Это не просто личная история. Это — диагноз целому поколению женщин, которых воспитали кризис и отсутствие мужчин. Ты росла без отца, наблюдая за матерью-героиней, которая тащила на себе всё: дом, двор, больного ребёнка, быт. Она научила тебя не просто «справляться». Она научила тебя "компетентности". Ты умеешь то, что традиционно считается мужским делом, и наивно полагала, что любой мужчина априори владеет этими навыками в совершенстве. А потом ты вышла замуж и услышала фразу, которая стала приговором: «Ты слишком много от меня хочешь». И вот ты остаёшься одна, потому что тебе «ни разу не нужен плохонький», а сильных и умелых, способных стать тебе ровней, в радиусе сотни километров не наблюдается. В чём же корень этой трагедии? В твоих завышенных требованиях или в тотальной инфантилизации мужчин?
Ты — продукт системы, в которой выживание женщин зависело от их умения обходиться без мужчин. Твоя мама, отказавшаяся от повторного брака, своим примером взрастила в тебе ту самую «внутреннюю маскулинность», о которой говорят психологи. Девочки, растущие без отца, часто вынуждены развивать в себе мужские черты — жесткость, рационализм, гиперответственность — чтобы заполнить вакуум защиты и опоры. Ты не просто научилась забивать гвозди и чинить розетки. Ты впитала установку: «Положиться не на кого, значит, всё должна уметь и делать я». Твой внутренний стержень выкован из стали, в то время как твой избранник, выросший, возможно, в полной, но безответственной семье, привык, что гвозди за него забьёт папа, а потом — кто угодно, только не он сам. Ты ждала от мужа партнёрства, а получила инфантильного ребёнка, который искренне не понимает, почему он должен соответствовать твоему уровню.
И здесь мы подходим к главному проклятию компетентной женщины, выросшей без отца -"искажённый прототип мужчины". Для девочки отец — это первый и главный пример того, каким должен быть мужчина, его поведение — это эталон, который она неосознанно ищет во взрослой жизни. Но что, если этого эталона нет? Твой идеал сформировался не на живом примере, а на абстрактном, книжном образе Настоящего Мужчины — сильного, умелого, надёжного. Ты, сама того не желая, создала в голове идеал, которому не суждено было воплотиться, потому что реальные мужчины, которых ты встречала, были воспитаны в иной парадигме. Ты искала «свою ровню» — человека с таким же уровнем ответственности и силы, но общество предлагало тебе тех, кто довольствуется ролью «плохонького, но своего». И в этом столкновении фемининной силы и маскулинной слабости рождается трагедия непонимания.
Соседки, хвастающиеся своими «плохонькими», — это глас той самой патриархальной системы, которая веками учила женщин смиряться. «Хоть какой-то мужчина лучше, чем никакого» — вот их крестовая мантра. Но ты, воспитанная матерью-одиночкой, которая доказала, что можно жить и без токсичного мужчины, не способна на такое смирение. Твоя психологическая травма, вызванная отсутствием отца, что парадоксально, подарила тебе невероятную силу и независимость, но одновременно отняла возможность доверять и полагаться на мужчину. Ты не просто разочарована в первом муже. Ты разочарована в институте мужчин как таковом, потому что твой личный опыт и твоя наблюдательность показали: многие из них не дотягивают даже до базового уровня, который демонстрирует обычная женщина, выросшая в неполной семье.
Так кто же виноват в твоём одиночестве? Ты, с твоими «завышенными требованиями», или общество, которое позволяет мужчинам оставаться вечными мальчиками, пока женщины отдуваются за всех? Ответ, как всегда, где-то посередине. Твоя трагедия в том, что, став жертвой обстоятельств (развода родителей и отсутствия отца), ты приобрела качества, дефицит которых сегодня наблюдается у большинства мужчин. Ты не просто хочешь ровню. Ты ищешь человека, который будет так же силён, как ты сама, а таких, увы, мало. И пока общество будет воспроизводить установку «хоть плохонький, да свой», а девочки будут продолжать расти без отцов, приобретая несвойственные их полу черты, эта война полов будет только обостряться. Ты не одна в своей боли. Ты — голос миллионов женщин, которые устали тащить на себе и себя, и своих мужчин.