Сегодня возвращалась из сада, ехали по широкому проспекту, светило солнце, и я знала, что меня ждёт дочка, готовит ужин и будет рада меня видеть. Я вспомнила, как меня встречала мама, как тепло и уютно было, не могу описать словами, когда вас ждёт и встречает мама. Вспомнила последние ее месяцы, болела тяжело, онкология. Я была с мамой в будние дни, а на выходные дочка отпускала меня, и у меня было два дня отдыха, если это можно назвать отдыхом. Быстренько успеть поработать в саду, сварить на неделю мужу, постирать, и вся обычная работа по дому, которая накапливается за неделю. Я уходила на два дня, но душа и сердце оставалось с мамой, не было мне покоя ни днём, ни ночью. И вот так же, как сегодня, возвращалась я как-то с дачи, уставшая от тяжелой физической работы, ехала к маме, чтобы сменить дочку. И закралась у меня мысль, а наступит ли такое время, что я просто лягу на диване и мне не нужно будет никуда спешить, переживать и постоянно о чём-то думать.
Время такое наступило, только покой не пришёл. Может быть, я человек сам по себе неспокойный, что мне всегда чего-то не хватает. Не хватает мне мамы, её тепла, голоса, доброты. Как много пустоты образуется с годами у человека. Уходишь на пенсию — и огромная дыра, отсутствие общения с коллегами, никому не нужны твои знания и умения, вырастают дети и внуки, у каждого своя жизнь, и ещё одна пустота. Потом уходят подруги, знакомые, соседи, будто стоишь на пересечении дорог и со всех сторон тебя ветром обдувает.
Говорят, что пока живы родители, то вы ещё дети, а вот когда они уходят, становишься сиротой. Раньше для меня это только слова были, а теперь это на себе испытала. Когда я лежала в глубочайшем приступе мигрени, мама тихонько подходила ко мне, клала руку на лоб и спрашивала меня, может ли она чем-то помочь. Ничем, если только чашку горячего сладкого чая и мамина тёплая ладошка на лбу.
Когда мама умирала, боялась оставаться одной, конечно, мы её не оставляли, но порой с ней спорили. Она говорила, что там, за чертой, ничего нет, хоть была глубоко верующим человеком. Мне же кажется, что нас встретят там близкие и любимые для меня люди. И вот когда мамы не стало, она лежала в гробу с таким умилением на лице, словно она видит что-то очень приятное, такое умиление и покой. Но я думаю, что это не просто так, ведь мы так много спорили, а она даже после смерти думала обо мне и выражением на лице показала мне: «Не бойся, дочка. Ничего здесь страшного нет». Насколько сильна материнская любовь, что даже после смерти она заботится о своей доченьке. Теперь я уже не дочка, но мамина любовь всегда со мной, так же как и моя к ней никуда не делась, она просто живёт во мне.