у преувеличенном возвышении «правителя». В грамотах его титул был: «государев конюший боярин ближний Борис Федорович Годунов ссылатиса учинет с великими государи» (начиная с 1588–1589 гг.). Иностранные послы, приезжавшие в Москву, представлялись и государю, и Борису, причем с большой торжественностью.
Современники, включая иностранцев, признавали исключительность личных дарований Годунова. Недоброжелательный к Борису голландец Масса, тем не менее, отмечал, что Борис обладал отличной памятью и был «практический деятель, политик и администратор».
Его власть основывалась не только на интригах, но и на крупном уме и правительственном таланте. Борис укрепил свое положение благодаря успешной правительственной работе и административному искусству.
Влияние на государственные дела и методы правления
Хотя Годунов и принадлежал по происхождению к служилой знати, он действовал в противовес старым боярским традициям и преследовал интересы среднего класса московского общества и выступал против знати и крепостной массы.
В своей политике Годунов демонстрировал гуманность и доброту. Московский двор при Борисе стал трезвым и целомудренным, тихим и добрым, правительство — спокойным и негневливым.
Борис избегал террора. Его методы борьбы с оппозицией были мягче, чем у Грозного: он не торопился с плахами и веревками. Вместо казней он использовал тайные ссылки и ссылки на розыск. Он опекал царя и «поддерживал» под ним власть; преследования бояр имели вид наказания за сопротивление законной власти и за покушение на семейную жизнь царя.
Борис был сторонником «культурных новшеств» и приобретения европейских научных знаний. Он мечтал учредить в Руси европейские школы (даже университеты) и приказывал искать за границей и вывозить в Москву ученых. Он также демонстрировал «благоволение к иноземцам», лаская англичан и других иностранцев, ища выгоды от «правильной, регулярной торговли с Западом».
Таким образом, эпоха возвышения Бориса Годунова стала кульминацией борьбы между старой родовой аристократией (княжатами), ослабленной опричниной, и новой нетитулованной знатью, к которой принадлежал сам Борис. Используя свой бесспорный исторический талант, родственные связи с Федором, административный ум и сочетание интриг с «мягкими, но достаточно эффективными мерами» против оппозиции, Годунов сумел «одолеть своих врагов» и установить свою единоличную власть при недееспособном царе