— Ты просто злишься, что айпод только мне достался, — ухмыляется Олег.
— Прекратили! — повышаю голос.
— Мне не сдались его подарки, а тебя, оказывается, так легко купить!
Ребята словно меня не слышат: продолжают сыпать обвинениями в адрес друг друга и гневно смотреть. Паша винит Олега в том, что взял подарки, а Олег Пашу, что он не любит отца. Я впервые не знаю, как решить конфликт, потому что не знала, что он будет. Поэтому когда ребят со слов переходят к делу и начинают драться на моих глазах, я бегу на кухню, беру бутылку воды и лечу в комнату. Откупориваю ее и обливаю их, немного остужая пыл. От неожиданности они прекращают, удивленно на меня таращатся:
— Вы что устроили?! — говорю, едва подбирая слова.
Сердце бьется сильнее, чем до прихода сюда. За сыновей я переживаю, будто то обычная ссора или, как сегодня, настоящая драка. Я хочу, чтобы они ладили, потому что все эти годы они нормально сосуществовали. Одно появление Славы заставило их вгрызться в глотку друг другу.
После того, как я их обливаю, они удивленно на меня смотрят, затем на их лице появляется стыд и раскаяние. Наконец-то нормальные чувства на лицах двенадцатилетних парней. Они рассаживаются по разным сторонам комнаты, друг на друга не смотрят.
— Извини, мам, — первым догадывается Пашка.
Олег подхватывает:
— Прости.
Все слова, которые я с трудом заготавливала для разговора с ребятами, вылетают из головы.
— Ваш папа хочет с вами видеться, я хотела лишь узнать ваше мнение по этому поводу. Я могу решить все за вас, но подумала, что вы бы хотели принять участие. Я не требую от вас ответа прямо сейчас, подумайте. Он ваш отец, вне зависимости от моего желания, решение остается только за вами.
— Я не буду! — упрямо заявляет Паша.
— А я буду.
Я устало вздыхаю и предлагаю им подумать некоторое время. Надеюсь, Слава оставит нас в покое это время и не станет ломиться в квартиру уже завтра с утра.
Ребят я оставляю в комнате и ухожу. Шок от всего увиденного никак меня не отпускает. Я все еще не могу поверить, что мои сыновья позволили себе затеять драку прямо при мне. Да что там при мне! Они подрались, чего никогда не делали! Славу в этот момент я ненавижу еще больше, потому что уверена, что он сделал это специально.
***
В покое Слава, конечно, никого не оставляет. Приходит на следующий же день, но тогда, когда меня нет дома. Я в это время работаю, звонков Лили не слышу и не вижу, улыбаюсь в камеру. Сегодня работаю с Даней. С ним приятно, он спокойный, уравновешенный, помогает сниматься, но все равно долго. Как итог — около тридцати пропущенных от Лили. Мое сердце пропускает удар, потому что она вообще никогда мне не звонит. Только в крайних случаях. Я чувствую, что это связано со Славой и не ошибаюсь.
— Соня, — взволнованно говорит Лиля. — Я не знаю, как так получилось, я не могла их остановить и теперь…
Она вздыхает. Я останавливаю ее и прошу медленно и по порядку рассказать, что случилось. Оказывается, пока я тут работала, Слава пришел снова. Решительно зашел в квартиру и забрал Олега с Пашкой.
— Жди меня дома, я сейчас буду.
Когда снимаю платье, которое надевала на съемку, трясутся руки. Замочек поддается не сразу, и я рву его с мясом. Отбрасываю в сторону ткань, натягиваю джинсы с кофтой, затем накидываю куртку и хватаю сумку. К выходу добираюсь практически беспрепятственно, меня останавливает лишь Даня, предлагает подвезти, но я мотаю головой и бегу дальше. По пути домой набираю Рому, обрисовываю ему ситуацию. Советуюсь, потому что больше не с кем. Я прекрасно знаю, что Слава сделал это специально: забрал детей без договоренности, чтобы я понервничала.
У него получилось.
— Подожди, что значит забрал? — успокаивающим тоном произносит Рома. — А Лиля?
— Ребята захотели пойти, Ром. Что делать? Звонить в полицию?
Отчаяние подогревает мою кровь. Я чувствую, как закипаю внутри. Поверить не могу, что Слава себе это позволил. Рома успокаивает, просит не спешить и никуда пока не звонить. Обещает приехать.
