Иногда бывают такие моменты, когда ты видишь – человек в профессии, словно рыба в воде. Он тут всё знает и умеет, при этом остаётся самим собой в любой, даже самой экстренной ситуации. И начинаешь думать, мол, он счастлив и всё такое. Однако жизнь устроена немного сложнее, чем мы себе видим со своей колокольни. И они, пусть и досконально отработали все навыки, чувствуют себя опустошёнными, исчерпанными до донышка. Как, например, Рэнди, сотрудник скорой помощи с, страшно сказать, восемнадцатилетним стажем. Он наперёд знает, что и как надо делать, и, самое важное, чего совершенно точно не стоит. Только в последнее время посещают мысли о тщетности усилий по вызволению людских душ с того света. А когда сомнение доходит до своего пика, он принимает решение убраться с этой службы подальше. Но надо отработать одну, последнюю, будь она неладна, смену.
Истории работников Скорой помощи часто преобразуются в притчи, живые анекдоты, прочно укореняющиеся в памяти населения. Мы слушаем и не верим, правда ли такое может случиться. Когда их рассказывает, уже с улыбкой, тот самый фельдшер, сложно представить, что творилось со спасаемым, спасателем и вообще вокруг них. А это всегда как первый раз, только иммунитет, во всех смыслах, делает парамедиков наиболее устойчивыми к изувеченным телам и лужам крови. И они, словно персонаж данного произведения, обретают сверхспособность отстраняться от суматохи момента, фиксировать его и делать своё дело без суеты. А главное – правильно. У авторов получается изобразить этот момент, внешне он выглядит будто Рэнди совсем безразлично, передать его уныние и тягостную холеру иссякших сил. В итоге перед нами циничная чёрная иллюстрация из одного дня жизни фельдшера, водителя и практикантки, которой чуть недостаёт свободы в изображении некоторых, особенно острых моментов.
Глядя на экран невольно всплывают аналогии с нашим местечковым шедевром Бориса Хлебникова Аритмия. Только, как полагается, русский бард описывает действительность без прикрас, с присущей сермяжной правдой жизни, где, кажется, что у героя Александра Яценко вовсе нет света вдали. Здесь же всё намного легче. В том смысле что, да, рубят правду-матку сплеча, отражают неприглядные моменты реалистично и стараются сделать упор на социальной стороне вопроса. Только формально это всё-таки не трагедия человеческой судьбы, не экзистенциальная драма, а чёрная комедия, в которой туго связаны все аспекты жизнедеятельности внутри кареты Скорой помощи, от фельдшерских разговоров по душам , до извержения вчерашним обедом только что очнувшейся от передозировки наркоманки. На жизнь похоже издалека, однако веселее и не так уже страшно оказаться в руках сварливого престарелого парамедика.
Есть здесь такие сцены, которые не очень интересно смотреть. Диалоги, наполненные водой, сам процесс усмирения буйных – смотрится не достаточно убедительно, особенно на фоне многих сильных моментов. Чуть не дожали в постановке и литературном базисе. Однако в остальном, это качественная работа, редкая возможность увидеть сольное парение над остальными коллегами артиста Рэйна Уилсона. Он тут главный, пусть и г***юк. Тем не менее, обаяния и интеллигентного взгляда на совершенно отвратительные вещи не занимать. Очень точное изображение, как депрессии, так и самых счастливых моментов в жизни делает его тем самым, кого одновременно хочется побранить по матушке, и сказать слова благодарности за спасение. И наиболее ярко это проявляется в третьем акте, в сценах с таким же циничным и мерзким врачом (хороший Роб Риггл).
Код 3 откровенное и почти без нынешних оговорок и политкорректности кино об одной из самых востребованных населением, и ненавидимой самими работниками, профессии. Этот парадокс и пытаются раскрыть создатели. В основном это получается. А добравшись до финала, вполне без усилий и на особом настроении, публика понимает, наверное, немного больше о содержательной составляющей такой работы. К тому же тут исчерпывающе показывают и дают инструкции новичкам, как, предположим, избежать лишней волокиты по оформлению трупа в доме престарелых. Или что надо делать, когда единственным выжившим в катастрофе оказывается грудничок. Всё это любопытно наблюдать, особенно понимая, что это происходит на экране, и проникаться сочувствием и некоторым образом катарсисом в момент, когда Рэнди из окна своего старенького седана смотрит на машину с мигалками и сиреной. И становятся очевидными его мысли в этот момент, и его дальнейшая судьба.