Комната опустела. Последние пять лет в ней жила студентка Катя, тихая девочка с Урала. Маргарита Петровна привыкла к ней, даже любила её, как племянницу. Они пили по вечерам чай, смотрели сериалы. А теперь Катя защитила диплом и уехала домой. И тишина в трёхкомнатной квартире стала звенящей, давящей.
Идею сдать комнату подсказала соседка: «Деньги лишними не бывают, да и компания тебе не помешает. Одной то скучно».
Откликнулись почти сразу. Молодая пара - Лена и Сергей. Пришли вместе, держась за руки. Лена - живая, болтливая, с горящими глазами. Сергей - спокойный, с умным взглядом. Они объяснили, что переехали в город, чтобы «раскрутить» свой проект - что-то связанное с цифровым маркетингом.
- Мы очень тихие, Маргарита Петровна, - заверила Лена. - Вы нас даже замечать не будете!
Маргарита Петровна, бывший библиотекарь с пенсией в семнадцать тысяч, смотрела на их молодые, полные надежд лица и не могла отказать. Да и деньги за аренду действительно решали многие проблемы.
Первое время они и правда были идеальными жильцами. Платили исправно, мыли за собой посуду. А потом всё начало меняться почти незаметно.
Сначала Лена как бы невзначай спросила:
- Маргарита Петровна, а вы не могли бы иногда, если не трудно, покупать продукты и за нас? Мы доплатим, конечно! Мы так устаём, сил на магазин нет.
Маргарита Петровна, которой и своих походов в магазин хватало, согласилась. Ей было приятно чувствовать себя нужной.
Потом Сергей попросил:
- У нас тут один платёж завис, кошелёк заблокирован. Не могли бы вы одолжить до завтра пять тысяч? С утра всё вернем.
Они вернули. Через неделю попросили десять. Потом - пятнадцать. Возвращали всегда, но с лёгким укором: «Маргарита Петровна, не волнуйтесь вы так, мы же люди честные».
Она перестала волноваться. Они стали для неё почти семьёй. Она готовила на троих, оставляла еду в холодильнике. Они называли её «наша вторая мама», а она таяла от этих слов. Её собственная дочь жила в Германии, звонила раз в месяц. А здесь, в квартире, была жизнь.
Однажды вечером Лена, хмурая, вошла на кухню.
- Рита, мы тут кое-что просчитали. Получается, с учётом коммуналки и того, что вы за нас продукты покупаете, аренда выходит слишком дорогой. Давайте скинем пять тысяч? Вы же не наживаться на нас хотите?
Маргарита Петровна опешила.
- Но… это же рыночная цена…
- Рынок сейчас падает, - уверенно парировал Сергей, появившись в дверях. - И потом, мы же вам помогаем по хозяйству.
Они «помогали» - один раз помыли пол и трижды вынесли мусор. Маргарита Петровна, чувствуя неловкость, но не желая ссоры, согласилась.
Границы стирались. Теперь они проводили вечера в гостиной, включали на полную громкость свой телевизор. Её любимое кресло стало «Сережиным». Её книга, которую она не дочитала, куда-то исчезла с тумбочки.
Кульминация наступила тихо. Маргарита Петровна проснулась ночью от жажды. Проходя по коридору, она услышала приглушённые голоса из-за двери их комнаты. Дверь была неплотно прикрыта.
- …я говорю, ей бы на дачу съехать, - это был голос Лены. - Здесь тесно. Мы могли бы эту комнату под кабинет использовать.
- Ты гонишь, - усмехнулся Сергей. - Где она там, на даче? Зимой?
- Ну, не знаю! Пусть к дочке в Германию едет. Она тут всё равно как мебель. Только место занимает.
Маргарита Петровна не дослушала. Она отшатнулась и на цыпочках вернулась в свою комнату. Руки у неё тряслись. «Как мебель». Слово врезалось в мозг. Она села на кровать и смотрела в темноту. Она вспомнила своего отца, который отдавал ей последнее, чтобы она получила образование. Вспомнила, как одна растила дочь. Всю жизнь она была опорой. А теперь она - «мебель». Удобная, бесплатная прислуга, которую ещё и жалеют.
Утром она вышла на кухню спокойная, с каменным лицом. Лена, как ни в чём не бывало, наливала себе кофе.
- Маргарита Петровна, доброе! Мы сегодня вернёмся поздно, можете нам ужин не оставлять.
Маргарита Петровна посмотрела на неё прямо.
- Лена, Сергей. У вас есть неделя, чтобы найти новое жильё. Я больше не сдаю комнату.
- Что?! - у Лены отвисла челюсть. - Вы шутите? В чём дело?
- В том, что я не мебель, - тихо, но чётко сказала Маргарита Петровна. - И не вторая мама. Я - хозяйка этой квартиры. Неделя. Всё.
Она развернулась и ушла к себе, впервые за много месяцев закрыв дверь на ключ. За дверью слышались возмущённые голоса, потом - громкий хлопок входной двери.
Сердце её колотилось, но на душе было странно спокойно. Она подошла к окну. Она снова была одна в своей квартире. Но теперь эта тишина была не звенящей, а целительной. Она отвоевала своё пространство. И самое главное - она отвоевала себя.
Подпишись, чтобы не пропустить новые рассказы.