Домой я добираюсь, нарушая все правила дорожного движения. Плюю на то, что нужно остановиться, потому что на пешеходном переходе ждут люди. Мои сыновья непонятно где, они ушли, не спросив моего разрешения. Каким-то шестым чутьем я понимаю, что Слава не сделает им ничего плохого. Тот Слава, которого я знала. Каким он стал не имею ни малейшего понятия.
Когда я приезжаю, следом останавливается и автомобиль Ромы. Он паркуется неподалеку, выходит из машины и ровным уверенным шагом идет ко мне.
— Звонила ему?
Я лишь мотаю головой. У меня и номера-то его нет, иначе первым делом я бы набрала его и сказала немедленно вернуть моих детей. Где? Где их искать?
— Детям звонила?
Мысленно называю себя идиоткой. Моим детям далеко не по два года, они взрослые самостоятельные парни и у каждого из них есть мобильный телефон. Дрожащими руками достаю свой смартфон, набираю вначале Пашку, но он не отвечает, а затем и Олега, который берет трубку.
— Вы где, Олег? — мой голос звучит грубо, хотя я пыталась его смягчить. Не получилось от эмоций и леденящего душу страха.
— Ой, мальчики телефоны видимо оставили, — слышу в трубку и разочарованно стону.
Мне отвечает Лиля. Растерянная и, судя по шмыгаюнию, заплаканная. Я не в состоянии ее сейчас успокаивать и говорить, что она ни в чем не виновата. Обязательно скажу об этом позже, когда найду детей.
— Нужно звонить в полицию, писать заявление.
— Это ничего не даст. Они с отцом, Соня. Никто не станет их искать, да и прошло всего несколько часов.
От безысходности хочется выть. Понятно, что садиться в машину и ездить искать их по всему городу нет смысла. У нас множество заведений, кафе и детских развлекательных центров, что их, без преувеличения, можно искать везде.
Рома советует выбрать тактику ожидания. Ждать, пока Слава привезет ребят домой. Он уверен, что это должно произойти, ведь он вряд ли оставит их ночевать у себя. С одной стороны — логично, а с другой…
Я звоню своему юристу, Рома тому знакомому, который занимается бракоразводными процессами. В итоге он договаривается о встрече на завтрашнее утро — у того, кого ему порекомендовали, есть свободное окошко, правда, встречу он назначает в ресторане, а не у себя в кабинете. Я немного выдыхаю, потому что уже завтра буду знать, что мне делать дальше, какую технику поведения выстраивать. Я должна выстоять, потому что Слава не намерен уступать, а я ненавижу его всем нутром за то, что он сделал.
Через два часа, когда я искусываю все губы и оставляю глубокие отметины от ногтей на ладонях, на мой телефон поступает звонок с неизвестного номера. Я тут же отвечаю. Жду услышать Славу, но по ту сторону мобильного Пашка.
— Мам? — аккуратно. — Мы в Стрекозе, на третьем этаже, развлекаемся. — Я с Олегом поехал, чтобы присматривать за ним. Раньше позвонить не мог. Мне телефон боялись давать.
— Оставайтесь там, ладно? — взволнованно говорю. — Я сейчас буду.
— Что там? — спрашивает Рома.
— Пашка позвонил. Они тут рядом в торговом центре.
— Поехали скорее! — произносит Рома. — Только я поведу. Тебе необходимо собраться с мыслями.
Я киваю, полностью с ним согласна. Меня так сильно трясет, что я просто не в состоянии садиться за руль. Пешком идти долго и далеко. Стоит нам остановиться у торгового центра, как я вылетаю из машины. Рома за мной. Пашу и Олега я нахожу на игровой площадке. Там же и Слава. Довольный, жизнерадостный, гордый тем, что ему удалось заманить с собой обоих парней. Злость во мне закипает так сильно, что стоит мне поравняться со Славой, как я разворачиваю его к себе и со всей силы отвешиваю ему пощечину, замахиваясь для второй.
***
Слава не удивлен. Я жду отпора, злости, всплеска эмоций и раздражения с его стороны, но он лишь отходит на несколько шагов. И смотрит с пониманием.
Чтобы продолжать кричать и упрекать его во всех смертных грехах мне все же необходима отдача с его стороны. Эмоции. Злость, в конце концов. За ту же пощечину. Слава же смотрит так, что создается впечатление — ждал чего-то подобного.
Я потухаю, как догоревшая спичка, задевая при этом стоящего сзади Рому. Он обжигается мной, заряжается моей злостью, шагает вперед так быстро, что я не успеваю его одернуть. Слава получает во второй раз, правда, уже не пощечину, а смачный мужской удар по лицу. Я вскрикиваю, парни, до этого стоявшие позади и виновато опустившие головы, бросаются вперед.
Пока я пытаюсь понять, что происходит и в какой момент спокойный в общем-то Рома превратился в злого, к нам подходит охрана и настоятельно рекомендует покинуть зал и устроить разборки за пределами центра. Слава утирает кровь, сочащуюся у него из носа и идет к выходу. Несколько капель падает на пол, и я почему-то акцентирую на них внимание. Смотрю, пока Рома не уводит меня из зала к выходу. Мальчики идут впереди, следом за Славой.
— Я не удержался, — говорит Рома над плечом. — Прости.
— Все… в порядке, Ром.
На самом деле я чувствую, что ничего на самом деле не в порядке. Что сегодня произошло то, чего быть не должно. Не знаю, откуда беру это. Предчувствие, шестое чувство, называйте как хотите. Просто знаю, что этот момент переломный. Что-то пошло не по плану, но я никак не могу понять, что именно. На улице Слава идет к своему автомобилю, мальчики остаются посреди тротуара, не зная, куда двигаться: к напрочь взволнованной и испуганной матери или избитому отцу.
— Ты бы, бл…, руки при себе держал, — чуть было не ругается Слава, но сдерживается.
Идет прямо к нам, руки в карманах, видимо, чтобы не спровоцировать драку. Взгляд спокойный, походка уверенная. Он определенно изменился, да так, что нынешнего Славу я совсем не знаю.
— Ты забрал детей без предупреждения, — рычит Рома.
— Своих детей! — парирует Слава. — Своих! Что вы устроили там?
— Я, кажется, попросила тебя не спешить, — стараюсь говорить уверенно, но голос всё равно дрожит.
— И что? — он пожимает плечами. — Я привез Пашке его подарок. Извинился, потому что поступил некрасиво.
Он поворачивается к сыновьям и Пашка ему подмигивает. Я понимаю, что вот он — ответ. Мои ребята приняли решение, только вот совсем не подумали мне о нем сказать.
— Эта няня твоя, — продолжает Слава. — Вначале вообще меня не впускала, а потом полицию пригрозила вызвать. Ненормальная какая-то. По твоей указке?
— Нет.
— Ну и ладно. Я решил забрать их. Спросил, они согласились. Это что, преступление?
— Меня можно было предупредить, — возражаю.
— И как? — Слава ухмыляется. — Искать студию, где тебя щелкают? Вот уж извини, но на твои поиски совсем нет времени.
Я хочу сказать, что он мог бы позвонить, но молчу, прекрасно зная, что не смогла бы ответить, потому что телефон остался в сумке на беззвучном.
— Я тебе звонил. Два раза. Ответа не последовало. Мы уехали отдыхать. Вы цирк устроили, — Слава сплевывает кровь на асфальт и смотрит на нас, как на двух идиотов.
Более того, после его слов и взглядов, направленных в мою сторону, чувствую себя полной дурой. Я была на работе, ответить не могла, но зато когда услышала, что он забрал детей взбесилась и думала идти в полицию. Как хорошо, что Рома меня остановил. Не дал сделать последний шаг отчаявшейся матери.
— С этим пора что-то решать, Сонь, — говорит Слава, все так же держа руки в карманах. — Я задолбался быть виноватым. Олег и Паша мои сыновья, хочешь ты того или нет, но я буду с ними общаться. Тем более, ты большую часть времени не дома.
— Мам, ну правда, — вступает в разговор Олег. — Мы ведь ничего ужасного не сделали. Отдохнули с папой и всё. Мы даже звонили.
— Ладно, идите в машину, думаю, нам всем пора домой. Поговорим потом.
Ребята не спорят, идут к нашему автомобилю. Когда за ними закрывается дверь, я жду, что Слава в лице сменится и начнет угрожать, но нет. Он все так же спокоен, размеренно дышит и смотрит на нас.
— Я думаю, претензии исчерпаны, — он ухмыляется. — Ребята хотят видеться, я ничего страшного не сделал, их против тебя не настраивал. Думаю, можете отзывать своих юристов и прекращать угрозы.
— Что? — удивляюсь. — Ты о чем?
— Мне сегодня позвонили, — Слава смотрит не на меня, на Рому. — Твои ребята, да?
— Ром?
— Мои. Я ведь говорил, что не дам вас в обиду, — хмуро говорит Рома.
— Но ведь…
Я замолкаю, решая не устраивать разборки при Славе. Я просила его подождать, время, чтобы поговорить с ребятами и узнать их мнение. Какой смысл привлекать юристов, когда дети согласятся с ним общаться. Рома, по всей видимости, меня не послушал и все решил сам.
— В общем, вы разбирайтесь, — выносит вердикт Слава. — Я пойду, Сонь. И да… парням отец нужен. Заметно, что мужика у них нет, так что.
Рома снова дергается в его сторону, но на этот раз я его останавливаю и молча смотрю за тем, как Слава идет к машине.
— Ром, зачем? — спрашиваю, повернувшись. — Я ведь просила время.
— Я хотел как лучше. Видеть, как тебя трясет от одного его присутствия — такое себе удовольствие. Можно было добиться запрета на встречи до суда, да и суд выиграть. Сонь, если он тебе противен…
— Мне — противен. Но он прав. Ребятам нужен отец, Рома. Тот, кто будет их воспитывать, понимаешь? О девчонках рассказывать, о предохранении, обо всем. Я разговариваю с ними, конечно, но о многом они умалчивают. Хотят видеться — пусть. Я уж как-нибудь потерплю.
— Как-нибудь? — Рома злится. — Может и замуж за него тогда выйдешь?
— Может и выйду.
Я жалею о своих словах сразу же, но они уже сказаны, а мужчина напротив шокирован. Сглатывает, кивает и, сунув руки в карманы брюк, уходит. Мы приехали сюда вместе на моем автомобиле. Его машина осталась у моего подъезда, но я понимаю, что даже если окликну Рому, он не обернется и не поедет с нами даже до подъезда. Не после того, что я сказала.
Мне хочется застонать в голос от испытываемого бессилия. Я поворачиваюсь и шагаю к машине, но в этот момент замечаю Славу, который с ухмылкой на меня смотрит. Он, оказывается, не уехал. Его автомобиль припаркован на том же месте, а сам мужчина сидит за рулем.
Я вдруг понимаю, зачем все это было. Он, может, и звонил. Хотел предупредить, но чрезмерно рад, что не вышло. Рад, потому что у него получилось нас рассорить, к тому же после удара Ромы, я уверена, мальчики будут смотреть на него косо. Еще бы, он позволил себе ударить их отца. Просто так, по сути. Ни за что. Они ведь тоже не видят ничего ужасного в том, что просто поехали развлечься с отцом. Это не посторонний дядя, не кто-то, кто поманил их конфетой. Слава их отец, который девять лет присутствовал в их жизни.
Злюсь, прекрасно зная, что не смогу просто вычеркнуть его из нашей жизни. Славы долго не было, но для парней это не имеет абсолютно никакого значения. Им важно, что он рядом сейчас, готов меняться, уделять им внимание тогда, когда меня нет.
— Мам, все в порядке? — интересуется Паша, когда я сажусь на водительское сиденье.
— Да, конечно.
— Вы с Ромой поссорились?
Я смотрю на ребят сквозь зеркало заднего вида. Вздыхаю и широко улыбаюсь, убеждая, что у нас все в порядке, просто Рома спешил. Они вроде бы верят, а я вдруг осознаю, что мое предчувствие меня не обмануло. Это действительно переломный момент. У нас с Ромой всегда всё было просто: отношения, которые не обязывали к свадьбе и продолжению рода. Хороший секс и, по сути, ничего большего. За эти несколько дней мы перешагнули это и пошли дальше, он признался, что мы для него больше, чем просто секс, а я… я сказала, что выйду замуж за бывшего. Хуже не придумаешь.
***
— Может, сходим куда-нибудь все вместе? Вчетвером, — уточняет Слава, вопросительно смотря на меня.
— Ты же знаешь, что нет, — чеканю, делая шаг к нему, тем самым стараясь вынудить его уйти.
Продолжение следует…